Крушитель (СИ)

Им, человеческой элите, известно, насколько хрупки обычные люди и животные. Да, сознание резко против того, чтобы удар «надевшего черное» приходился в того, кто не достоин боя, но стоит только пройти специальную подготовку, которая убедит неуступчивый мозг в смертельной опасности человека с оружием, как запреты ослабевают. У них, беженцев войны Старых родов, этих запретов нет вообще. Каждый из десятка бойцов, охраняющих сейчас Широсаки Кэтсуо, имел на своих руках кровь простых смертных. Естественно, вооруженных.
  
Вечная «война» Старых родов, регламентированная, неторопливая, выверенная, не продлилась и часа после того, как они, прожившие бок о бок сотни лет, принялись рвать друг друга и себя самое на части. Только вот далеко не все представители этих семей стремились к власти… либо склониться перед кем-то новым, кем-то неожиданным. Они предпочли оставить дрязги за спиной, уйти в мир, подальше от грязи, крови и пуль. Особенно от пуль.
Настоящая война — она не для них.
— Чек.
— Удваиваю!
— Удваиваю!
— А не слишком ли вы расслаблены? — сухой ломкий голос Широсаки чуть омрачил вполне миролюбивую живую атмосферу за столом с картами и даже заставил пару вечно дремлющих парней, лежащих на других диванах, приоткрыть глаза.
Маклер выглядывал из-за ноутбука, расположенного на столе. Вид у молодого японца был так себе, но глаза горели новой надеждой. Соломир понятия не имел, сколько раз и кому Широсаки продал свой зад, язык и прочие потроха, но они теперь не просто так отсиживали зады, а ждали, когда по душу этого дурного, но очень гордого японца придет Кирью.
— Не волнуйтесь, Широсаки-сан! — с акцентом пропела на английском Гара, подмигивая своим партнерам по игре, — Мимо моей техники никто не сможет пройти! Мы настороже!
— Мы готовы, — поддержал её один из дремлющих парней.
Хмурому и нервному японцу не оставалось ничего, как спрятаться назад, за экран. Соломир усмехнулся. По какой-то непонятной причине десятка пышущих здоровьем, силой и уверенностью «надевших черное» не производили на этого Кэтсуо ни малейшего впечатления. Впрочем, это можно было сказать и о пистолете, который он постоянно держал под рукой. Человек дергался.
Хатшу было плевать. Он получил свою плату, как и каждый находящийся здесь боец. Конечно, у Широсаки не было денег, чтобы заплатить кому-то, кроме египтянина, но товарищи Соломира взяли оплату информацией — именами и адресами людей, склонных держать у себя дома много налички и драгоценностей.
Им требовались деньги. Много денег. Никакой выходец из Старых родов не опустится до простой работы, а здесь, в компании Соломира Хатша, были отнюдь не простые отпрыски этих семей. Хотя, какая разница кем они были, куда важнее — кем будут.
— Пройдусь, — проиграв в очередной раз, египтянин бросил карты.
— Только не наступай на мои метки, — попросила его Гара, — Лень вставать и ставить новые.
— Вот что ты делаешь? — ухмыльнулся её мускулистый друг Сян Лин, — Забыла, в обществе кого находишься? Кто тебя в жены возьмет, ленивую?
— Не, парни, вы мне и даром не нужны! — потянулась игривой кошкой смуглянка, заставляя Соломира заинтересованно задержаться в дверях, — Я хочу дряблого белого господина с коротким членом! Богатого, слабого и больного!
— Какие странные у тебя вкусы, — качнул головой Джекилл, с наслаждением вытягивая свои длинные конечности на место, что освободилось с уходом Хатша.
— Я буду дожидаться клона, — пояснила единственная девушка в компании, — Сильный, молодой, умный. Мне лет сорок как раз стукнет. Вот с ним и буду строить любовь. У меня, в отличие от вас, проблем с поиском соперников нет…
«Умная», — оценил, выходя, Соломир, — «Хладнокровная, прозорливая, с очень интересными техниками». «Очень перспективный кандидат для союза. Ей нужна сила».
Сила у него есть, деньги тоже, продолжились размышления, пока молодой человек неспешно шел по холлу, в котором был только выход к лифту и четыре двери в номера-люкс. К трем из четырех дверей были пристроены противопехотные мины, а у единственного окна в коридоре их было аж две. Хатш искренне надеялся, что Кирью не подорвется на этом низкопробном человечьем дерьме.
Он хотел схватки.
Соломир давно уже охотился за Кирью. Не просто так, не из-за того, что проклятый японец тогда сломал ему всю игру, выставив неумехой и дураком перед доброй половиной Старых родов, нет. Это заслуживало ненависти и мести, но у Соломира была другая ситуация. Он был даже благодарен этому Акире. Из-за провала потерять место наследника, быть осмеянным и опозоренным, отодвинутым… ровно туда, где его не задела молниеносно развернувшаяся смертельная схватка за место отца! Ооо, он умудрился удрать в тот момент, когда к нему уже летела половина родственников, причем вовсе не для того, чтобы убить, а, встав на колени, умолять самому ввязаться в это гнусное кровавое дело.
Нет, Соломир Хатш охотился за Акирой Кирью только ради богатства этого японского ублюдка. Грохнуть его, схватить за горло старшую суку, принудить выйти замуж за него. Но она — только путь к деньгам и активам умного ублюдка, куда важнее вторая, «яркоглазая». С ней Соломир сможет иметь детей, сможет дать начало своему роду. Навести свои порядки. Обе сучки не откажут ему, он уже выяснил, что они очень и очень дружны с семьей Кирью. Ради того, чтобы младшие этого холодноглазого урода жили, обе бабы лягут под него. Сами.
Не просто так, конечно. У Кирью много врагов и недоброжелателей. Нужно иметь силу, чтобы защитить то, что есть у него. Пока есть.
Соломир поспешил вернуться в номер к остальным. Ходить и мечтать было приятно, но он знал о Акире куда больше, чем самодовольная молодежь, играющая в карты. Молодой гений поверг Аффаузи? Это были пустяки. Задиристый и заносчивый сопляк был предсказуемее кошки с зажатой в дверях хвостом. А вот Кабакири и «Громовой Кулак» Кирью — это уже победы уровня Старых родов. В восемнадцать лет… Опасно.
«Если эту тварь не прикончить, то к тридцати он станет сильнейшим на планете», — сказал сам себе Хатш, разваливаясь на месте, которое покинул не так давно. Деньги, сила, влияние? У него есть все. Не хватает только одного — тайных знаний Старых родов. Кирью наверняка начнет охотиться за такими как он и другие обитатели этого номера.
— Все спокойно? — услышал он голос нанимателя, вновь выглянувшего из-за ноутбука.
— Да, — поморщившись, признал египтянин, — Его пока нет. Ждем ночи. Он явится ночью, наверняка.
— А если не один? — Широсаки определенно надоело заниматься делами, и он решил поговорить, — У него есть ручной клан якудза.
— Простые люди? — усмехнулся Джекилл, могуче хрустнув шеей, — И зачем он их возьмет, Широсаки-сан? Что они могут?
— Без оружия — ничего, — Гара едко усмехнулась, — А я знаю японцев. Они не пойдут ночью убивать человека целой толпой. По чужой просьбе. К тому же вы, Широсаки-сан, «катаги», да?
— «Катаги», — кивнул тот, с удовольствием задерживая взгляд на девушке, — Обычный человек. Гражданин.
Якудза никогда не пойдут убивать вооруженной толпой обычного гражданина. Это не просто потеря лица, этому даже слова не придумали, потому что такого никогда еще не было.
— А к нам претензий нет, — заключил Хатш, оглядывая присутствующих, — Якудза не придут. Раздавай, Гара.
Хмыкнув, девушка сноровисто раскидала присутствующим по две карты, в которые эти самые окружающие глубокомысленно уткнулись. Соломиру впервые за весь день пришло нечто путное, так что он даже заинтересовался. Гара жульничает? Специально подкинула сейчас такое, потому что хочет ему что-то предложить?
  
Третья карта, взятая им не глядя, пришлась очень кстати, но заинтересованное бормотание Джекилла сигнализировало, что не только Хатшу пришло нечто приятное.
— Еще! — потребовал он, бросая быстрый взгляд на Сян Лина, который, запрокинув голову, отчаянно зевал.
Спасует. Точно спасует.
Четвертая карта. Снова туз. Ну это всё, выигрыш. Маленькая победа.