"Фантастика 2023-155". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)

После этого Нук Нук схватил серебристый скальпель и принялся беспорядочно наносить на руку Эдика насечки разной формы и глубины.
— А крепить? Как вы его будете крепить?
— Сам прирастет, — равнодушно бросил таргариец. — Нанотехнологии. Грелку приложим на три дня — и прирастет.
— А Кондратьев говорил, что должно быть сто двадцать четыре крючочка…
— Да что Кондратьев понимает в нанотехнологиях? Не больше, чем Торквадо Ивашкин в литературе. Вы читали Ивашкина?
Цитрус смутился. В своей жизни он прочел всего две книги — межгалактический уголовный кодекс и порнографический роман какого-то малоизвестного писателя с украинской фамилией. Роман ему не понравился. Автор явно разбирался в предмете слабее Цитруса. Опыта не хватало.
— Так вот, скажу я вам, Ивашкин пишет отлично, но теоретические познания его на нуле. Так же и Кондратьев — ему бы только ректальный термометр кому-нибудь поставить. Кстати, что-то он задерживается. Пора бы уже измерить вам температуру.
Словно по мановению волшебной палочки Матвей Игнатьевич возник на пороге.
— Нук! Что ты делаешь?! — с порога закричал он.
— Готовлю его к операции, — испуганно отозвался таргариец.
— А что у него с рукой?
— У него нет руки. Вы не заметили?
— Я заметил. Какого черта ты полез делать что-то без меня?
— Ну, вас пока дождешься…
— Ассистент должен знать свое место! — багровея, прокричал Кондратьев. — Особенно когда этот ассистент даже диплом ветеринарного училища не получил! Выгнали за систематические прогулы и тупость!
Цитрусу стало не по себе.
— Так это ассистент?
— Конечно! Он обладает сильными гипнотическими способностями, поэтому я и использую его вместо анестезиолога. Но Нук не слишком-то сообразителен…
Кондратьев осекся.
— Что случилось? — с замирающим сердцем спросил Эдик. Он знал, что Матвея Игнатьевича смутить чем-то крайне сложно.
— Ты оторвал ему не ту руку, болван! — во всю глотку заорал на таргарийца Кондратьев. — И что теперь делать?!
Только сейчас Эдвард понял, какую злую шутку сыграла с ним судьба. Здоровая правая рука отсутствовала, оторванная негодяем с гнилыми зубами! А протез левой отливал всё той же мерзкой трупной зеленью.
— Я всё исправлю! — выкрикнул Нук Нук. — Подумаешь, не та рука… Отсоединить протез — плевое дело!
Нагнувшись над Цитрусом, он рванул протез на себя. Кровь хлынула фонтаном, забрызгав таргарийца, Кондратьева, пол, стены и потолок.
Эдик заорал во весь голос. И потерял сознание.
  
Глава 5
 
ЧУДО СОВРЕМЕННОЙ ТЕХНИКИ
 
— Тихо, пациент, тихо, — над Эдиком склонилась медсестра, черты которой расплывались в неярком свете больничной палаты. — Сейчас я принесу успокоительное. Сделаю укольчик, и больно больше не будет…
— Рука! Моя рука! — причитал Эдик. Из глаз его катились слезы. — Этот подонок, вонючий докторишка, оторвал мне последнюю руку! Я безрукий инвалид! А-а-а!
— Всё будет хорошо. Протез приживется, — женщина поморщилась. — Незачем так нервничать и вопить. Не маленький уже.
— Вторая рука! Я хочу еще один протез! Два протеза!
Медсестра укоризненно покачала головой:
— Ты с одним справься сначала. Сразу и второй тебе. Ишь, какой капризный! Протез, между прочим, дорогой. Не всякому по карману.
— Я не смогу жить одноруким! То есть с одним протезом… Мне и с одной рукой было тяжело!
— Нормально будешь жить, — медсестра невольно подивилась, как мастерски Кондратьев готовит пациентов к операции. Горемыки согласны уже и здоровые руки на протезы менять! Вот что значит квалифицированная психологическая адаптация.
Продолжая причитать, Эдик скосил глаза и увидел, что правая рука на месте. Настроение его резко изменилось. Он едва не завопил еще громче — от счастья. Злокозненный таргариец, грязная комната и чудовищная операция — всё это привиделось ему после наркоза, которым накачивал его рангун-анестезиолог. Хирургом был вовсе не маленький странный таргариец с лохматыми ушами, и даже не любитель ректальных термометров Кондратьев, а высокий благообразный старик. Профессор Долгий. В белом халате, колпаке и стерильных резиновых перчатках… Эдик помнил его лицо очень отчетливо. Хотя перед операцией они встречались всего один раз. Доктор заверил пациента, что всё будет в порядке, поскольку операция проведена на высшем уровне, посетовал на то, что наркоз может вызвать некоторые галлюцинации, зато абсолютно безопасен для здоровья.
 
И галлюцинации были. Кошмарные, реалистичные видения. Но как же хорошо, что они так и остались галлюцинациями. Какое счастье! Его правая рука на месте! Ушастый таргариец ее не оторвал!
Цитрус снова расплакался. На этот раз от счастья. Медсестра поглядела в сторону видеокамеры круглосуточного контроля, погладила на всякий случай беспокойного пациента по голове — пусть думают, что она относится к больным с нежностью и материнской заботой, повторила, что всё будет в порядке, и вышла из палаты.
На самом деле, орущий не своим голосом пациент ее порядком рассердил. Пару дней назад от нее к молоденькой аспирантке из научного корпуса сбежал муж, и она думала днем и ночью только о человеческой подлости, испытывая острое желание отомстить. Люди, их жалкие эмоции, их ничтожные проблемы раздражали ее донельзя. Всё это было мелким и незначительным на фоне подлинной трагедии — краха ее семейной жизни.
Хирург навестил Эдика спустя пару часов.
Цитрус перед этим сытно пообедал — кормили в госпитале отлично. За едой Эдвард снова прослезился. На сей раз от умиления — новая механическая рука вела себя великолепно. Даже сравнить нельзя с прежним зеленоватым протезом. Кисть и пальцы телесного цвета, до самого локтя крепкий полимер и откидная крышка, а под ней титановый сплав — прочная механика, из тех, что не сломается и не износится даже за сто лет. Держать новой рукой вилку оказалось настолько комфортно, словно основным предназначением протеза являлась способность пользоваться столовыми приборами.
— В чем дело? — поинтересовался благообразный хирург, склоняясь над пациентом. — Почему слезы? Я видел, вы плакали… И не раз. Остались какие-то боли? Или у вас трудности психологического характера?
— Я так вам благодарен, — выдохнул Цитрус. — Всё просто замечательно. Вы — волшебник, чародей, кудесник! Лучший из людей! А уж из докторов — точно.
— Мои заслуги самые скромные. Новый протез — уникальная разработка ученых России и Дойчлэнда. Изготовлен на Константинопольском заводе точной механики. Я был там несколько раз. Завод стоит на берегу Мраморного моря. Тишина, знаете ли, покой, чайки реют над волнами. У работников завода свой пляжик. Девушки загорают топлесс…
Профессор погрузился в приятные воспоминания и долго молчал.
— Стало быть, мой протез прямо с Земли? Из России?
— Да. Да… Полагаю, ваше существование станет теперь более сносным. Влачить его с таким протезом не в пример легче, — всё еще пребывая мыслями на Мраморном море, пробормотал хирург.
— Влачить существование?! — в ужасе вскричал Цитрус.
— Нет, вы будете жить. Конечно же, жить полной жизнью! — Профессор, наконец, пришел в себя. — Только разве вдали от Земли и от Мраморного моря может быть жизнь? Да и топлесс здесь никто не загорает. — Он вздохнул. — Только мужики. Но это малоинтересно… Впрочем, не стоит унывать, — спохватился он. — Вы молодой, вам везде хорошо. Вы быстро освоитесь с вашей новой рукой. У протеза масса полезных функций. Кроме тех базовых знаний и навыков по пользованию этим чудом техники, что были даны вам в гипнотическом виде, пока вы отходили после анестезии, протез имеет массу любопытных и полезных свойств. Инструкция по пользованию на голографической карте в плеере. Посмотрите, заинтересовавшие вас разделы можно перекачать непосредственно в мозг с помощью гипнотической программы.
— Что я, робот, чтобы мне в мозг программы загружали? — нахмурился Цитрус. К гипнотическому обучению он относился с недоверием. Видел однажды парня, у которого произошел сбой настроек системы во время загрузки программы непосредственно в мозг. Бедняга даже имя свое вспомнить не мог. Только спрашивал всё время: «Где я? Кто я?» — Нет уж, не надо мне никаких загрузок в мозг, — буркнул Эдик.