Три (ЛП)

Во всяком случае, я становлюсь более решительным в своем желании доказать Кэри, что не боюсь ее жизни. Мне еще больше хочется находиться с ней рядом; неважно, какие трудности нас ожидают, я знаю, что способен не только присутствовать в Кэри жизни, но и облегчить бремя, которое она несет.
Вместе мы станем сильнее.
Школа потрясающая! Тебе нужно прийти сюда, когда вернешься домой. Дети вдохновляют, и мы стольким можем им помочь.
Этот визит открыл мне глаза во многих отношениях.
Я думаю, что наконец-то нашел цель в жизни, которой должен следовать — ту, что не только приведет меня прямиком к Кэри, но и даст возможность самореализоваться.
  
Глава 15
 
Кэри
Следующий день приносит больше воспоминаний о Лиаме.
Захватывающая дух пастельная [8] сцена, доставленная курьером сегодня утром, это та, которую я видела раньше, но эффект, который она оказывает на мое сердце, не менее силен.
Это также заставляет меня задуматься, все ли он еще здесь, все ли еще в стране, всего в нескольких минутах езды от того места, где я сейчас сижу.
Слова, сопровождающие мой подарок, говорят о совершенстве, и я переполнена воспоминаниями о том дне, который изображен на этом прекрасном произведении искусства; это было именно то, совершенство.
Это был день, когда я позволила всем своим страхам и тревогам по поводу моих зарождающихся чувств к нему испариться.
Они унеслись прочь на теплом летнем ветерке в ту самую секунду, когда его мягкие губы встретились с моими.
Я знала, что мои действия будут иметь последствия, но в тот момент я больше не могла с этим бороться.
Тогдашний восемнадцатилетний Лиам поглощал каждую мою мысль своей страстью, своей уязвимостью, своей честностью и открытостью.
С ним я чувствовала себя Кэри; не той Кэри, которая не спала неделями, или той, которая провела предыдущие несколько часов, оттирая дерьмо с экрана телевизора, с которого Серен сняв подгузник и рисовала пальцем все, с чем соприкасалась. И я не была той Кэри, которая все еще оплачивала счета за похороны своей покойной матери.
С ним я не горевала и не волновалась.
Я не чувствовала одиночества настолько сильного, чтобы оно часто калечило меня. И я не плакала до хрипоты от своих страхов за будущее.
Он сделал меня прежней Кэри.
Человеком, который любил, который жил и у которого были мечты о будущем, такие яркие и красочные, она рисовала их ежедневно, чтобы у нее всегда была память о них.
Мне понравилось снова ее находить.
Мне нравилось быть ею с ним.
Тот день был совершенством не только потому, что это был день, когда мы впервые занялись любовью, но и в тот день я позволила себе увлечься его надеждами и мечтами. В тот день я поверила, что у нас есть совместное будущее, несмотря на разницу в возрасте и тот факт, что я была его учителем, и несмотря на обязанности, которые у меня были дома.
Это было идеально.
Пока этого не произошло.
Пока мне не пришлось вырваться из его объятий, потому что позвонили из детского сада Серен, и я пропустила это. Я пропустила это, потому что была слишком занята, лежа обнаженной в его объятиях; звуки наших занятий любовью заглушали все вокруг нас.
В то время как я наслаждалась ощущением его скользкой от пота кожи на моей, она так расстроилась во время занятия в саду, что сильно укусила другого ребенка; единственная вина которого заключалась в том, что он попытался обнять ее, когда она была расстроена. Затем, во время последовавшего за этим срыва, она так сильно ударилась головой об пол, что персоналу пришлось отвезти ее в больницу скорой помощи с порезом на голове от падения на лежавшую игрушку.
Тот день показал мне, что блаженство было временным и что мои действия не только причинили боль маленькой девочке, которая нуждалась во мне больше всего, но и в конечном итоге причинили бы боль Лиаму.
Беда была в том, что я уже любила его, я уже утонула в нем, и как бы я ни старалась остановить это, я всегда поддавалась его безусловному комфорту, его юношеской радости и его проникновенным карим глазам.
 
Я была недостаточно сильна, чтобы отказаться от него, и в конце концов мой выбор только причинил еще больше боли.
Я благоговейно кладу изображение огорода на свой стол. Мои пальцы скользят по спектру приглушенных цветов, и вздох бессознательно слетает с моих губ.
Это типично для Лиама — отдавать, не требуя ничего взамен.
Я просто не понимаю, почему он решил напомнить мне о том, что у нас было, когда он справедливо ушел от меня вчера.
Может быть, он просто предается воспоминаниям, прежде чем окончательно закрыть дверь в наше прошлое навсегда. Может быть, он очищает свои воспоминания от нас.
Я всем сердцем надеюсь, что в будущем он будет помнить только хорошие времена, а не тот последний день, когда я так ужасно оттолкнула его. Если я закрою глаза, я все еще смогу увидеть его лицо и опустошение, которое я причинила, отраженное глубоко в его глазах. Я не виню его за то, что он сбежал, я причинила ему такую сильную и глубокую боль, что он почувствовал необходимость оставить все свои надежды и мечты позади в своем стремлении убежать.
Если бы я могла убежать, убежать от самой себя, я бы это сделала, поэтому я не имела права подвергать сомнению его решение сделать то же самое.
Мои занятия проходят гладко; сейчас летние каникулы, поэтому у меня есть только несколько добровольных студентов общественных колледжей, которые создают свои портфолио в надежде поступить в художественные школы по всей стране.
Во время семестра я работаю неполный рабочий день в местной средней школе и по-прежнему работаю два вечера в неделю в колледже.
Хотя я бы с удовольствием заняла постоянную должность в школе на полный рабочий день, этот график позволяет мне быть рядом со всеми потребностями Серен.
Она ходит в школу, пока я работаю днем, а Лора-Нел остается с ней на два вечера в неделю, когда у меня занятия в колледже.
Сегодня у меня меньше времени для моих учеников, так как Серен находится на праздничной игровой программе, которую предоставляет ее школа. В течение нескольких часов в день во время долгих летних каникул они берут ее, чтобы позволить ей придерживаться привычного для нее распорядка, и я могу использовать это время, чтобы помочь некоторым из моих более талантливых и добросовестных учеников.
Я прихожу в школу Серен с несколькими свободными минутами и стою в вестибюле, ожидая, когда ее выведут мне навстречу.
Несколько других родителей тоже ждут, и я вежливо улыбаюсь им всем, но мое внимание привлекает разговор, доносящийся со стойки регистрации, имя Фокс сразу же насторожило меня.
— Ты видел его? Он такой же горячий, как и его старший брат, интересно, он тоже актер? — высокий женский голос доносится откуда-то издалека. Отвечающий голос снова женский, но звучит более зрелым.
— Перестань быть неуместной, Шелли. Он здесь от имени Фонда Фокса, а не для того, чтобы ты пускала слюни, — отчитывает голос.
— О, не будь таким занудой, к нам не часто приходят знаменитости, особенно те, кто похож на него, — хихикает молодой голос.
— Знаменитостью является его брат, а не он, и не позволяйте мистеру Томасу слышать, как вы так о нем говорите, этот молодой человек пообещал помочь нам собрать тысячи долларов для новой сенсорной комнаты и комнаты искусств. Последнее, что ему нужно, если он снова приедет, это чтобы ты заискивала перед ним… даже если он такой милый.
Я слышу смех в голосе пожилой женщины, и ответный вздох заставляет меня улыбнуться. Я ловлю взгляд мужчины напротив меня, и он закатывает глаза в притворном отчаянии от разговора, который мы все слушали.
У моего мозга нет возможности полностью обдумать все слова, которые я только что услышала, потому что через главные двери, держась за руку Мэри, ее сиделки один на один, входит Серен.