Империя Инфернум

– Разбиваем лагерь здесь. Начинается буря. Надо переждать, – распорядился Кирон, и войско свернуло с дороги в сторону поляны с редкими деревьями.
Я не знаю, что такое буря. В Силве редко плохая погода. Солнце постоянно радует теплом, а со стороны реки веет влагой. Идеальное место для спокойной и счастливой жизни. По рассказам Ланды, в Маскулайне тепло – это редкое явление. Частые ветра, снежные метели и проливные дожди. Деревенская одежда не спасет от морозов. Это шантаи никогда не мерзнут. Она говорила, что мау переодевают в наряды из выделанных шкур животных, чтобы в сохранности доставить в столицу Инфернума. Меня одевать явно не собирались. Хотя я уже начала замерзать, ведь солнце скрылось за горизонтом, и плащ Дирама не спасал, а его холодное, как лед тело не грело.
Военные привязали буртов к деревьям, расстелили покрывала на траву и принялись раскладывать провиант. Другие рубили ветки и обтягивали их скользкими тканями, создавая палатки. Остальные разжигали костер.
Дирам оставил меня верхом на бурте, а сам вместе с Кироном удалился в императорские покои. Я огляделась по сторонам. Мысль о побеге зудела в голове. На меня никто не смотрел, каждый был занят своим делом. Показалось, что это идеальный вариант скрыться. Но где? Впереди дорога, справа и слева поля, а сзади редкий лесок, который не укроет от погони. Безумная затея. Но страх перед предстоящим пиром заставлял напрячь мышцы и незаметно перекинуть ногу через бурта и сдвинуть их вместе. Вцепиться руками в седло.
Я потихоньку сползала. Осталось оттолкнуться и спрыгнуть, а потом бежать без оглядки.
Сердце в груди билось барабаном. Я часто задышала, настраиваясь на побег. Лишь бы коснуться земли.
Кармусы смеялись у костра так громко, что моих шорохов никто не услышит. Сейчас или никогда! Я оттолкнулась и спрыгнула с бурта. Голыми ступнями приземлилась на холодную траву и увидела, как один из воинов показывает на меня пальцем. У меня затуманилось зрение. Я чувствовала только, как кровь разносилась по телу с бешеной скоростью. Пульсировало в висках. Развернувшись на месте, я бросилась в сторону леска. Больше ничего не слышала и не видела. Просто бежала вперед. Но разве можно не услышать топок копыт мощного и быстрого бурта? Вот о них-то я и не подумала.
Всадник перерезал мне дорогу. Я затормозила, поскользнулась на траве и упала ничком. Посмотрела снизу вверх на воина. Он скалился. Его глаза переливались цветными камнями и задором. Я сразу узнала эту масляную улыбку. Тулек, что грязно трогал меня большую часть пути, радовался легкой победе.
Он спрыгнул с бурта и схватил меня за волосы. Заставил посмотреть в его наглое лицо. Я сглотнула, корчась от боли. Казалось, одно движение и он снимет мой скальп на потеху остальным. Но он перехватил мои руки и скрестил их за спиной. Перевязал веревкой шею и запястья так, что я вытянулась дугой. Только в таком положении веревка не доставляла боль и не душила.
– Глупая мау! – Рассмеялся он. – Убежать от войска Кирона невозможно!
Я обреченно посмотрела на него, а Тулек облизнул губы, приблизил лицо и прошептал:
– Хороша. Таких у меня еще не было.
И правда глупая мау. Я наивно думала, что страшное случится со мной на пире, но жестоко ошибалась. Я до него не доживу. Меня употребят в пути и оставят гнить на дороге. Никто из этих беспощадных мужчин не заступится. Моя жизнь, а тем более честь ничего не стоит!
Тулек схватил меня за талию, прижимая ягодицами к твердой плоти, пульсацию которой я чувствовала через ткань плаща. И пошевелиться больно и кричать ни к чему. Но я заорала, что было мочи. В ушах зазвенело от пронзительного полного отчаяния крика.
Шантаи развернул меня к себе лицом и закрыл рот большой ладонью. Я не могла втянуть носом воздух. Выпучила глаза от страха задохнуться. Попыталась вырваться, но тщетно. Веревка врезалась в шею, усугубляя положение. Тогда я просто бросила попытки и повисла в его руках. Уже ждала смерти, но воин оторвал ладонь от моего лица. Я сделала глубокий вдох и закашлялась.
 
– Что тут происходит? – сегодня этот голос уже спас меня от хранителя озера.
– Пленная хотела сбежать. Я ее догнал.
Тулек бросил меня на траву и отступил. Я подняла голову и посмотрела на мужчину в маске. Такой большой и величественный, но настолько же и страшный. Сулящий мне мучительную смерть.
– Почему не привез в лагерь? – его тон вводил в панический ужас и не только меня. Шантаи вжал голову в плечи и опустил взгляд.
– Она вырывалась.
– Ты так слаб, Тулек? Мой лучший воин без веревки не справился с мау?
Шантаи укололи слова правителя, но он молчал, сжимая кулаки.
– Мау помогла отыскать войско Дирама. Она доживет до пира.
Кирон присел на корточки и приподнял мое лицо за подбородок. Посмотрел в глаза. Я отводила взгляд, а он заставлял смотреть. Тень от его длинных черных ресниц отбрасывалась на веки. Я пыталась найти изъяны вокруг его глаз. Не зря же он постоянно носит маски. Но ничего не заметила. Просто смотрела на разноцветную радужку, которая не крутилась центрифугой, а плавно перемещалась по кругу.
– Решила сбежать? Зря. Могла бы свободно перемещаться по лагерю. Теперь будешь привязана к дереву, как бурты.
Он развязал мои руки, но удавку на шее оставил.
– Пойдем, – потянул он за веревку, и я едва успела вскочить на ноги.
Бежала за правителем галопом, стараясь не споткнуться и не упасть. Подтолкнув меня к костру, Кирон приказал:
– Танцуй! Будешь развлекать нас сегодня.
Я посмотрела на Дирама, а он отвел взгляд. Правитель отпустил поводья и уселся в импровизированный трон из веток и шкур. Кармус поднес ему кусок мяса, с которого капала кровь и бутылку скумы.
Кирон откинул плащ, оголяя массивный торс, и просунул мясо под тряпичную маску. Откусил половину и таким же образом запил скумой.
Меня едва не стошнило, но желудок предательски заревел. Я ощущала запахи прожаренного мяса, и во рту стало так мокро, что я сглатывала непереставая. Правитель жестом распорядился накормить меня.
Дирам в это время сидел рядом с Кироном и делал вид, что ему безразлично, что со мной происходит. А может, так и было на самом деле. Я больше никогда никому не поверю.
Кармус вложил в мою ладонь бутылку скумы, и протянул прожаренный кусок мяса. Я вгрызлась в него, наслаждаясь ароматом и вкусом. Набила живот и отхлебнула пряный напиток розового цвета. Скуму могли пить только мужчины. Грязные мау не достойны этого напитка. Я впервые попробовала его, когда Дирам нечаянно забыл полупустую бутылку у нас дома. Мы с Ландой сели за стол, и она протянула мне напиток. Сказала, что в Маскулайне перед тем, как надругаться над мау, заставляли выпить скуму. Она расслабляла и позволяла затуманить разум, чтобы легче проходило совокупление. Я помню, как глотнула и закашлялась от крепости. Жидкость обожгла горло похлеще горячей похлебки, но не доставляла боль. Мы пили и разговаривали на интимные темы. Мама впервые в подробностях рассказала, что такое близость с мужчиной. С того дня я стала ее бояться больше огня.
Сейчас я не скривилась и не закашлялась. Я поглощала глоток за глотком до тех пор, пока мышцы не расслабились, а голова не стала ватной. Поставила бутылку на землю и попыталась сесть, но Дирам потянул поводья на себя, и я упала на землю, упираясь руками, чтобы не запахать носом. Воины рассмеялись. Альва держался непринужденно, как в тот миг, когда забирал меня из деревни. Кирон внимательно наблюдал за мной, будто наслаждался жалким зрелищем. Будто готов был пнуть меня в любой момент. Показать свое превосходство над грязной мау.
– Танцуй! – Приказал правитель.
Я поднялась с земли. Стряхнула грязь с рук и колен. Со всей злостью, что кипела внутри, посмотрела сначала на Кирона, затем на Дирама. Двое властных мужчин, не знающих жалости, живущих по своим законам. Я для них пыль, что оседает на кожаных сапогах воинов. Ничтожество, способное только подчиняться и удовлетворять их похоть. Вот что я сейчас. Вот для чего родилась и попала сюда.