Интеллектуал: DC/Марвел (ЛП)

-«Согласно полицейским отчётам, она присоединилась к группе захвата, надеясь задержать преступника, известного как – Пугало. Но он смог уйти, отравив своих преследователей токсином страха. Детектив также попала под раздачу. Сейчас она в городской больнице Готэма»
Убрав паяльник в сторону, я глянул на часы… 4 часа дня. Второпях помыв руки, и накинув куртку, я направился к выходу.
-Не жди меня дорогая! И будь так добра, выключи здесь все,- попрощался я с Евой.
***
Отыскав нужную палату, я незамедлительно зашел.
Рене лежала на белой койке, рассматривая какой-то журнал. Заметив меня, она отложила его в сторону.
-Привет, Алекс,- произнесла она непринужденной улыбкой.
-Как вы, детектив? Я сильно беспокоился за вас, как только услышал об этом несчастье. Да так, что в последние три часа мне кусок в горло не лез,- заявил я обеспокоенным тоном, разместив сумку с фруктами на стол.
Но у пациентки, похоже, сработала чуйка полицейского, и она отнеслась к моим словам с ноткой подозрения.
-Когда ты последний раз ел? И что?
-Около трех часов назад я пробовал картошку по-французски, закусил двойным чизбургером, и отведал Чизкейк. Ах, да, еще я поел пиццу!
-Другими словами… Из-за того, что ты так много ел, ты сейчас больше не можешь есть?
-Хм, я думаю можно сказать и так.
-Ты единственный кто мог сказать мне настолько странную вещь, ха-ха,- засмеялась девушка, придерживая свой живот.
У нее довольно хорошее настроение, должно быть устрашающий газ Пугало уже выветрился.
-И все же, Рене, как ты себя чувствуешь?
-Мне уже гораздо лучше, спасибо,- ответила она, погружаясь в раздумье.
-А по тебе и не скажешь…
-Нет, правда, все хорошо! – заявила она, приходя в себя. - Я сглупила, когда погналась за этим сумасшедшим, и вот я здесь. Чертов урод, найду его и прибью к стенке,- Рене попыталась сказать это устрашающе, но в ее тоне был заметен небольшой страх.
Эх, как говорится, женщин не нужно слушать, их нужно чувствовать. То, что она говорит, и то, что она чувствует – это разные вещи.
Я сомневаюсь, что это до сих пор дело токсина, похоже, она испытала, что-то ужасное, что изрядно ее напугало. Токсин страха Пугало, вытаскивает самые потаенные страхи из глубин подсознания.
-Рене, посмотри на меня,- встретился я с ней глазами.- Я твой друг, и готов помочь тебе. Что бы ни случилось, ты всегда можешь рассчитывать на меня. Я не собираюсь тебя ни в чем осуждать или винить, ведь, что бы ты не сделала, это твой выбор. И я уважаю это.
Каждое мое слово, будто разрывало защитный слой, которым она отгородила всех от своего сердца, из глаз покатились слезы, плечи ее внезапно задрожали.
Я тут же обнял ее, желая успокоить.
-В тот момент, когда я вдохнула газ Пугало, я внезапно очутилась у себя дома,- начала девушка свой рассказ.- Мы с семьей сидели за столом… Отец, мама, брат и я… И вдруг, они говорят, что люди сказали им, будто я лесбиянка,- ее голос дрогнул, словно от страха.- Я попыталась убедить их, что их обманули. Но они внезапно вытащили фотографии, которые отчётливо показывали правду… Алекс, а ведь я тебе не рассказывала, да и никому не рассказывала, кроме брата… Я лесбиянка.
 
Она замолчала, ожидая услышать мою реакцию.
-Я знал об этом еще с нашей первой встречи,- сообщил я, чем вызвал у нее шок.
-Как, откуда?!
-Скажем так, я очень хорошо разбираюсь в женщинах. Я не говорил тебе, что знаю, потому что хотел, чтобы ты сама мне об этом сказала. Тогда, мы бы стали настоящими друзьями. Конечно, у каждого есть секреты, и я не исключение. Но ведь друзья и существуют для того, чтобы мы могли их обсудить, не так ли?
-Да, это и вправду хорошо, когда у тебя есть человек, кому ты можешь излить душу… Я боюсь, Алекс, боюсь, что мои родные узнают о моей тайне. Это мой самый жуткий страх. У меня очень религиозные родители, и если они узнают это, то непременно откажутся от меня. Я не хочу их терять! Это так сложно, когда ты другая, и люди тебя не понимают.
Мда, тяжёлый случай. А ведь Двуликий и вправду раскрыл общественности о ее нетрадиционной ориентации. И как только ее семья об этом узнала, они бросили свою дочь. В ее жизнь пришёл настоящий хаос… Я не могу допустить повторения истории, и потому, лучшим выбором будет следовать первоначальному плану. Будем пытаться ее вразумить.
-Не переживай об этом. Послушай меня, Рене,- говорил я ей на ушко тихим голосом.- Если твои родители, когда-нибудь узнают о твоей тайне, то сразу приходи ко мне. Я все улажу…
-Но как?
-Это секрет. Поверь, у меня есть свои способы, и я смогу успокоить твою семью.
-Хорошо… Эхх, надеюсь, они никогда не узнают об этом,- проговорила детективша, с тяжестью в сердце.
-Ну что ж, вот мы и стали еще на шаг ближе друг к другу,- стал обнимать я ее крепче.
-Да, вот только, по всей видимости, ты прослушал момент, когда я призналась в том, что интересуюсь девушками, а не мальчиками,- толкнула она меня, и я упал на мраморный пол.
Хм, вообще не больно! По сравнению с пещерой Бэтмена, которая имеет неровную поверхность пола, это место словно из ваты. Ну, или я уже окончательно убил все свои болевые нервы и ничего не чувствую.
-Неужели это повлияет на наши будущие отношения? Мы же все еще можем быть вместе!- сказал я, держась за сердце, будто влюбленный.
-Ух ты, неужели здесь наметилось признание?- донесся до нас грубоватый голос со стороны выхода.
В палату зашли комиссар Гордон, детектив Харви Буллок, и еще двое неизвестных мне сотрудников полиции в форме.
-Рене, ты смогла очаровать этого юнца?- спросил Буллок, с издевкой в голосе.- Ты это, не плошай! Помни, он довольно богатенький, не упусти свой шанс.
-Заткнись, Харви!- крикнула на него Монтойа.- Это был просто спектакль! Мы с Алексом друзья, а не то, что вы подумали.
Я поздоровался с сотрудниками правоохранительных органов, и заодно познакомился с двумя неизвестными. Они также пришли в больницу проведать Рене… Хотя, это и так было очевидно.
По ходу разговора, наши дорогие посетители добрались до моего пакета с фруктами. Так как они пришли прямиком с участка, то гостинцев принести забыли. Поэтому, моя сумка стала для них, основным объектом исследования, в особенности для Буллока.
Пациентка, которой и предназначались все эти продукты, была не против, что дало ему полную свободу действия.