Любовь под напряжением (ЛП)

— Какие детали?
— Восстановление, визиты к врачу. У тебя, наверное, есть график физиотерапии?
— Джун.
— Я не могу помочь, если не знаю плана.
Он отложил вилку, аккуратно положив её на тарелку, и поднял на меня глаза.
— Твоя жизнь уже не здесь, Джуни.
Эти слова задели, даже если не имели на это права.
Он, видимо, почувствовал это.
— Я не хочу, чтобы ты уезжала, но тебе не нужно здесь оставаться. У меня всё под контролем.
— А кто управляет книжным магазином, пока ты восстанавливаешься?
— Нелли взяла управление на себя. Я сказал ей, что она может нанять кого-нибудь временно для помощи в кафе. Но я долго отсутствовать не буду. Доктор говорит, что через шесть недель я уже смогу ходить сам. А пока я многое могу делать, даже с этой штуковиной, — он бросил короткий сердитый взгляд на ходунки.
— А пока я буду здесь, — я одарила его лучезарной улыбкой. — У меня уже одобрено двухмесячное освобождение от работы, пап. Я никуда не уеду.
Он замер, подняв глаза от завтрака. Его седые брови сошлись на переносице.
— Два месяца выходных?
Я кивнула.
— Ну, почти. Мой начальник разрешил работать удалённо, чтобы я могла быть здесь и помогать. Это временно. В офис мне нужно вернуться в октябре. Я надеялась, что этого хватит, чтобы поставить тебя на ноги.
Нейт. Он дал мне это разрешение, и его карие глаза были такими понимающими. Я тут же выкинула его из головы.
Отец молча смотрел на меня. Я не могла понять, о чём он думает, и чем дольше тянулось молчание, тем больше я чувствовала себя некомфортно.
Звонок в дверь разорвал эту странную игру в гляделки. Я встала.
— Я открою. Ты ешь.
Я придвинула ходунки ближе к кровати на случай, если он захочет встать, и закрыла за собой дверь. Звонок прозвенел снова, на этот раз его сопровождал стук, и это вызвало у меня облегчение.
По крайней мере, это не Такер. Он никогда бы не был таким настойчивым. Собравшись с духом, я открыла дверь.
— Клянусь, если бы я была моложе, — пробормотала миссис Миллер, прижимая к груди кастрюлю, как обычно люди прижимают жемчужное ожерелье.
Её светлые волосы выцвели до сероватого оттенка, но всё ещё были коротко подстрижены и завиты в полуперм. Женщина, которая делала эту завивку, Флора, стояла за её спиной, её широко раскрытые глаза совиного размера оглядывали меня.
— Доброе утро, дамы, — сказала я, улыбаясь как можно шире. Если они пришли за сплетнями, то уйдут разочарованными. — Чем могу помочь?
Миссис Миллер подняла белую кастрюлю с синими цветами по краям.
— Принесла твоему отцу ужин, дорогуша. Сегодня моя очередь.
Ужин. До десяти утра.
Я приняла кастрюлю. Что бы там ни было, всё это было покрыто горой панировочных сухарей.
— Спасибо, миссис Миллер. Я обязательно скажу ему, от кого это.
— О, у него есть расписание, милая. Просто напомни ему, что разогревать нужно при триста пятидесяти градусах полчаса, — сказала она.
— Если только разогревать не будешь ты сама, — добавила Флора, слегка наклонив голову, словно чтобы лучше слышать.
— Да, мэм.
— Значит, ты останешься? — спросила миссис Миллер.
Клянусь, обе женщины наклонились чуть ближе.
— Я останусь на ночь, — ответила я. — Спасибо за ужин. Передайте мистеру Миллеру мой привет.
Я начала закрывать дверь, но миссис Миллер протянула руку, чтобы остановить её. Я не собиралась причинять вред пожилой женщине, поэтому замерла.
— В эти выходные в церкви будет вечер. Если хочешь, приходи, — сказала она. — Если ты здесь пробудешь так долго.
Эти «рыболовы» не получали от меня много информации.
— Как мило, что вы упомянули об этом. Я обязательно добавлю это в календарь папы.
— А ещё в клубе по изготовлению стеганых одеял идёт работа над проектом. Нам всегда пригодятся ещё одни руки, и я знаю, что твоя мама учила тебя шить. Четверг утром.
Улыбка уже начинала болеть.
— Я добавлю и это.
— А библиотека совместно с пожарной частью устраивает большое благотворительное мероприятие на следующих выходных. Если ты одинока, тебе обязательно нужно внести это в календарь твоего папы, — вмешалась Флора. Её глаза блестели, и она подчеркнула «твоего папы» в кавычках.
С каких это пор статус «одинокая» стал условием для участия в благотворительных мероприятиях?
— А замужним женщинам нельзя прийти?
— О, всем можно, дорогая, — сказала миссис Миллер. — Но ты не сможешь купить билет на свидание с пожарным, если ты не одинока. Это правила пожарной части.
— И не только свидания с пожарными, — вмешалась Флора, почти подпрыгивая от возбуждения. — Сегодня утром я услышала, что Такер Флетчер тоже решил разыграть свидание.
Моё тело застыло, кровь будто превратилась в лёд, а пальцы крепче сжали край двери. Моя улыбка теперь точно была натянутой. Если Такер участвовал в лотерее свиданий и для участия нужно было быть одиноким, это значило, что и он должен быть одинок?
Не то чтобы это имело значение. Это не касалось меня. Но любопытство уже кипело через край, шипя направо и налево. И Флора это прекрасно понимала. Именно поэтому они всё ещё стояли на моём крыльце.
Ну, не на моём крыльце. На старом крыльце моего детства.
— Джун! — раздался голос папы из спальни, которая, конечно же, находилась достаточно близко, чтобы он слышал весь наш разговор. — Принеси мне колу, милая?
Благослови моего дорогого папу за то, что он дал мне возможность вырваться.
— Долг зовёт, — сказала я, ещё шире улыбаясь, и начала закрывать дверь. — Хорошего вам дня.
Флора открыла рот, чтобы продолжить, но я не дала ей времени договорить. Я осталась стоять за закрытой дверью, пока не услышала их шаги, удаляющиеся по гравийной дорожке.
Когда я вошла в папину комнату, поставив запеканку в холодильник, он уже сидел на краю кровати, полностью одетый, делая какие-то растяжки для колена. Я облокотилась на косяк двери, скрестив руки на груди.
— Ты мог бы вытащить меня из этой ситуации намного раньше, ты знаешь.
— Я немного посмеялся.
Пока это не перестало быть смешным.
— Ты забываешь, какие люди могут быть любопытные, — пробормотала я.
— В Калифорнии таких нет?
— В Риверсайде слишком много людей, чтобы новости так быстро разлетались, — ответила я.
Я была в Аркадии Крик меньше суток, а женщины уже стояли на моём крыльце, выуживая информацию обо мне и Такере.
Отец замолчал, опустив взгляд на пол, а затем снова поднял глаза на меня.
— Ты можешь остаться, если хочешь, Джун, но Аркадия не изменилась. Это всё тот же старый город с теми же людьми. Так здесь устроено.
— Я знаю, — сказала я немного защищаясь. — Было приятно их увидеть, даже если они пришли только за информацией.
— Не только за информацией. Они принесли мне ужин.
Это правда.
— Теперь мы можем обсудить твой график?
— Там нечего обсуждать. Все визиты записаны в календаре. Еда обеспечена на восемь дней вперёд. — Он внимательно посмотрел на меня. — У меня всё под контролем, Джуни. Тебе будет скучно, если ты останешься.
Другими словами, я ему не нужна. Ну уж нет. Я докажу ему, что он ошибается.
— А как насчёт книжного магазина? Ты говорил, что Нелли планировала нанять кого-то для помощи. Она уже нашла кого-нибудь?
Это был давний больной вопрос: наш семейный книжный магазин с кафе — если это можно было назвать кафе, когда там подавали только базовые напитки и иногда маффины. Всё это было проектом мамы, её радостью, но она бросила это, когда ушла от нас в мой выпускной год в школе. Я удивилась, что папа не закрыл бизнес, но он всё ещё держался на плаву.
— У тебя же есть работа? — спросил он.
Я пожала плечами.
— Ненадолго. Я могу взять компьютер с собой в магазин и работать оттуда.
Нейт обещал не загружать меня, но всё же присылал проекты. Если я хочу продолжать получать зарплату, работать всё же придётся.
Отец вздохнул.
— Последнее, что я слышал, она ещё никого не наняла. Ты можешь поговорить с ней, если хочешь. Или я могу найти её номер для тебя. Но, Джуни… магазин на Главной улице.