"Фантастика 2023-155". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)
Только тут в разговор встрял Цитрус, который ради такого случая вместе с Дылдой пришел в общую камеру — убедить косков порадеть для общего блага и заодно проконтролировать ситуацию. Внутри своего барака можно было перемещаться относительно свободно — если, конечно, дать взятку охраннику, который будет тебя сопровождать. Без сопровождения любое движение считалось подготовкой к побегу. Раньше на это смотрели сквозь пальцы, если попадешь под горячую руку, — могли посадить в карцер, теперь вполне могли пристрелить.
— А ведь это саботаж, начальник! — воскликнул Эдик. — Ты знаешь, что велел делать Мюллер с саботажниками?
— Расстреливать, — отозвался Долбоклюв. — Только какой я саботажник?
— Самый настоящий! Ты не даешь нам работать. Мы хотим работать, а ты тормозишь производственный процесс!
— Саботажником может быть только коск!
— А ты подумай — далеко ли тебе до седьмого барака, если ты совершаешь должностное преступление? Тормозишь работы? Да Мюллер тебя нам с потрохами выдаст! Тем более, — Эдик понизил голос, — я слышал, ты у него на плохом счету.
— То-то мы позабавимся, — гнусно хихикнул старый коск по кличке Клещ. Его совсем недавно перевели в третий барак из четвертого, где уже не хватало мест.
Перспектива оказаться в немилости у начальника колонии, да еще и прослыть саботажником, Долбоклюва не обрадовала. К тому же, организация ночных смен для третьего барака — нововведение, за которое и премию могут дать. Только как организовать работы? Да и вообще, не подвох ли это? Надзиратель засомневался.
— А мы работать будем тихонько, чтобы других не будить, — продолжал увещевать его Цитрус. — Можно даже половиной коллектива.
— Только половиной, — заявил надзиратель. — У меня охраны не хватит за всеми вами присматривать. Но начнем не этой ночью. Получим разрешение, поставим в известность господина Мюллера — и тогда вперед. А до этого сидите тихо! Поняли, коски корявые?
Долбоклюв был доволен собой. И в саботажники не попадет — не отказал же он этим сумасшедшим трудоголикам — и на провокацию со стороны заключенных не повелся.
Цитрус скрипнул зубами. Всё, это конец. Сейчас охранники по заданию Мюллера обыщут восточный сектор рудника — и придут его расстреливать. А если даже заблудятся и не придут, своих людей пришлет Седой…
Словно в ответ на мысли Эдварда снаружи громыхнуло. Это было не тихое шипение парализаторов или щелчки импульсных винтовок — грохотали самые настоящие выстрелы, как в древнем фильме про войну.
— Всем на землю! Всем на землю! — дико орали снаружи.
Раздался оглушающий грохот взрыва. Охранники в коридоре закричали:
— Внешние ворота снесли! Твою налево, всю стенку разворотило!
— Это еще что?! — выдохнул Долбоклюв.
Выстрелы слышались уже в коридоре.
— Мы от Седого! — орали хриплые голоса. — мочить легавых! Братья, оружие!
«А они прямо-таки настоящую войсковую операцию провернули, чтобы меня достать, — тоскливо подумал Цитрус. — Нет, чтобы удушить потихоньку».
— Мы принесли вам оружие! — продолжали орать коски.
Долбоклюву попала в голову пуля, и он, вскрикнув, упал в проходе. Остальные охранники бросились бежать. В общую камеру ворвались какие-то зверообразные, бородатые личности, похожие на террористов из восточного сектора Галактики.
— Здорово, Цитрус! — буркнул один из бородачей, и Эдик с ужасом узнал в заросшем коске Пряника.
«Вот и конец мне», — пронеслось в голове.
— А ты хорошо всё организовал, — сказал Пряник. — Легавых от дверей сманил, народ не спит — некоторые уже помогают нам кончать охрану. Седой будет доволен…
— Так я ведь для Седого что хочешь сделаю, — промямлил Цитрус. — Седой мне, как отец родной.
— Так уж и отец? — скривился Пряник.
— Ну да. И мне, и Дылде моему. Мы его любим так, что сил наших нет. Увидели бы его сейчас, так бы и подбежали к нему сразу, и обхватили ручонками: «Папка! Папка! Папка приехал!» — Эдик понял, что от волнения его серьезно занесло, и осекся.
Пряник поглядел на него с сомнением.
— Рука, ты, часом, мозг не ушиб? И раньше был придурочным, а уж сейчас…
Цитрус энергично затряс головой.
— Конечно, всё в полном… так сказать… порядке. Просто рад, что всё так вышло. Не ожидал, что так быстро всё получится. Что мы это сделаем! — последние слова Эдик выкрикнул на подъеме. — Ура, друзья! Мы всё-таки это сделали! Мы победили!
— Погоди радоваться, — одернул его один из бородатых, — всё только начинается. На вот тебе.
Эдик протянул протез и поймал в искусственные пальцы рукоять пистолета.
— Это еще зачем? — шепотом спросил он.
— Стрелять будешь, — сказал Пряник и подмигнул: — У нас тут вся братва мечтает Мюллера завалить. Тоже тотализатор, своего рода. Кто знает, может, как раз тебе и повезет.
Тут Дылда взревел и изо всех сил врезал Прянику кулаком в подбородок. Тот лишился сознания сразу и надолго. Винтовка выпала из его безвольных рук, ударилась о каменный пол и грохнула выстрелом. Одному из косков прострелило ногу, и он заорал от боли на одной ноте: «А-а-а-а!», и орал так очень долго — пока ему не вкололи обезболивающего из аптечки охранников.
— Ты что?! — перепугался Цитрус и схватил своего помощника за грудки. — Ты зачем его?! А?
— Так ведь он нам долг не отдал, — пробасил Дылда и захныкал: — Я же умный, я всё помню. Ты сам говорил.
— Какой долг? Какой долг? — заюлил Цитрус, оглядываясь на мрачные лица бородачей. — Сам посуди, какой теперь может быть долг, когда такое дело?
— Пристрелить кретина! — выкрикнул Клещ и потянулся к автомату, зажатому в руке одного из вооруженных косков.
— А ну, не тронь! — Эдик шлепнул Клеща по руке. — Ошибся парень, он нам еще пригодится. Ты ведь за нас, за косков?
— Конечно, — жарко закивал Дылда. — Я за вас. То есть за нас. Не за легавых же мне быть?
— Вот видишь, а ты сразу — «пристрелить»… Сейчас будем легавых мочить. И он нам очень поможет. Так? Будешь легавых мочить с нами?
— Ага, — с готовностью отозвался великан, который понял, что сделал что-то не так, и теперь всеми силами старался загладить вину.
— Братва, вперед! — крикнул бородатый коск с ручным пулеметом в руках. — Айда оружие разбирать. И мочить легашей!
Толпа ринулась наружу с такой готовностью, что Цитруса едва не сбили с ног. И Дылда впереди остальных. Движимый мощным инстинктом самосохранения, про своего благодетеля и друга он мигом позабыл. К тому же ему не терпелось получить обещанное коском оружие. Все эти чудесные железные штуки, с грохотом пуляющие свинцом, ему очень нравились.
Коски ринулись к тачке, полной древних пулевых винтовок и боеприпасов к ним. Поскольку у Цитруса уже был в руке пистолет, он рассудил, что одного ствола ему вполне достаточно. Сейчас он больше всего хотел найти какое-нибудь безопасное место, где можно будет укрыться и переждать бучу. Лазарет? Но там наверняка могут постреливать. Да и заразиться можно чем-нибудь очень неприятным. Один из забоев? Как бы кто из косков не заметил, что он там прячется, и не выдал его. Седой сразу отдаст распоряжение кончить дезертира. К дезертирам он наверняка относится не лучше, чем Мюллер — к саботажникам. Все бугры одинаковые. Хрен редьки не слаще…
Размахивая автоматами, пистолетами и винтовками, толпа косков побежала штурмовать апартаменты начальника колонии. Основные силы охраны окопались там, передав по рации сигнал чрезвычайной ситуации и ожидая подкрепления из внешнего мира.
Цитрус решил спрятаться в одной из камер самого отдаленного первого барака и отсидеться там, пока всё не закончится. Сначала он бежал по коридору следом за дикой толпой косков. Бунтовщики радовались свободе и палили почем зря. Эдик всерьез опасался, что в него может попасть шальная пуля или брошенный кем-то не в меру веселым нож. Миновали развилку. Бунтовщики в одну сторону. Он — в другую. До первого барака отсюда было рукой подать. Главное, чтобы никто не попался навстречу. Но пара косков всё же встретилась. Эдик отсалютовал им протезом: