Любовь на руинах (СИ)

— То, что ты знаешь, это ещё цветочки. Я расскажу тебе. Я многое о нем могу рассказать. Потом. Сейчас нет времени. Одно скажу, Москва — только начало. Следующая цель Звонцова — Питер, а потом — все, что осталось от нашей страны. Мой разведчик сказал, что звонцовская группировка в настоящий момент насчитывает больше десяти тысяч человек. Как думаешь, ты сможешь ему сопротивляться? Один?
Я задумался, развернувшись к единственному в комнате окну. Не знаю, сколько простоял, глядя в темноту невидящими глазами. Нужно было решаться. Этот человек сейчас не просто так пришел. Он предлагает бороться вместе. Объединяться. Я нужен ему. Сейчас, пока моя группировка здесь, в городе, самая сильная. Пока. Но если Звонцов, действительно, так силен? И, подчинив себе Страхова, он станет вдвойне сильнее. Что тогда? Будет поздно искать союзников. Будет поздно.
У Слепого был продуман план, как быстро добраться в Москву. Оказывается, был у нас в городе умелец, который починил поезд. Тридцать моих бойцов за сутки на пыхтящем доходном чудовище добрались в пригород Москвы. Дальше машинист ехать наотрез отказался. Вместе с ним в обратный путь отправился и Слепой. За сутки рядом с ним я понял одну простую вещь — это стратег, каких поискать! Мы разговаривали обо всем. Я понял его. И мне понравилось то, что я понял. Прощаясь, он попросил:
— Там с Ярославом будет мой доктор. Ты уж постарайся ее сберечь!
… Но это чудо на моем плече с огромными глазищами, закутанное в черный старинный балахон, мало напоминало доктора. И пусть бы шла сама! Зачем взвалил на плечо? Зачем, как добычу, как свое, мне принадлежащее, тащил к месту, указанному Слепым в качестве укрытия? Просто чувствовал, знал, что нужно именно так. Кто это вообще такая? То, что с ней Пророк, я понял по описанию — опять же Слепой постарался.
Я не сразу понял, что она дергается на моем плече совсем не потому, что хочет вырваться. Ей нужен физический контакт со мной. И позволил. Интересно было, что будет. Немало мне встречалось новых людей, так я называл тех, кого радиация не убила, а изменила, дав новые возможности и способности. Да только не знал, что увижу себя ее глазами. И само ее прикосновение прошило молнией, разрядом электрическим пробило тело. Я оставовился на секунду, с трудом взяв себя в руки, смог бежать дальше.
То, что нас вполне могут не пустить в убежище, я понял уже стоя перед высокими железными воротами, закрывающими вход на старую станцию метро. Один из бойцов, по кличке Стрелок, лупил ногой в двери, остальные рассредоточились по местности, готовясь принять бой. Пророка положили в кусты, туда же, к его ногам я свалил на землю девчонку. Приказал спрятаться за деревом, не дышать и не вмешиваться. Бойцы Пророка были отпущены после короткого разъяснения о том, с кем имеют дело. Тот факт, что они знают об Антоне Жуке меня немного удивил.
Нас догоняли. В запасе — всего-ничего пара минут. В принципе, судя по подсчетам моего разведчика, они нам не помеха — мои ребята превосходили численно (и в умении несомненно) во много раз. Но не хотелось производить столько шума, еще даже не найдя Ярослава. Подошел к двери. Ударил пару раз ногой по примеру Стрелка. В ответ тишина.
— Эй, стража! Зови старшего! Иначе перелезу — и ты пропал! — крикнул погромче, и за стеной послышались переговоры — обсуждают, что делать.
Блядь, вы решайте там быстрее! Сделал знак двум парням, готовиться, действительно, перемахнуть через забор. Но все-таки решил попробовать еще раз:
— Мы вам не враги, открывайте!
За дверью снова воцарилась тишина, которая вдруг нарушилась удивленным выкриком из-за дверей:
— Антон?
— Да, блядь, Антон! Меня здесь, сука, похоже, каждая собака знает! Открывай уже!
Ворота распахнулись и в проеме стоял Давид с рукой на привязи и улыбкой во все тридцать два!
— Давайте быстрее, ребята! Они уже рядом!
Моим ребятам хватило всего нескольких минут, чтобы занести Пророка и девушку, причем я отметил про себя, что молодой боец по кличке Беркут позволил себе повторить за мною то же, что я с нею сделал пятнадцать минут назад — взвалить на плечо. Интересно, чем вызвано такое поведение, желанием подражать мне или же интересом к девчонке?
 
Последним входившим пришлось отстреливаться, потому что догонявшие принялись палить из пулемёта. Я огляделся, выбирая позиции для своих стрелков и вдруг услышал за спиной:
— Антон, откуда? Что ты здесь делаешь?
Я соврал Слепому. Я бы все равно пошел спасать своих ребят. Я бы отправил им помощь. Мы всегда жили по принципу — своих в беде не бросать. А Ярослав был не просто одним из бойцов, он давно уже был моим другом. Обернулся на его голос, коротко обнял его, потом Димона, стукнул по плечу Степку и скривившегося Давида, а потом оглядел улыбающиеся, радостные лица пришедших со мной бойцов и сказал:
— Яр, че ты тут целую неделю делал? Я Пророка в первый же час нашёл!
За воротами заглушили моторы, и кто-то заорал благим матом:
— Суки, выходите, иначе разнесем здесь все на х. р!
Ярослав указал на вышку, перенимая у меня право командовать и четверо ребят тут же полезли вверх, засунув за спину автоматы. Мужичок, что сидел в будке за дверью, показал на небольшие окошки-бойницы, открывающиеся изнутри на двухметровой высоте — снаружи не достать. Бойцы без приказа начали подносить к стене деревянные чурбаки и подставлять их к бойницам, готовя позиции для стрельбы.
— Антоха, чего они хотят-то?
— Бля, Яр, я думал, они по ваши души!
И тут за моей спиной, совсем рядом (снова гипнотизировать собирается, что ли?) раздался голос:
— Им нужен Пророк… и я.
— Допустим, Пророк. А ты — кто такая, вообще?
— Я — его дар предвидения.
  
34
 
Таисия.
— Кто? — уставились на меня два здоровенных мужика, плечистых, высоких, чем-то отдаленно похожих друг на друга (военной выправкой, что ли?)
— Дар предвидения, — повторила, удивляясь их изумлению — в Москве обо мне знал каждый. — Я — Светлая!
— Кто? — тот, которого все звали Антоном, и кого беспрекословно слушались, оказался более тупым, чем второй, молча и внимательно разглядывавший мой черный плащ с капюшоном.
— Объясняю особо тупым. Вам нужен Пророк. Без меня Пророк — просто человек, без своих чудесных способностей. Без меня вам он не нужен. Понятно?
В глазах красавчика с дредами мелькнула улыбка. Он и позволил себе растянуть губы в усмешке всего на секунду, но его товарищ заметил, сцепил зубы и яростно сверкнув ярко-синими глазами, вытолкнул из себя, словно еле сдерживаясь:
— Объясняю особо… бесстрашным. Мы о бабе не договаривались. Только Пророк. Мне наср…ть, Светлая ты или Темная. Ты с нами не едешь.
Эх, зря, наверное, я его тупым обозвала — посмотрите, какой обидчивый! Мысленно уговаривала себя промолчать, но язык прикусить так и не смогла:
— Полчаса назад ты меня милой звал, так что наср. ть уже не получится.
Вот интересно за его мимикой наблюдать — про таких, как Антоша, не скажешь "с каменным лицом", все мысли, как на ладони! Убил бы меня, наверное, сейчас, да только с вышки его окликнул боец:
— Генерал!
Я удивилась — ого! Аж генерал! Сам себе такое звание придумал? Кто это вообще такие? По разговорам я, конечно, поняла, что их прислали за нами. Мы направлялись к человеку по имени Слепой. И он, судя по рассказам, действительно, был слеп. А значит, среди этих его нет. А где, интересно, Странник? Он бы все мог этим тугодумам объяснить, раз уж женщинам они не доверяют. Я осмотрелась, но найти его в толпе солдат не смогла. Между тем, Антон полез на вышку. Запрокинув вверх голову, я с каким-то глупым удовольствием наблюдала за тем, как легко и быстро у него это получается. Наверное, там, под гимнастеркой — сплошные мускулы… интересно, а…
 
— Что там, Антон? — стоявший рядом мужчина прервал мои странные мысли.
"Генерал", окинув взглядом территорию за забором, тут же начал возвращаться на землю, приказав бойцам и дальше дежурить наверху.