"Фантастика 2023-155". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)

— В подпространстве все корабли летают с одной скоростью. И разгоняется он не так быстро. Но очень экономичен. Расход топлива минимальный.
— И тут экономите, — фыркнул Цитрус. — Что за жлобство?! Это не по-мусонски! А андроиды… Их же нужно чем-то кормить? Обслуживать? Я специалист по кораблям, но совсем не разбираюсь в андроидах!
Матвей Игнатьевич засмеялся, потирая ладони.
— Что ты, что ты! Андроиды совсем новые. Их не нужно обслуживать. Напротив, они сами будут тебя обслуживать. Я, к примеру, летел сюда один. Так один из андроидов почесывал мне пятки перед сном, другой подавал кофе в постель по утрам, а третий… Впрочем, неважно.
— Нет, важно! — воскликнул Цитрус. — Что делал третий?
— Не будем об этом.
— Нет, расскажи! Мне, может быть, тоже захочется!
— Не стоит!
— Еще как стоит!
— У них и спросишь, — фыркнул Кондратьев. — Они запрограммированы на безусловное подчинение тебе, как капитану. Вот и порасспросишь их, что к чему.
— Ладно, ладно, — обиженно процедил Цитрус. — Навязал мне на голову экипаж из какой-то сухопутной сволочи, еще и секреты какие-то… Кстати, андроиды-девушки в команде есть?
— Нет.
— Вот и отлично. Терпеть не могу механических кукол, которые, вроде бы, как живые, но сами железяки железяками.
В борту одной из цистерн распахнулся узкий люк.
— А деньги? — требовательно поинтересовался Змей.
— И снаряжение ты какое-то обещал! — добавил Эдик.
— Чемоданы со снаряжением андроиды уже погрузили в багажный отсек… А деньги… — Кондратьев задумчиво порылся во внутреннем кармане пиджака и вынул толстый конверт. — Здесь пять тысяч рублей. На всех. Как будете делить, ваше дело.
— На борту поделим, — Эдик выхватил пакет с поспешностью человека, получившего бумаги на вступление в наследные права, и первым вошел в таргарийский корабль. Следом в узкий люк с трудом протиснулся Дылда. Замыкал шествие хмурый Змей.
Кондратьев махал рукой и пакостливо улыбался:
— Удачного путешествия! Успехов на Играх! Буду непременно смотреть все прямые трансляции! И болеть за вас. Иногда.
Эдик захлопнул за Змеем люк и подозрительно втянул носом воздух.
— Несет какой-то дрянью.
— Опять грязные намеки? — нахмурился Змей.
— Да нет. Тут еще до того, как вы появились, мерзко воняло. Гнилой капустой, что ли… Кстати, проклятый Кондратьев так и не сказал, чем кормить андроидов.
— А в чем проблема? — осведомился Змей. — Они едят что-то ос-собенное?
— Мне-то откуда знать? Может, и особенное. Когда проголодаются, выберут из нас самого толстого и чешуйчатого, да и сожрут.
— Толстого или чешуйчатого? — переспросил Дылда, впав в серьезное волнение.
— Откуда мне знать их кулинарные предпочтения? Я бы на их месте не сильно привередничал. Да и какая разница, по большому счету. Главное, чтобы они не схарчили самого умного.
— С-самый умный и с-самый чеш-шуйчатый в наш-шем случае одно и то же, — откликнулся Змей.
Цитрус смерил его презрительным взглядом.
— Я бы не был так уверен в этом.
— А я…
— Ботало захлопни и ухи разуй, когда с авторитетом за дело базлаешь. Совсем рамсы попутал, лягушка зеленая? — перешел Цитрус на более привычный для каторжника со стажем язык. Тот несколько секунд ошарашенно пялился на Эдика, потом на морде Змея нарисовалось понимание:
— Так бы с-сразу и базлал. А то откуда мне было прос-сечь, кто у нас-с бугор?
— Должен филейной частью чуять, кто какой масти, — насупился Цитрус. Правила уголовной речи он усвоил на астероиде почти в совершенстве, на всякий случай, но пользовался оборотистыми выражениями крайне редко, считая ниже своего достоинства уподобляться закоренелым коскам. Кто они такие рядом с ним? Обычные преступники, по которым тюрьма плачет. А он попал на астероиды по ошибке. Пострадал от произвола властей.
— Ладно, канайте внутрь корабля, — приказал Эдик, сохраняя суровое выражение лица, — проверьте, всё там чисто?
— А ты? — поинтересовался Дылда.
— Я буду прикрывать тылы.
— Типа на с-стреме с-стоять? Не для бугра это дело…
— Разберусь! Вдруг кто сзади выскочит и на нас набросится?!
 
— Чего нам тут с-стрематься?! — удивился Змей. — Не понимаю я тебя, бугор.
— Вот это правильно, — одобрил Эдик, — молодец. Так меня и зовите оба. Я для вас теперь бугор, а вы мои правая и левая пакши.
— А кто правая? — заинтересовался Дылда.
— Оба правые, — отозвался Цитрус. — Левых у нас не будет.
— Правильно, бугор, — одобрил Змей, — за левую твой чудной протез с-сканает.
— Двинули, пакши, — Эдик пошевелил протезом, и Змей с Дылдой поспешили по узенькому коридору мимо крохотного багажного отсека, каюты с парой металлических коек, туалета и душевой прямо в рубку управления. Больше в маленьком катере ничего не было.
Андроиды сидели в кабине пилотов, вдоль стен. Между их острых коленей едва можно было протиснуться к лобовому иллюминатору и двум креслам пилотов. В серых безжизненных лицах синтетических людей не отражалось ровным счетом никаких эмоций. Они синхронно повернули головы и посмотрели на астронавтов. Эдика даже мороз продрал. Андроидов он сильно недолюбливал. Хотя их специально делали так, чтобы сразу можно было отличить от людей — серая кожа стеклянные линзы глаз, сходство с человеком и неживые лица внушали ему страх. А теперь придется провести с кошмарными созданиями несколько суток на утлой посудине среди бесконечных космических просторов.
— Так, мы с тобой сядем в кресла пилотов, — обратился Эдик к Змею.
— Хорош-шо, — прошипел тот. — Только…
— На всех не хватит, — закончил за него Дылда, почесал в затылке, схватил одного из андроидов, спихнул на пол и уселся на его место.
— Проблема решена, — сказал Цитрус, задумчиво глядя на андроида, который остался сидеть на полу в той же позе, в какой сидел в кресле. Как будто был сделан из дерева.
— Андроиды, — обратился к команде корабля Эдик, — я буду капитаном этого корыта. Вам всё ясно?
Синтетические люди медленно кивнули.
— Тормоза корявые, — проворчал Змей, — я таких дубарей ещ-ще не видел ни разу.
— Наверное, самых древних отгрузили, — пожал плечами Цитрус. — Может, Кондратьев прикупил самые отсталые модели, а оставшиеся от сделки денежки положил к себе в карман? С него станется. Потому и похвалялся, будто андроиды хорошие.
— Ладно, пошли, — Эдик стал осторожно пробираться между коленями андроидов, ругая про себя непредусмотрительных таргарийских конструкторов. Рубку можно было сделать и попросторнее.
— Механический экипаж звездолета Т-78! — послышался вдруг громогласный голос Кондратьева, усиленный встроенными в пульт и стены динамиками. Не иначе, доктор воспользовался системой аварийного оповещения. — Код на активацию. Тридцать четыре — пятнадцать. Приветствуйте экипаж!
Заторможенность синтетических людей прошла в мгновение ока. Они дружно вскочили, выпятив широко грудь и сложив руки по швам, и заорали хором: «Добро пожаловать на судно!».
— Ох-х-х, — прохрипел зажатый между двумя центральными андроидами Цитрус, почти оглушенный криком шести синтетических глоток.
— Займите ваши места! — сипло попросил он. Андроиды выполнили команду. Тот из них, что по воле Дылды оказался на полу, подхватил великана на руки и аккуратно опустил мимо кресла, так что тот плюхнулся на задницу и ойкнул. Затем синтетический человек занял свое место, в точности с полученной командой.
— Кондратьев, ёрник бес-спонтовый, развлекаетс-ся! — с уверенностью проговорил Змей. — Наверное, видит нас-с.
— И вижу, и слышу, друзья мои, — послышался веселый голос Матвея Игнатьевича. — Ну-с, познакомились с вашими провожатыми, а теперь и вы займите свои места.
— А где мое место?! — обиженно промычал великан.
— Увы, корабль тесноват, — ответил Кондратьев, — другой достать не удалось. В рубке только два пассажирских кресла — и места для механического экипажа, то есть андроидов. Они здесь и работают, и спят. Только пообедать на камбуз выйдут — и всё. Очень удобно. А относительно вашего удобства беспокоиться незачем. Мы всё предусмотрели. Дылда, ты вполне можешь сесть или даже лечь на колени к андроидам.