"Фантастика 2023-155". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)
– Да брось ты! Это ж синтетика!
– Но они мыслят! Разговаривают. Один даже восхищался моим творчеством. Ты, к сожалению, не слышал, но в момент старта я прочел стихотворение. Если хочешь, я могу и тебе прочесть. Андроиды тоже с удовольствием послушают. Во второй раз.
– Пожалуй, не стоит. Много удовольствия для андроидов.
– Да, пожалуй… Они могут не выдержать наплыва чувств, – согласился лемуриец.
Жмых задумался. Он, конечно, был преступником. Тем, кто ходит по краю и находится за гранью общественной морали. Но к убийствам, пусть даже синтетических гоминидов, все же относился негативно. Иной раз раздражение брало над ним верх, и его так и подмывало дать кому-нибудь по роже, но одно дело – хорошенько дать по кумполу, кто этого заслуживает, и совсем другое – находясь в твердом рассудке и трезвой памяти (или наоборот, Глеб точно не помнил), совершить преднамеренное убийство. С другой стороны, за это убийство их вряд ли накажут. Преступление подпадает под раздел «причинение вреда чужому имуществу» – а уж такого вреда Жмых в своей жизни причинил немало.
– Если ты думаешь, что мне нравится этот выход, ты сильно заблуждаешься, – сообщил он Лукасу. – Более того, это противоречит моим принципам. Один из них звучит так – никогда не убивай никого, пока окончательно не приперло.
– И часто тебя припирало? – заинтересовался лемуриец.
– Пока что нет, – вздохнул Глеб. – Что касается андроидов… Если они отключаются полностью, то могут обходиться без кислорода много дней. Да что там без кислорода – они без всего могут обходиться. Их потом включат – и вся недолга. Понял?
– Я, разумеется, знаю, что, если они отключатся, с ними все будет в порядке, – кивнул Лукас. – Но мы же не сможем их отключить.
– Может быть, они сами отключатся в критической ситуации, – предположил Глеб. – Или их отключат из командного центра. А потом подберут. Да, конечно, отключат. А потом прилетят на челноке и пособирают. Каждый андроид стоит тысяч тридцать. Не будут же они деньги кидать на ветер. Точнее, в пустоту. Так что не заморачивайся! Пойдем пошвыряем их в шлюзовую камеру!
Лукас поднялся с пилотского кресла.
– Хорошо, пойдем. Кажется, выбора у нас нет.
– Кстати, а почему бы нам не приказать «красным» слегка потрудиться на благо общества? Зачем работать самим? – сообразил Глеб и пропел:
Воровка никогда не станет прачкой,и коcк не подставляет финке грудь,зачем нам грязной тачкой руки пачкать,мы это дело перекурим как-нибудь.– Лучше не стоит, – поморщился Лукас. – «Красные» андроиды сейчас подчиняются нам. Но, если в их и без того слабой и старой программе произойдет сбой, – последствия могут быть непредсказуемыми. Как бы они нас самих не пошвыряли в шлюзовую камеру.
– Это меняет дело, – кивнул Глеб. – Тогда, конечно, есть смысл поработать. Ради собственного спасения.
Он поднялся с кресла, попытался сделать шаг и тут же улетел к самому потолку рубки – стукнулся головой и плюхнулся вниз, приложился боком о жесткую койку.
– Елы-палы! Невесомость? – выдохнул Жмых. – А ты опять молчишь?
– Невесомости нет, – спокойно объяснил Лукас. – Мы ведь пока разгоняемся, идем на тяге. Поэтому имитация силы тяжести имеется. Но ускорение уменьшилось, соответственно сила тяжести стала меньше. Снабжен ли этот корабль гравитационными компенсаторами – я еще не выяснил. Может, нам все время придется лететь в невесомости. Так что надо поторопиться выкинуть андроидов, если ты все еще настаиваешь на этом. Это нужно сделать до перехода в подпространство. А то подобрать их не будет никакой возможности.
– Ладно, – кивнул Жмых. – Берем этого, что ближе ко мне, и понесли. Может, пока двигатель вовсе выключить? Чтобы таскать их легче было?
– Вижу, что ты не пробовал таскать грузы в невесомости, – ответил Лукас. – Поверь мне, производить работы в невесомости гораздо сложнее, чем при нормальной силе тяжести. Это только кажется, что легко.
– Ну, тебе виднее, – не стал спорить Жмых. – Я на пилота не обучался… Давай еще и этого, с синей лентой на плече, сверху положим.
– Давай.
Двух андроидов тащить было не так уж и тяжело. Жмых шел впереди, пятясь задом и время от времени покрикивая на Лукаса, чтобы тот не напирал. Шлюзовая камера располагалась уровнем ниже, поэтому человеку и лемурийцу пришлось спуститься по крутой лесенке, одолеть длинный коридор, заставленный коробками с каким-то грузом, прежде чем перед ними оказалась массивная дверь шлюза.
– Открывай! – приказал Жмых, бросая андроидов на пол.
– Сначала надо проверить, задраен ли шлюз с той стороны, – объяснил Лукас.
– Может статься, что он не задраен? – удивился Глеб.
– Нет, конечно. Но проверить надо. Так велит мне инструкция из гипнотической программы обучения.
Лемуриец потыкал длинными тонкими пальцами в сенсорную панель. Миниатюрный экранчик реагировал на его прикосновения появлением веселых зеленых огоньков.
– Все в порядке. Открываю.
Тяжелый люк шлюза поехал в сторону. Раздалось шипение – воздух устремился в шлюзовую камеру. Жмых с воплем отпрыгнул в сторону.
– Ты чего? – удивился Лукас.
– Оно. Шипит. Наверное, утечка?!
– Нет, просто разница в давлении. Если бы с другой стороны шлюз был открыт или образовалась пробоина, мы бы и пискнуть не успели.
– А, конечно, – пришел в себя Глеб. – Ну, тащим этих.
Андроидов бросили на пол, пошли за следующими.
– Слушай, сколько их всего? – поинтересовался Жмых. – Только двоих отнесли, а я устал, как собака.
– Отдохнешь. До твоего Дроэдема – четыре дня полета в подпространстве, – успокоил Глеба лемуриец. – Андроидов, кажется, было одиннадцать. Это не считая семи «красных»… Которые теперь наша собственность. Ты знаешь, мы их сможем выгодно загнать на новом месте.
Жмых, прищурившись, посмотрел на своего нового партнера.
– Ты не совсем лох, парень, – констатировал он.
– Я бы сказал, совсем не лох. – застенчиво улыбнулся Лукас.
Работа по «перегрузке» андроидов заняла у партнеров минут сорок. Некоторые синтетические люди вяло шевелили руками и ногами, пытаясь, должно быть, преодолеть состояние сомати. Андроиды прекрасно понимали, куда и зачем их несут, и в глазах некоторых читалась безграничная тоска.
Лукас, встретившись взглядом с человекороботом, поспешно отворачивался и едва не плакал. Но Жмых поторапливал его, покрикивая:
– Ничего, ничего! Всех их соберут! Померзнут пару дней в космосе, отдохнут. И на работу! Грузить очередной корабль!
Когда последнего, робота швырнули на кучу тел в шлюзовой камере, Лукас продекламировал:
Отринув жизнь простого чина,За правду, за свою страну,Я умираю, как мужчина,И в люк открытый я шагну.Жмых посмотрел на поэта, как на сумасшедшего:
– Ты бы еще прощальную речь произнес, – целый некролог сочинил. Может, не будешь глумиться?
– Я не глумился, – обиделся Лукас.
– Боек ты сочинять, как я погляжу. На тюремных астероидах тебе бы цены не было. Там поэтов любят, а еще больше – певцов. Которые за нашу блатную жизнь поют. И стихи читают, Задвигай, короче, люк, поэт! Пора отпустить мужчин в открытый люк, в свободное плавание!
– Это из старого, – поделился лемуриец. – Отрывок из поэмы, написанной во славу героев Сопротивления.
– Какого еще Сопротивления?
– Сопротивления против уничтожения древовидных папоротников Канопуса. Но подходит для любого случая. Мало ли в Галактике сопротивлений…
– Действительно, – хмыкнул Жмых. – Универсальность – ценное свойство! Открывай шлюз, певец Сопротивления!
В маленький иллюминатор было видно, как тела андроидов, кувыркаясь, полетели от корабля, вытолкнутые избыточным давлением шлюзовой камеры.