Гордеев – дракон на минималках (СИ)

Я, если честно, даже немного опешил от увиденного. Конечно, я ожидал подвоха, но не такого же грубого. Блондинка стояла возле миниатюрной барной стойки и что-то напряженно перемешивала в заранее заготовленном бокале мартини. Твою ж дивизию! Вот как так-то? Все же так хорошо начиналось! Да и неужели она не могла придумать что-то поизысканнее? Например, губы с ядовитой помадой или дикобраз, стреляющий отравленными иглами, или, на крайняк, взрывающийся презерватив? А тут обычное снотворное или яд в бокале. Клофелинщица хренова!
Я широко зевнул и хотел было уже сваливать из этого вертепа, чтобы наконец-то где-нибудь как следует пожрать, но вдруг вспомнил про Майкова. Черт! Надеюсь, я не опоздал! Быстро послав Пушистика в подвал, я облегченно вздохнул, увидев, что тело все еще на месте. Но, судя по суете во дворе и в коридоре, недолго ему там лежать осталось. Я приказал дракону дежурить в подвале и сообщить мне, как только тело начнут выносить.
Ну, делать нечего: пока есть время, надо глянуть, чем там меня отравить хотят. Прежде чем войти в номер, я еще раз проверил свой исток и кристалл. Первый был заполнен маной под завязку, а вот кристалл уже опустошен больше, чем наполовину. Блин! Как же мне не хватает моего прошлого тела, в котором были практически неиссякаемые запасы маны.
Я постучал в дверь. Через пару мгновений за ней послышались легкие шаги.
— Заходи, красавчик. Я уже заждалась, — томным голосом произнесла блондинка, сверкая до неприличия глубоким декольте.
Я втащил в номер два больших черных мешка и захлопнул за собой дверь. Блондинка вопросительно взглянула на них и удивленно подняла бровь.
— Не парься, детка, это мусор, — равнодушно ответил я, пиная один из мешков.
— В смысле, мусор? — растерянно переспросила она.
— Да сущий пустяк, право же. Использованная туалетная бумага, — и тут я нисколько не покривил душой. — Я как раз шел мусор выбрасывать, а тут дверь бара открылась, и я тебя увидел. Ты сразила меня в самое сердце, детка! Дай, думаю, зайду. А мусор, — я еще раз пнул один из мешков, — ну не оставлять же его на улице в самом-то деле.
Красотка как-то странно взглянула на меня, но через миг, натянув на себя прежнюю маску шаловливого кокетства, промурлыкала:
— Проходи, мой мачо! Мартини уже принесли, — она прошла к барной стойке, аппетитно виляя бедрами.
Черт! Ну как вот на такую красотку и ману не потратить? Капец как хочется узнать, что же все-таки она мне в бокал подмешала? Ну да ладно, гулять, так гулять! Я скастовал печать откровения и наложил на блондинку. Оказывается, звали ее Лиза. И я ей даже был немного симпатичен. Ну ясен перец! Я же полубог-полудракон! Но и это нихрена не главное, а основная суть в том, что ей приказали отравить меня, а она, вместо яда подмешала в бокал снотворное. Вот ведь дуреха. Тебя же грохнут за это! Зачем так рисковать?
Я узнал все, что было нужно и быстро снял печать, чтобы не тратить дальше ману. Тем временем Лиза села на барный стул рядом со стойкой и призывно кивнула мне на соседний. Стоило только мне на нем устроиться, она тут же взяла в руку свой бокал мартини.
— За тебя красавчик, — она немного отхлебнула из бокала и, сексуально обхватив пухлыми губками оливку, с наслаждением отправила ее себе в рот.
Я взял свой бокал, встал со стула, подошел к раковине и вылил туда мартини. Лиза смотрела на меня округлившимися глазами. В ее взгляде изумление мешалось со страхом. Не обращая внимания на ее реакцию, я сполоснул свой бокал, налил в него новую порцию мартини и, улыбаясь, сел рядом с Лизой.
— Что ты… — в ее голосе звучал неподдельный страх.
— Тс-с, — я ласково приложил свой указательный палец к ее чувственным губкам. — Сейчас все будет хорошо. — И я молниеносно наложил на нее печать забвения, стерев из памяти все произошедшее с ней после того, как она отправила в рот оливку.
  
— За тебя, детка, — улыбаясь ответил я на ее тост и залпом осушил бокал.
Лиза пододвинулась ко мне поближе и сочно поцеловала меня в губы. Встав со стула, она взяла меня за руку и, игриво поглядывая, нежно потянула в сторону кровати, медленно снимая с себя платье. Вот ведь чертовка! Многое бы сейчас отдал, чтобы это был не наигранный спектакль, а реальные чувства. Когда мы оказались рядом с кроватью, она легонько толкнула меня на постель и начала медленно расстегивать мои брюки. А дальше… Что за… ка-а-йф… И как теперь сделать вид, что я отрубился? Это же нереально! Вы когда-нибудь пробовали? Вот и я — нет.
Но мне пришлось. Потратив на это маны… чуть больше, чем дохера. Зато все выглядело очень реалистично. Первый раз в жизни моя башня пала, находясь в такой крепкой осаде. Даже как-то стыдно стало!
На всякий случай для подстраховки я призвал Пушистика. Да и что толку ему сидеть без дела в подвале и наблюдать за трупом? Там походу какая-то заминка вышла и тело пока не трогали.
Через пару мгновений в номер вошли двое амбалов. Лиза в это время отошла к барной стойке и залпом выпила бокал мартини. Руки ее при этом едва заметно дрожали.
— Че за херня⁈ — вдруг заорал один из мордоворотов. — Где деньги, тварь⁈
Он подскочил к Лизе и со всей дури саданул ей по лицу. Бедная девчонка упала со стула и, пытаясь неумело защититься тоненькой ручкой от следующего удара, стала быстро отползать к стене.
— Ну все, капец тебе, мутант недоделанный, — яростно прорычал я, поднимаясь с кровати.
 Глава 7 
 Закрываем притон Акакия 
Первого бугая, который спокойно стоял у выхода, я отправил поспать на пару часиков. Его туша сразу осела на пол и осталась лежать без движения. А вот второй ублюдок сейчас отхватит у меня по полной программе. Будет знать, как беззащитных девчонок обижать. Только вот шум поднимать не следует, а то сюда вся охрана сбежится. Хотя, мне, капец как хотелось пошуметь!
Я накачал руки и ноги Гордеева маной и подскочил к опешившему верзиле. В это время он уже тянулся за пистолетом. Я раскрыл ладонь буквой «V», отставив большой палец, и врезал упырю в трахею, потом прошелся по печени и солнечному сплетению, окончательно выбив из него дух, и завершил комбинацию ударом в висок. Отморозок рухнул мешком к моим ногам и, что-то бессвязно прохрипев, затих. Походу с последним ударом я все-таки переборщил. Жить не будет. А нефиг было руки распускать!
Онемевшая от неожиданности и страха Лиза смотрела на меня большими испуганными глазами. Она забилась в угол и дрожала, как осиновый лист. Я осторожно подошел к ней и присел на корточки.
— Прости, прости, — испуганно повторяла она, загораживаясь от меня своими тоненькими ручками. — Я не хотела. Это они меня заставили.
— Успокойся, я тебя не обижу, — тихо произнес я, мягко взяв ее за руку. — Я знаю, что ты заменила яд снотворным.
Она удивленно взглянула на меня и хотела еще что-то сказать, но я ее прервал:
— Послушай, у нас очень мало времени. Тебе есть куда пойти? Оставаться здесь — не вариант.
Лиза в нерешительности замерла, а потом медленно мотнула головой.
— Хреново, — ответил я, и полез в карман.
Выудив оттуда большую пачку денег, я протянул их Лизе.
— На вот, бери. Этого хватит на первое время. Сними квартиру где-нибудь на окраине, а лучше совсем уезжай из города. Здесь тебя рано или поздно найдут. Есть во что одеться? — И я, судорожно сглотнув, посмотрел на ее полуобнаженное тело.
Лиза наконец-то стала выходить из ступора. Она вскочила, со стуком раскрыла гардероб и выкатила из него дорожный чемодан. Открыв его, она начала беспорядочно кидать внутрь одежду и предметы гигиены. Ее продолжало трясти. Увидев, что она пытается запихнуть в чемодан норковую шубу, я взял ее за руки и тихонько приобнял.