"Фантастика 2023-155". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)

Жмых замер. И через некоторое время действительно различил идущий из-под земли ровный гул и характерный скрежет, словно внизу работали тяжелые механизмы.
– Машина какая-то гудит, что ли, – проговорил Глеб. – Или…
– На тектонические процессы не похоже, – уточнил лемуриец. – Больше всего напоминает работу машины. Ты абсолютно прав, Глеб Эдуард.
– Там что, под землей какой-то барыга организовал фабрику по производству поддельного пива? А как он туда забрался?
– Да я и сам не понимаю.
– Ну, раз ты ничего не понимаешь, и я ничего не понимаю, давай валить отсюда.
– Но, Глеб Эдуард, разве тебе не интересно узнать…
– Не слишком, – отрезал Жмых. – Слушай, если ты сейчас же не пойдешь вперед, я погоню тебя пинками. У меня настроение все больше портится.
Лукас вздохнул и послушно двинулся дальше.
Шагов через двести ход разветвился. Гул, идущий из-под земли, в этом месте стал гораздо отчетливее. Ощущалась даже вибрация.
– Направо? – поинтересовался лемуриец.
– Это еще почему?
– Есть старинная рангунская пословица: «Всегда поворачивай направо, если стоишь на перепутье». Один из друзей, с которым я учился в университете, любил ее повторять.
– Тогда пошли налево, с лохматыми обезьянами нам не по пути.
– Ах, Глеб, твой шовинизм не знает пределов, – сказал Лукас, поворачивая налево. Когда они продвинулись вперед метров на сто, он решил развить тему: – Между тем, как я уже говорил, рангунская культура чрезвычайно интересна и многообразна.
– Захлопни хлебало! – попросил Жмых. – В свете недавних событий мне что-то не очень хочется слушать лекцию об обезьяньей культуре. Еще слово, и я случайно могу тебя чем-нибудь ушибить.
– Ты груб и невоздержан, Глеб Эдуард.
– Ага, это мне еще приемная мама в детстве говорила. Пока я не свалил из дому, прихватив всю наличность… Слушай, мы отсюда вылезем когда-нибудь или подохнем тут, как крысы?! Мы случайно не проскочили лестницу, ведущую на поверхность?
– Я тщательно обшариваю коридор, – сообщил Лукас. – Полагаю, лестницу мы не пропустим.
– Ага, я тебе доверяю. Только, пожалуй, буду тоже шарить по стенам.
Лестница обнаружилась только через час.
– Фу-уф, – с облегчением выдохнул Глеб, – неужели я скоро увижу солнце?! Хотя на этой чертовой планете ни в чем нельзя быть уверенным. Сейчас вылезем – а вместо солнца гребаный фонарь в небе висит.
– Откуда такие странные фантазии? – Лукас полез вверх, нащупывая в темноте гладкие перекладины.
– Не знаю. Пришло в голову, и все. Фонарь в небе. Жуть.
– А вместо звезд – светодиоды? – хмыкнул лемуриец.
– Может, и так. А вместо баб – надувные куклы. А вместо живительного «Жигулевского» – синтетический кефир – то еще пойло. – Глеб протянул руку, нащупал лестницу и поспешил следом за Лукасом.
Вверху ход прикрывала пластиковая крышка. Откинув ее, Лукас выбрался наружу и оказался в пустой комнате без отделки – голые стены, окно, дверь и пластиковый пол.
– Никого, – сообщил он.
Ступив на гладкий пластик, Жмых немедленно направился к маленькому окошку, расположенному почти под самым потолком. Выглянул наружу.
На улице было пусто, только в отдалении виднелось несколько высоких темных фигур.
– Рангуны, – констатировал Глеб. – Везде они. По ходу, мы в рангуньем районе оказались.
– Я говорил, что поворачивать лучше направо.
– Сейчас разберемся, куда лучше поворачивать. – Жмых ринулся к двери.
– Постой, Глеб Эдуард! – крикнул Лукас, но было уже поздно. Глеб распахнул дверь и шагнул в смежную комнату.
Здесь находились два рангуна. Судя по одежде, местные жители. Они сидели в креслах по разные стороны помещения и пялились в пустоту с таким видом, словно наглотались транквилизаторов. Появление непрошеных гостей хозяева встретили спокойно – повернули головы и молча принялись их разглядывать.
– Так, – сказал Глеб, – только без паники. – Последнее замечание было совершенно излишним: судя по поведению, паниковать хозяева дома не собирались. – Мы заберем только то, что нам нужно, и уберемся. Если будете себя вести хорошо, никто не пострадает.
 
Один из рангунов стал приподниматься из кресла.
Жмых в два прыжка оказался рядом и пихнул его в грудь, усаживая на место:
– Куда?! Сидеть, сволочь лохматая!
Он оглянулся, приметил стоящий в уголке табурет, схватил его свободной рукой и изо всех сил треснул о стену. От табурета осталась одна ножка. Взмахнув импровизированной дубинкой пару раз для острастки и большего понимания между грабителем и жертвой, Жмых предупредил:
– Без глупостей! Будете дергаться, пришибу! Значит, так, катера у вас есть?!
Один из хозяев дома замотал головой, другой попросил:
– Не убивайте меня, пожалуйста. Я готов сотрудничать.
– Вот и молодец, – одобрил Жмых и кинул второму: – А ты, хорек лохматый, бери пример с приятеля. Так как, есть у вас катера? Хотя бы одно старое корыто на двоих?
На этот раз головой затряс второй рангун, а первый откликнулся:
– Не убивайте меня, пожалуйста. Я готов сотрудничать.
При виде такой странной картины Глеб порядком озадачился.
– Повторяю последний раз, – почти по слогам проговорил он, – у вас есть катера?!
– Не убивайте меня, пожалуйста. Я готов сотрудничать! – вскричали оба.
– Так-то лучше. Итак, я жду. Катер?
Хозяева дома дружно затрясли головами. Глебу показалось, что он сходит с ума.
– Ах вы, подонки! – вскричал он. – Издеваться вздумали! Сейчас я вам покажу!
– Глеб, Глеб, погоди, – окликнул его Лукас.
– Что?! – с неудовольствием обернулся Жмых, ножку от табуретки он уже занес для удара и собирался в самое ближайшее время опустить ее на голову одного из хозяев дома.
– У нас в приюте были такие ребята, – сообщил лемуриец. – Неужели ты не видишь, что имеешь дело с дефективными? Отсутствующий взгляд. Ответы невпопад. Совершенно очевидно, что эти двое – очень больные рангуны. Понимаешь, о чем я?
– Ну да? – удивился Жмых, обернулся и внимательно пригляделся к хозяевам дома. Те, как ни в чем не бывало, сидели и пялились в одну точку. – Да-а-а, – протянул Глеб. – Похожи на дефективных. И как это я сразу не заметил? А ты, должно быть, навидался немало таких ребят?
Лемуриец вздохнул:
– В приюте каждый третий был настолько же далек от реальности, как эти двое. Их нужно пожалеть, а не грабить.
– Вот и жалей, – Жмых сплюнул на пол. – Какого черта их принесло на Дроэдем? Или это рангуны приволокли с собой дефективных собратьев? Только зачем, не понимаю.
– Быть может, они родственники какого-нибудь босса, – предположил Лукас, – братья или племянники, и он, отправляясь на Дроэдем, просто не мог бросить их без должного ухода и заботы.
– Если это так, то скоро босс заявится проведать своих дефективных братцев, – просиял Жмых, – тут мы дадим ему по кумполу, скинем в канализацию. И племянников отправим туда же. А сами пока перекантуемся в его доме. Вряд ли какому-нибудь умнику придет в голову искать нас в рангунском районе.
– Мы обслуживаем канализацию, – заявил один из рангунов, тот, что был поменьше ростом, с седыми подпалинами на шерсти.
– Мы работаем ассенизаторами, – подхватил Другой. – Нам очень нравится наша работа. – Он тепло улыбнулся.
Глеб хлопнул себя ладонью по лбу, взвыл, потому что лоб у него был разбит, и, поглаживая больное место, заявил:
– Все ясно! Кретинов набирают, чтобы обслуживать канализацию. Нет ничего удивительного, что от одного кретина мы пришли к другим кретинам. Могу поспорить, что, если мы спустимся вниз и попробуем вылезти где-нибудь еще в городе, нас непременно будет ожидать на поверхности очередной кретин.
– Вполне разумное умозаключение, – кивнул Лукас. – Ведь мы могли бы просчитать такой вариант развития событий. Нет ничего странного в том, что канализацию на Дроэдеме обслуживают умственно отсталые. Вспомни, Глеб Эдуард, в Мамбасу низкоквалифицированную работу тоже доверяют людям не семи пядей во лбу.