Алхимаг: Черный ворон (СИ)

Ладно, я видел достаточно. Тварь обречена, а значит, больше ничего интересного не ожидается.
Сделав телохранителям знак, я сел в автомобиль. Водитель с облегчением нырнул на переднее сиденье и сразу дал по газам. Машина резко крутанулась на пустой дороге, разворачиваясь. Мы помчались прочь от места битвы с химерой.
Я набрал сообщение и показал его шофёру. В нём предлагалось оставить поездку между нами.
— Как вам будет угодно, Ваше Сиятельство, — с готовностью проговорил водитель. — Если вы не скажете, то и я буду молчать.
Телохранители тоже согласились, что незачем трепаться о том, куда мы ездили. Все они понимали, что никого из них не погладят по головке за то, что позволили мне приблизиться к химере.
Остаток поездки я обмозговывал случившееся. Произошло нечто странное и неожиданное. Я не рассчитывал всерьёз, что смогу повлиять на химеру, но то, что она взбесится на меня, тоже не предвидел. Получалось, Дар у меня остался, но не работал. Есть ли вероятность, что я смогу его однажды… освободить? Теоретически — да. Но каким образом это провернуть?
Впрочем, прямо сейчас куда сильнее меня волновало другое — смогу ли я вообще стать алхимагом. Потому что без этого рассчитывать на что-либо прочее бессмысленно.
Минут через сорок мы доехали до особняка Мартыновых. К тому времени сигнал тревоги уже смолк. В новостях объявили о победе над химерой. Осталось оценить ущерб, избавиться от тела и начать ремонтные работы. Больше всего пострадал клан Радищевых, которым принадлежали заводские зоны и спальные районы, через которые прошёл монстр. Им придётся подавать запрос на частичную компенсацию в городскую администрацию. Остальное должна покрыть страховка. Про тех, кто погиб или остался без крова, тоже писали. Благотворительные организации уже начали сбор средств. Оперативно, ничего не скажешь.
* * *
Едва зайдя в дом, я отправился искать алхимага и вскоре услышал голоса в одном из залов. Туда и свернул. Чем ближе я подходил к приоткрытой двери, тем яснее понимал, что отец разговаривает с каким-то мужчиной. Голос был незнакомый.
До меня даже долетели несколько обрывков фраз:
— … предупреждений не будет, Ваше Сиятельство… терпение не безгранично… уверяю, он настроен очень серьёзно, и вам стоило бы прислушаться… истекает…
Похоже, Николай с кем-то ругался, потому что разговор шёл на повышенных тонах. Я бы хотел услышать больше, однако, стоило подойти достаточно близко, как собеседник Николая замолчал. Повисла пауза.
— Что ж, — проговорил он совершенно спокойно. — Это всё, что я должен был сказать. Не смею долее отнимать у вас время. Всего хорошего.
Раздались приближающиеся шаги, и из комнаты вышел высокий худой незнакомец во всём чёрном. На лице у него почему-то были солнцезащитные очки, стёкла которых отливали тёмно-красным.
— Моё почтение, — поклонился он мне на ходу.
Я машинально кивнул.
Человек прошёл мимо меня, а затем показался Николай.
— Ярослав? — удивился он. — Ты что тут делаешь?
Свой вопрос я набрал на телефоне заранее, ещё в машине. Так что теперь просто сделал два шага вперёд и протянул его алхимагу. Тот наклонился, чтобы прочитать. Спустя пару секунд лицо его омрачилось. Он посмотрел на меня и распрямился.
— Я знал, что рано или поздно ты спросишь об этом. Что ж, пойдём поговорим.
И направился в сторону кабинета. Мне не оставалось ничего, кроме как последовать за ним. По тону было не понятно, к каким новостям готовиться.
Когда мы оказались на месте, Николай плотно прикрыл дверь и повернулся ко мне.
— Не буду тебе лгать, сынок. Я понятия не имею, сможешь ли ты создать когда-нибудь круг трансмутации. Думаю, никому это не известно. У тебя тело гомункула, но душа человеческая. И это вселяет в меня надежду. А оправдается она или нет, мы узнаем, только когда ты начнёшь пытаться. Собственно, потому я и отдал тебя в Менториум. Несмотря ни на что.
Так себе ответ… Не на это я, мать вашу, рассчитывал, когда спешил домой! До последнего надеялся, что Николай скажет, что у меня всё получится, ведь я не бездушный биоавтомат. Однако он и сам не знал, на что я могу рассчитывать.
 
Чёрт! Чёрт! Чёрт! Проклятье, блин!
— Держись, Ярослав, — сказал алхимаг. — Не сдавайся. И, главное, помни, что мы с мамой будем тебя любить не меньше, если ты… Если у тебя не получится. Ладно?
Ну, класс! Это ж именно то, что мне нужно, — любовь двух посторонних людишек! Нет, наверное, само по себе это здорово. Но остаться обычным человеком — даже и не совсем человеком! — в мире, где всем заправляют маги-аристократы? Даже не знаю, что может быть хуже…
Конечно, грех жаловаться. Я ведь мог вообще умереть и переродиться опять в том же убогом захолустье. И всё же…
— Ты прости, но мне нужно заняться кое-какими делами, — смущённо сказал Николай. — Это срочно, так что… У тебя, наверное, полно уроков?
Уроков… Куда ж без них⁈
Я вышел из кабинета, заставив себя аккуратно прикрыть за собой дверь. А затем почти бегом отправился в библиотеку особняка. Наверняка там есть куча книг, где подробно объясняется, как создать круг трансмутации.
Ждать, пока нас начнут учить этому в Менториуме, я теперь просто не могу. Я должен убедиться, что способен стать алхимагом!
Часов пять я возился с книгами, ни о чём больше не думая, кроме как о трансмутации. Читал и старые, и новые труды, даже в Интернете поползал. Да, круг Великого Делания лучше осваивать с наставниками — например, в Менториуме — но можно попытаться сделать и самому. Все инструкции имелись в свободном доступе. Никакого запрета на эксперименты. Другое дело — получится ли. Ведь требовалось достичь определённой ступени Внутренней алхимии, чтобы подчинить себе Вещество. Считалось, что будущий чародей приходит к такому состоянию духа только в конце первого курса обучения. И тогда Чёрный ворон обращается в Белого лебедя.
Я сделал все конспекты, скопировал на библиотечном сканере и распечатал нужные чертежи. Мне казалось, я всё понял. Не терпелось попробовать. Но требовалось место — достаточно большое, и чтобы никто не мешал. Я решил, что займусь созданием круга трансмутации в спортивном зале. Собрав всё, что могло пригодиться, я поспешил туда.
Разложив прямо на полу свои записи и инструменты для черчения, взялся за дело. Чем дольше я работал, ползая на карачках по полу, тем сильнее становилась уверенность, что у меня всё получится.
На начертание круга ушло больше двух часов. Я пропустил ужин, но меня радовало, что никто не разыскивал меня, мешая трудиться. Пища сейчас всё равно не полезла бы в желудок: я был чересчур возбуждён и полон предвкушения.
Тщательно выверяя углы, я чертил одну линию за другой, вписывая в схему символы. Затем проверил каждую часть получившегося рисунка. Кажется, никаких ошибок. Да, на экзамене придётся создать круг трансмутации без помощи чертежа и инструментов — только силой духа — но сейчас мне было важно только одно — узнать, способен ли я, в принципе, на это. Хоть бы получилось!
Отойдя на три шага, я опустился на колени, ещё раз пробежал глазами инструкцию, которую выучил почти наизусть, отложил листок и закрыл глаза.
Чтобы изменить Вещество, нужно проникнуть в его структуру, разложить и собрать заново, соединяя с другими элементами. А для этого требуется энергия. К счастью, она плещется вокруг нас, пребывая в любой мельчайшей частице мироздания. Огромная энергия! Которую алхимаги умеют использовать. Они управляют ею и Веществом, уподобляясь древним богам, создававшим мир. Да что там уподобляются! По сути, они теперь и есть боги. Только одно отличает их от демиургов — люди не бессмертны. Лишь когда будет создан или найден Философский камень, человечество преодолеет последний барьер. И я обрету бессмертие вместе с ним. Сколько бы перерождений для этого ни понадобилось. Главное — все они будут происходить в этом мире!
Первым делом я попытался войти в гармонию с миром. С микровселенной, состоящей из крошечных частиц — мельчайших элементов, служащих кирпичиками в работе алхимага.