13-й демон Асмодея. Том 4 (СИ)

— Всё, можешь выбираться отсюда. Княгиня обратила свой взор на другого мужчину, — процедил я, думая только о том, чтобы Гольдберг свалил уже побыстрее отсюда. Хоть дискомфорт был минимальный, но он был, и мне нужно было немного посидеть здесь, чтобы прийти в себя.
Граф думал пару минут, а потом рванул из беседки, видимо, чтобы убедиться, что всё сработало. Я же тихонько застонал и опустился на скамью. Закрыл глаза и постарался расслабиться. Не знаю, сколько я так сидел. Судя по ощущениям, пару минут, но не удивлюсь, что прошло несколько часов. Когда я открыл глаза, то чувствовал себя на удивление сносно. Из дома доносилась приятная музыка, значит, танцы уже начались. Встав, я прислушался к своим ощущениям. Ну что же, танцевать я точно смогу, значит, нужно пойти и повеселиться.
  
Первое, что мне бросилось в глаза, как только я вошёл в бальный зал — это Мазгамон в теле Николая Довлатова, пытающийся отбиться от княгини Гнедовой, которая, похоже, захотела молодого поклонника, а этот кретин, скорее всего, имел неосторожность пригласить её на танец, да ещё и демонические чары по привычке применил. Чуть в стороне стоял блаженно улыбающийся молодой человек, в котором я узнал графа Гольдберга. Князю Гнедову на шалости супруги было традиционно плевать, он о чём-то увлечённо вещал в кругу друзей.
— Великий Князь Дмитрий Александрович, с супругой Великой Княгиней Ольгой Викторовной, — дверь распахнулась, и распорядитель вечера известил всех присутствующих о прибытии венценосных особ, а потом после короткой паузы немного недоумённо добавил: — Семёнова Анастасия Сергеевна!
Я встрепенулся и уставился на дверь, в которую сейчас входили Дмитрий с Ольгой. А позади них — хорошенькая блондинка в вечернем платье. Настя выглядела слегка испуганной, но старалась держаться прямо. Самое удивительное, что ни Ольгу, ни Дмитрия она не боялась, хотя именно они были здесь самыми значимыми лицами. Но это неудивительно, Настя их хорошо знала, а Диму видела в таком виде, что никому из присутствующих, кроме меня, и не снилось, включая его богатый внутренний мир.
Мой взгляд встретился с взглядом Ольги, и сестрёнка мне подмигнула. Похоже, она только что сделала для меня тоже, что я сделал в своё время для её супруга — подогнала мне девчонку, к которой я был чуть больше, чем неравнодушен.
— Елизавета Ивановна, ну не могу я с вами уединиться, даже чтобы послушать стихи вашего сочинения, — раздался голос Довлатова рядом со мной. — У меня есть определённые обязательства. И мне просто чудовищно жаль, и сейчас я говорю абсолютно искренне. Вот, Денис не даст мне соврать.
Он схватил меня за рукав мундира, заставляя повернуться к ним.
— Маз… Николай, а ты что здесь делаешь? — я старательно улыбался, и только присутствие нескольких сотен гостей мешало мне придушить этого придурка.
— То же, что и ты, наслаждаюсь последним днём перед началом учёбы, — язвительно ответил Мазгамон.
— О, Денис Викторович, вас давно не было видно, — Гнедова привлекла к себе моё внимание.
— Полагаю, в этом была ваша заслуга, Елизавета Ивановна, — я чуть поджал губы. — Хотя я извинился за вашего варана и готов был понести заслуженное наказание, но только лично от вас. А сейчас, извините, но я, кажется, влюбился.
И я отошёл от них, подходя к лестнице, по которой в этот момент спустилась Настя. На неё поглядывали с любопытством, и я тем самым сразу же очутился в центре внимания. Протянув ей руку, я улыбнулся:
— Добрый вечер, прекрасная незнакомка, не подарите ли мне вальс?
— Боюсь, что мой жених может быть недоволен, — она лукаво улыбнулась.
— Да бросьте вы этого неудачника, к тому же я вполне могу с ним разобраться, смотрите, какой я сильный, — и я шутливо приложил её ручку к своей груди, чтобы она оценила вполне интересные мышцы, которые я, несмотря на постоянную беготню, всё-таки сумел нарастить.
— Денис, не представишь мне свою девушку? — к нам пробралась моя мать, с улыбкой глядя на сразу же всполошившуюся Настю.
— Настя, познакомься, моя мама — графиня Мария Давыдова, — я сразу же представил их друг другу.
— Вы удивительно органично смотритесь, — мама отступила назад и внимательно нас осмотрела. — Я слышала, сейчас будет вальс. Идите, дети, потанцуйте. А я приготовлю объявление о такой внезапной помолвке. Как минимум шесть семей о ней знают, включая, естественно, Ольгу, которая всё это организовала. Так что не теряйтесь, вам ещё получать поздравления и, возможно, подарки.
Она быстро куда-то отошла, я же предложил Насте руку и увлёк её в круг танцующих, пока она не перепугалась окончательно и не бросила меня почти у алтаря.
  
Глава 14
 
— Так, нам нужно станцевать как минимум три танца, и можно объявлять о неожиданных страстных чувствах, — прошептал я Насте на ушко. — Ты можешь мне кольцо осторожно, чтобы никто не видел, передать?
— Зачем? — она закусила губу, а в её глазах промелькнуло непонимание. Она чувствовала себя неуверенно и была напряжена. И это понятно: оказаться в подобном обществе — стресс для девушки, далёкой от всей этой мишуры. Я даже не удивлюсь, если узнаю, что её просто поставили перед фактом и ничего как следует не объяснили, притащив сюда и сразу по прибытии отдав на растерзание стилистам.
— Как это зачем? — я даже удивился её вопросу. — А как я буду предложение делать без кольца? Настя, я не собираюсь его отбирать, — прошептал я, надеясь, что правильно расшифровал её замешательство.
— А почему именно три танца? — прошептала Настя и жестом фокусника уронила своё помолвочное кольцо мне в карман.
— Потому что если танцев больше двух — то это уже как бы объявление о намерениях. А ты что, не знала? — я снова удивлённо посмотрел на неё.
— Представь себе, нет, — пробормотала Настя. — Я как бы далека от балов и всех этих игр аристократов…
— Ничего, — я улыбнулся. — Матушка, похоже, всерьёз собралась в Аввакумово, чтобы поближе с тобой познакомиться. Думаю, она научит тебя всему, чтобы ты больше не путалась.
— Что? — она сказала это достаточно громко, совсем не шёпотом, и на нас начали поглядывать другие танцующие.
— Тише, а то все решат, что Давыдов совсем ополоумел и сейчас нашёптывает девушке непристойности, а то и склоняет её ко всякому, — прошипел я. — И улыбайся. На нас Дмитрий с моими родителями смотрят.
— Ты действительно мне какие-то извращённые непристойности нашёптываешь, — прошептала Настя так, что я поблагодарил всех высших скопом за то, что не надоумили её взять с собой сковородку. — Я не понимаю, зачем это надо.
— Потому что это считается романтичным. И Дмитрию сильно хочется меня отблагодарить, чтобы закрыть счёт за своё спасение. Думаю, он мне подарит очередной пистолет, как его отец за спасение брата. Потому что, как ни крути, но это был мой долг, — ответил я ей совершенно серьёзно. — И мы убежим отсюда под ахи и вздохи. Может, даже в сад. Ну не просто же там такие интимные беседки понаставили. Там и отпразднуем.
— А вот сейчас ты точно нашёптываешь непристойности, — Настя вспыхнула, но слишком оскорблённой не выглядела. Постепенно она начала расслабляться и перестала обращать внимание на окружающих, концентрируясь на мне.
— Ну да, и что? — я закружил её быстрее, и нам на некоторое время стало не до разговоров.
Ещё два танца пролетели незаметно. Когда после третьего я подводил Настю к матери, на нас уже косились и перешёптывались. Подошла улыбающаяся Ольга, за её спиной встал Дмитрий, приобняв супругу за плечи. Музыка замолчала на какое-то время, музыканты начали настраивать инструменты, и я понял, что вот он, подходящий момент.
  
Медленно опустившись перед Настей на одно колено, я очень серьёзно и пафосно произнёс:
— Анастасия Сергеевна, вы же сделаете меня счастливейшим из смертных и согласитесь выйти за меня замуж? — и вытащил из кармана кольцо. Ну вот такой я ответственный тип, всегда на бал кольцо клал в карман. Ну а вдруг? И вот, пригодилось же! Денис Давыдов — очень прозорливый тип, прошу любить и жаловать.