Мера человек: Выбор (СИ)

— Великий мастер, мой командир, — вдруг донёсся голос снизу.
Мы с Хорасом обернулись.
Намиб сидел на склоне бархана, припав на одно колено и смиренно опустив голову, и ждал нашего ответа.
С удивлением я увидел на руке него сокола. Я стал рассматривать птицу, которая сидела на локте. Она пошатывалась, обессиленно опустив крылья, и раскрыла клюв, словно пытаясь надышаться.
Неожиданно мне пришло точное знание, что птицу прислала Безликая Полли из деревни Степных Соколов, что в Красном Приорате.
Чуть ниже на склоне стояла Кицунэ. Я перехватил её взгляд — она знала, чей это сокол. Рыжая Лисица не сводила глаз с птицы, и я готов был биться об заклад, что прилетела она именно к ней.
Не было понятно, к кому пустынник обращается, и я не стал препятствовать Хорасу, когда тот сказал:
— Говори, вождь.
— Прибыло ещё послание… из Шмелиного Леса, — Намиб протянул свёрнутый листок.
Я слегка удивился. Если Полли рядом со Шмелиным Лесом, дело туго.
— Ты отпоил животное? — командор с тревогой посмотрел на птицу, которая тяжело дышала.
— Немного. Нельзя резко, — покачал головой бывалый пустынник.
Тут же к нему подскочила Кицунэ, капнула в крышку от фляги воды, и сунула в клюв птице, пытаясь смочить ей язык. Было удивительно наблюдать, что Рыжая Лисица так беспокоится о соколе, прибывшем от Безликой Полли. Вроде бы они кровные враги, не сложилась у этих двух стай дружба на родном острове Цветущей Сакуры.
Хорас развернул листок, Намиб что-то ещё говорил, а я уже мазнул своим вниманием по разуму сокола.
Безликая Полли ясно предстала перед моим взором. Это была запись её мыслей, но мне казалось, что я слушал её, будто она стояла в двух шагах от меня:
«Белый Волк, смерть и Бездна идут рука об руку в Орден. Так легли карты. Деревни Степных Соколов больше нет, но мы бежали к Шмелиному Лесу.
Карты говорят, что только вой Белого Волка сможет объединить Инфериор. Белого Волка — человека, оставшегося зверем, бывшего первушником, и родившегося нулём».
Полли замолчала, и её образ зыбко покачивался в голове птицы.
«Марк, не совсем понимаю, что ты должен сделать?» — Хали тоже прекрасно видела образ Безликой из деревни Соколов.
Я вздохнул. Опять должен? Ещё до Янтарного города не дошёл, не нанёс визит мастеру Жене и приору Гильберту, а уже… опять должен.
Стихия земли мягко толкнула моё сознание — Инфериор будто виновато кивнул. Ну да, должен. Частица Абсолюта, которая желает максимум свободы, получает максимум обязательств.
Я попробовал толкнуть образ Полли, потому что она не исчезала. И тогда я догадался мысленно спросить:
«Что я должен сделать?»
«Приор Зигфрид просит передать, что Бездне окончательно поклонились четыре приората и Престол Ордена».
Сразу же на мой мысленный вопрос проявились цвета приоратов-предателей.
Алый, родной приорат Рыжих Лис и Безликих. Его я легко запомнил.
Жёлтый, в котором я находился. Тут мне приходится всё на собственной шкуре испытывать, так что и это вполне отложилось.
А также Серый и Лиловый, которые пали под ересью ещё до того, как о ней узнали в Престоле Ордена.
«Марк, если что, я тебе помогу», — пообещала Хали, и я мысленно ей улыбнулся. Как приятно, когда тебе ангел может запомнить больше, чем ты.
Я старательно пытался усвоить столько информации, хотя как это могло мне помочь, не понимал. Ладно, четыре приората и столица столиц.
Полли продолжила:
«Зигфрид просит сообщить ему, как обстоят дела с командором Хорасом, и будет ли союз».
В этот момент меня из размышлений вырвал голос командора, который рядом уже пробежался по листку с запиской, и кажется, даже увидел всё то, что было записано в сознании птицы.
— Будет, — твёрдо сказал командор, — Пусть Зигфрид не опасается удара в спину, и может стоять на Слезе Каэля у Шмелиного Леса, сколько необходимо.
Кицунэ и Намиб кивнули, периодически отпаивая птицу. Я заметил, что Рыжая Лисица старательно подливает энергию в жилы животного, а заодно передаёт ей новую информацию. Удивительно, но Рыжие тоже вполне владели такой связью.
 
— Дождёмся зверей из ближайших деревень, а потом уходим из Каудграда, — твёрдо сказал Хорас.
— Но, командор, — вдруг вырвалось у Намиба, — Это же земли…
— Мы не бросаем их. Вождь, твоя стая — это не земли, а твой народ.
— Слушаюсь, мастер, — грустно произнёс пустынник, бросив взгляд за спину, на далёкие башни Каудграда.
— Зверь, моя стая лишилась дома, — прошептала Кицунэ, — Но получила свободу, и всё так же верна Небу. Если бы мы остались, Бездна сожрала бы нашу стаю.
Намиб серьёзно посмотрел на уроженку далёкого Алого приората, и кивнул. Новоиспечённому вождю битва виделась немного другой — умереть за свою землю, не дав врагу продвинуться ни на шаг. А тут отступать…
— Дойдём до Каменных Варанов, — кивнул Хорас, — Там Шараза примкнёт со своими Змеями. Надеюсь, остальные послушают её, это в их интересах. Там и встретим Гильберта, есть у меня задумка насчёт Паучьих Оврагов.
Я с уважением посмотрел на командора. От действия яда будто не осталось и следа — Небо всё же отметило его. Не прошло и суток, как голова Хораса работала на всю катушку, и, даю меру на отсечение, у него уже есть план.
«Хорас — великий воин. И ещё не забыл, что такое: война», — произнесла Хали.
Птица вдруг издала пронзительный свист, глядя на меня.
И снова Полли предстала перед глазами:
«Белый Волк, три приората чтут законы Неба, и решение ещё пяти приоратов неизвестно».
Перед глазами снова встали цвета приоратов. Войска Красного и Белого приоров отступают в сторону Шмелиного Леса, чтобы объединиться с Синими войсками.
Зигфрид едет с ними. Как Синий приор смог добраться до Красной столицы, предупредить приоров, и выбраться живым с того совета, я не представлял.
«Белый Волк, Зигфрид говорит…» — продолжала Полли, и я чуть не выругался. Всё это звучало, что я должен безропотно следовать указаниям Синего приора!
«…что как только закончишь свои дела в Жёлтом приорате, тебе следует направиться в Оранжевый. Их приор убит, и следует об этом сообщить в Оранжевую столицу. Зигфрид должен знать ответ».
Синий приор умён, ничего не скажешь. Использовал такую формулировку, что у меня осталась иллюзия, будто я сам решения принимаю.
— Дерьмо нулячье! — выругался я.
— Ты прав, Белый Волк, ситуация плохая, — кивнул Хорас, — Кто бы знал, что мне ни дня не дадут насладиться жизнью после выздоровления.
А образ Полли вдруг стал посылать бессвязные картинки. Я не смог запомнить все двенадцать приоратов, но сообщалось, что не только Оранжевый приор убит. А кому-то удалось сбежать с совета, но только они не спешили вставать против прецептора.
Зигфрид явно просчитался, надеясь на голос половины приоров против Аластора. У них и правда есть такое право, но в истории Инфериора никогда такого не было, и очень многие просто струсили.
И сейчас Безликая явно намекала, что именно мне предстоит пройтись по Инфериору, чтобы поднять те земли, которые объявили нейтралитет. Найти приоров, наследников, наместников…
«Только вой Белого Волка поднимет Инфериор!» — повторила Полли.
«Да понял я, понял», — мысленно ответил я.
Мне продолжали сыпаться картинки, что у Зигфрида и его союзников и так много работы. Им предстоит сдерживать атаки прецептора и его войск, в ожидании, когда подойдёт подмога.
И либо она подойдёт, либо нет. Тут всё будто бы зависело от меня.
Нет, конечно, все приоры разослали гонцов в окружные приораты, и очень надеются на оракулов, но на Небо давно уже нет надежды. Зигфрид помнил мои слова о том, что там, сверху, тоже не всё гладко. Как говорится, бог уже не тот.
 
Но вот что мне делать, я вообще не представлял.
Жёлтый приор с войском движется сюда, Хорас со своим отступает.
А мне нужны Гильберт и мастер Женя. Вытащить, наконец, девчонку Грезэ, да вернуть в Шмелиный Лес принцессу шершней.