Железная Леди: Предназначение (СИ)

— А, да я так, поехала себя показать, людей посмотреть. — я отмахнулся, мол, не стоит и говорить. Перевёл взгляд на блондинку. — А это твоя младшая сестра.
— Ага! Кунегунда! Ой, между вами же что-то произошло! Куня мне позвонила… — Бася растерянно переводила взгляд с меня на сестру.
А та, поняв, что «избиения младенца» не будет, вся покраснела и надулась, став похожей на свёклу.
  
— Да так, небольшая размолвка вышла. — я решил, что в благородство играть не буду. Мой звёздный час, хах! — Твоя сестра просто захотела меня выкинуть в окно, потому что я слишком простолюдинистая, чтоб в соседнем кресле сидеть! Про лицо как репа кричала и дешевую одежду…
— Куня! Ты опять⁈ — Бася с гневом посмотрела на сестру, та ещё больше надулась, и отвернулась, делая вид, что ей ух как интересна реклама на стене. — Ладно! Катя, тебя кто встречает?
— Никто, я же телефон оставила, никому не звонила. Сейчас такси поймаю…
— Никакого такси! Пойдём, я тебя довезу до дома!
— Её⁈ Зачем⁈ — красная Куня сразу повернулась, но Бася не обратила на неё внимания.
Схватив меня за руку, полька потащила меня к стоянке. Мои чемоданы и Кунигундины подхватил чопорный слуга, не проронивший ни слова. Бася дотащила меня до машины, впихнула внутрь и села сама. Кунигунду отправили на место возле шофёра, где она и село, возмущённо сопя. Слуга загрузил наши чемоданы в богажник, сел за руль, и мы тронулись.
— Прости её. — Бася мотнула головой в сторону сестры. — Она с самого рождения такая. Будто не девятая внучка графа, а первая царевишна. Гордость — это хорошо, но у Куни её слишком уж много! Семья её даже отправила на два года в Америку, там учиться, думали, в другой обстановке она образумится. А она ещё больше неприятностей принесла! Сколько денег на адвокатов и выплаты по судам потратили — на приданое трём таким, как она, хватило бы! А в прошлом месяце она собачку американской герцогини сожгла!
— Зачем⁈ — от такой новости у меня глаза чуть не на лоб полезли.
— Да эта герцогиня её выгуливала на газоне, цветочки нюхала. А Куня за парнем бежала…
— Враньё! — возмутилась блондинка с переднего сидения. — Я…
— Молчи уже! А она, представляешь, налетела на герцогиню, рассердилась — да как ударила молнией по собачке! — Бася хлопнула себя рукой по лицу. — Та в ответ чуть саму Куню не прибила, еле слуги унесли её. Так она, коза, скрывать пыталась, слуг запугала, но, когда отцу вызов в суд как попечителю пришел, то тут уж скрывать не получилось. Вот, вернули её назад, тут она хотя бы под каким-то присмотром! А она даже в самолёте умудрилась поскандалить!
— Ха-ха-ха, прости, Бася, но это всё так смешно! А-ха-ха! — я чуть не хрюкал от того, что мне рассказала подруга.
— Я б тоже посмеялась, если бы это была не моя сестра! — Бася сначала надула губки, но потом тоже заулыбалась. — А ты сама где была⁈ На всё лето пропала! Мы уж с Настей думали, что с тобой что-то случилось! Исчезла и с концами!
Несколько секунд я колебался, сомневаясь, стоит ли рассказывать. Но потом подумал — ну и что, если расскажу? Всё равно рано или поздно всё это всплывёт. Тем более никакого репутационного вреда не должно быть, Арена — дело благородное, красноярские молодые аристократы тоже с удовольствием на них ходят. Ну а Козловский… Ну не настолько же он псих, чтоб за мной через всю страну переться!
— Я поехала в Краснодар зарабатывать деньги на обучение.
— Деньги на обучении? — удивилась Бася.
Ну, блин, мажорка! Конечно, графской внучке нет особого смысла задумываться о деньгах! Даже как-то грустно…
— Пф, нищебродка. — фыркнула с переднего сидения Кунигунда, но так, чтоб вроде и не очень слышно. Но слышно.
— Да, если не заплатить, то придётся на Вязовых двадцать лет работать. А я хочу быть свободной. Ну и поехала на заработки.
— Что-то новое сковала? — глаза Баси загорелись любопытством.
— Нет, я выступала на Арене!
— На Арене? Но у тебя же Благословение металла, оно не боевое! — Бася выглядела растерянно, как ребёнок, что взял леденец на палочке, а там оказалась одна палочка.
— Просто надо правильно всё использовать! — я скорчил высокомерное лицо. — поищи Арена «Пирамида», «Железная леди». Это мой псевдоним такой там был, я инкогнито выступала.
— Ага! — полька достала смартфон и стала быстро тыкать пальцами в экран.
Куня на переднем сидении тоже достала свой, видимо, решила и сама проверить мои слова. Из их телефонов стали раздаваться звуки боя, крики зрителей, в общем, всё то, что живёт на Арене.
— Ого! А ты их не жалеешь, ха-ха-ха!
— Ага. Особенно в последний бой, за первое место в третьем дивизионе, пришлось постараться. — я взглянул на зеркало заднего вида, поймал в нём взгляд Куни, улыбнулся. — Я ей в глаза воткнула стальные иглы и так их нагрела, что у неё глаза сварились, как куриные яйца!
Показалось, что в глазах басиной сестрёнки мелькнула тень страха. Ну и правильно! Бойся! Думай всё время, что может проснуться — а у тебя из головы игры торчат! Не забывай об этом!
Так мы и проехали остаток дороги — Бася с Куней пялились в телефоны, смотря мои бои, а я нашел и выпотрошил микро-холодильник. Там такой прекрасный набор соков был! Но быстро закончился.
Попрощавшись с Басей и пообещав заехать к ней в гости как можно быстрее, я забрал сумку с щитами — правда, мне пришло в голову, что нафига я их с собой таскаю-то? — и быстр оказался у дверей родительской квартиры. Ух, ещё и им объяснять, где я пропадал! Но вроде же всё объяснил ещё тогда, что официанткой на север уехал, пока лето, туристы. Надеюсь, родители не волновались.
Дома оказались почти все — папа, мама и Алёна, только брата не было, но так он и жил отдельно. Меня сразу же обняли, обцеловали, общупали, будто сомневались, что это на самом деле я, и вынесли вердикт, что я ничего не кушал всё лето, так истощал!
А потом начались вопросы…
— Катюшенька, но где же ты всё лето пропадала⁈ — мама смотрела на меня одновременно просительно и требовательно, даже не знаю, как у неё это получалось. — Мы так волновались!
— Мам, но я же всё сказала ещё тогда — на заработки уехала!
— Да-да, сказала, телефон бросила и умотала! Мы три месяца волновались о тебе! А ты даже не звонила!
Папа, поняв, что дело пахнет скандалом, смылся в коридор и только немного выглядывал оттуда, проверяя, как дела. А Алёна, сучка, сначала ушла, потом вернулась с огромным пакетом кукурузных палочек, уселась в кресло у телевизора и с любопытством следила за моим с мамой разговором, хрумкая палочками.
— Всё так и есть. Я заработала денег, вернулась — всё хорошо же! Чего ты нервничаешь, мам?
— Вот потому и нервничаю! Мы, между прочим, в твой университет тоже звонили!
— Зачем⁈
— А узнать, куда ты подевалась! И нам рассказали, сколько год обучения у них стоит! А ты говоришь, что на все три заработала?
— Ну да.
— Катерина! Мы тебя не такой растили! Даже ради высшего образования нельзя такое делать! Мы с папой могли бы кредит взять. Или ты бы поехала учиться в Диксон, у них там всё дешевле! А так… а так… что ты с собой сделала⁈
— Что? Мама, ты о чём говоришь⁈
— Дочка, не ври мне! Всё ты понимаешь! Уж понятно, как может молодая девушка заработать такие деньги на курорте летом! И телефон специально с собой не брала, потому что стыдно было с нами говорить! — мама вся раскраснелась, распалилась, глаза её лихорадочно блестели.
Я, признаюсь, не сразу понял, о чём она говорит. А потом как понял!
— Мама, ты думаешь, я там проституцией занималась⁈
— А что мне ещё надо было подумать⁈ Кто ещё больше семидесяти тысяч рублей за лето заработать может⁈ Ещё и на морском побережье! А⁈ Катя! Я тобой разочарована!
— Я тобой тоже, мама! — я тоже стал выходить из себя. Ну родительница, ну удумала!
— Есть с чего, раз я не смогла тебя правильно воспитать! В этом и моя вина есть! Но как ты могла подумать, что мы с папой тебе не поможем, и сделать такое!