Любовь под напряжением (ЛП)

Успею ли я выскользнуть обратно на улицу, прежде чем меня заметят?
Грейси Мэй сдвинулась, и глаза Джун остановились на мне. Они округлились, её лицо замерло на полуслове.
Сбежать уже не получится. Я встал в очередь, словно было совершенно нормально покупать утренний напиток у женщины, на которой я чуть не женился, а потом не видел пять лет.
Грейси Мэй оглянулась через плечо, её светлые брови поднялись, когда она заметила меня.
— Доброе утро, Так.
Наступила такая тишина, что можно было услышать разговоры людей в антикварной лавке по соседству.
Грейси Мэй, сжалившись надо мной, спросила:
— Ты придёшь на ужин сегодня?
— Думаю, да, — ответил я, избегая взгляда Джун. — Твой отец готовит рёбрышки, верно?
— Ага. — Она закатила глаза. — Сделай одолжение, скажи ему, что они посредственные, чтобы он перестал доказывать всему городу, что это лучшее блюдо на свете.
— Это только заставит его сильнее доказывать, что они лучшие. Мы устроим ещё один семейный барбекю в следующие выходные.
— Точно, — Грейси Мэй подняла стакан и указала им на меня. — Новый план. Нужно льстить его эго, чтобы он переключился на что-то другое.
— Я был бы не против, если бы его следующей одержимостью стала копчёная свинина, — сказал я, стараясь не обращать внимания на то, как Джун переместилась на другую сторону маленького кафе, чтобы не стоять рядом и не слушать наш разговор.
— Не волнуйся, это только вопрос времени, — сказала Грейси Мэй, отпивая из своего стакана и заправляя светлые волосы за ухо.
Она посмотрела на меня внимательно, а затем её взгляд скользнул к Джун. Она словно спрашивала, хочу ли я, чтобы она осталась или ушла. Я был взрослым мужчиной. Я мог купить напиток у женщины, не устроив Третью мировую.
Грейси Мэй, видимо, почувствовала мою храбрость.
— Увидимся вечером, — пропела она, направляясь к двери.
Подождите. Увидимся? Не просто увидимся с тобой? Я резко посмотрел на Джун, которая подняла руку в приветственном жесте.
Это было хитро со стороны Грейси Мэй — добиться моего согласия, прежде чем уточнить, что моя бывшая девушка тоже приглашена. Почему её пригласили на семейный ужин?
Глупый вопрос. Семья в Аркадии Крик — понятие растяжимое. Добро пожаловать все.
Грейси Мэй выпорхнула на улицу, и я тут же пожалел, что притворился достаточно сильным, чтобы остаться с Джун наедине.
— Доброе утро, — сказала Джун, отвлекая меня от двери, через которую меня только что предала моя кузина. Её яркая, но чуть нервная улыбка привлекла моё внимание.
В магазине снова наступила гнетущая тишина. Я слышал, как у меня в ушах стучит сердце, и как за окном проезжает машина.
— Итак, — сказала она, беря в руки маркер и стакан на вынос. — Как обычно? Горячий шоколад с дополнительными сливками?
Она помнила мой любимый напиток? То, что я, взрослый мужчина, всё ещё имею слабость к сладкому, как ребёнок на Хэллоуин? Я почувствовал лёгкую вспышку тепла в груди, но тут же погасил её, засыпал мысленный «огонь» землёй и приказал ему держаться подальше.
Это всего лишь горячий шоколад. Запомнить его было несложно. Особенно когда большинству девятнадцатилетних не приходит в голову заказывать его по дороге на пары по английскому. Это было достаточно уникально, чтобы остаться в памяти. Но что-то в том, как она уверенно писала на стакане, словно знала меня лучше, чем я сам, раздражало и сбивало с толку. Как она могла так просто вернуться в наш город и в наши жизни, будто последние пять лет ничего не значили? Этот её "играю в баристу" вид определённо выглядел как нечто большее, чем просто мимолётное посещение, и вызывал во мне одновременно беспокойство и подозрение.
Но это не могло длиться вечно. Мне оставалось только справиться с её присутствием временно. И я не собирался позволять ей думать, что я застрял в прошлом, пока она жила своей жизнью, не заботясь о тех, кого оставила позади. Я тоже вырос. У меня тоже были пять лет собственной истории.
И да, мне нравилось не только горячее какао.
— Нет.
— Прости? — Она подняла на меня глаза, и я почувствовал, как застываю на месте.
Когда её внимание было на мне, думать становилось сложнее. Её зелёные, цвета нефрита глаза всё ещё были такими же красивыми, как я их запомнил. Я прочистил горло. Чем я занимался? Ах да.
— Нет. Я больше его не пью. Я возьму кофе.
— Кофе? — Она приподняла брови.
— Да, — ответил я. — Чёрный.
— Чёрный кофе, — повторила она, будто переспросила, правильно ли услышала.
Я взрослый мужчина. Я могу заказать кофе, если хочу. Или даже если не хочу.
— Да, — сказал я уже с большей уверенностью.
— Хорошо.
Она выглядела так, будто ей было сложно поверить. Или, возможно, она просто задавалась вопросом, насколько я изменился. Вот тебе, Джуни Бёрд. Подумаешь об этом на досуге.
Я расплатился за напиток и отступил, пока она наливала его. Всё должно было быть быстро и просто. Две минуты и я на улице. Но она, похоже, намеренно замедляла процесс.
Когда она поставила стакан на прилавок, то не отпустила его.
— Послушай, Так, я просто…
— Не надо, — перебил я.
Что-то в том, как легко она сократила моё имя, отправило волну раздражения по моему телу. Ей было так просто вернуться в город и в мои мысли за эти четыре дня, как будто ничего не произошло. Она была здесь, рядом, всегда. Но много чего произошло, прошло много времени, и я не знал, смогу ли смотреть на неё, делая вид, что это не так.
Мне хотелось знать всё. Где она была, чем занималась, с кем была, счастлива ли. Почему она вернулась и как долго собирается оставаться? Почему она стояла за стойкой, если Нелли прекрасно справлялась с магазином во время восстановления Билли? Я был всего лишь человеком, так что можете винить меня или нет, но моё любопытство о её жизни было вполне естественным. И всё же другая часть меня просто хотела, чтобы она уехала, прежде чем разрушит мой с трудом заработанный покой.
— Ты имеешь полное право злиться, — сказала она, игнорируя мои попытки пресечь разговор. — Я не спорю. Я просто хотела понять, можем ли мы прояснить…
— Спасибо за кофе, — сказал я, хотя сам не знал, почему.
Я ведь заплатил за него, так что это не было каким-то особым одолжением. Я взял стакан, заставил себя сделать что-то, кроме хмурого взгляда, лёгкая полуулыбка была небольшим, но всё же улучшением, и направился к выходу.
Моё сердце бешено колотилось в груди, дыхание стало быстрым и прерывистым. Казалось, прошло всего несколько секунд, как я уже оказался в своём грузовике, мчащемся к базе Аркадия Энерджи.
Когда я подъехал, мой ученик, Грейди, уже ждал меня, а утреннее собрание, видимо, давно закончилось. Ничего страшного. Я знал, что нам нужно делать. Я жестом позвал Грейди в грузовик и протянул ему стакан.
Его глаза загорелись, и он взял его, поправляя кепку на своих кудрявых чёрных волосах.
— Это чёрный, — предупредил я. — Без сахара, без сливок.
— Отлично, — сказал он, делая глоток. — Я никогда не отказываюсь от бесплатного.
Ну хоть кому-то это принесло радость.
А мои нервы были уничтожены.
У меня оставалось около десяти часов до барбекю у тёти и дяди, а это значило, что у меня было десять часов, чтобы придумать отмазку, чтобы не идти. Хотя никакая отмазка мне и не была нужна. Обычно я бы просто не пришёл, если бы не хотел. Но тут было другое дело. Я не хотел, чтобы вся семья начала переживать за моё психическое состояние или волноваться, что Джун снова «залезла мне под кожу».
Если быть честным, лучший план — это просто пойти на ужин, съесть пару рёбрышек и быстро уйти. Этого будет достаточно, чтобы доказать, что меня это не трогает. Шанс показать Джун, что она больше не имеет никакого влияния на меня.
И, может быть, возможно, шанс доказать самому себе, что я тоже забыл ее.
Глава 5
Джун
— Ты делал упражнения? — спросила я, бросив сумку на стул и посмотрев отцу прямо в глаза.