"Фантастика 2023-155". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)

Ради полноты картины должен заметить, что в значительной степени к вкусным запахам примешивалась устойчивая вонь испортившихся продуктов. Наверное, они, невостребованные, довольно долго пролежали в этой пещере.
Среди разнообразных ароматов и устойчивого зловония я вдруг уловил знакомый запашок. И тут до меня дошло, где я, собственно, нахожусь. Да это же дом родной горбатого карлика Куксоила! Должно быть, какие-то неведомые силы по привычке продолжали доставлять сюда жратву, чтобы он растаскивал ее на своей тачке по Нижним Пределам, но Куксоила на этом круге не было – он застрял на охранительном. О том, что он отсутствует, упоминал Данте Алигьери, да и Гондор Поголовеушибленный сильно негодовал по поводу исчезновения карлика.
Осознав, что по моей вине в Нижних Пределах нарушился давно заведенный порядок вещей, я расхохотался. Потом кинулся в пещеру и принялся, определяя по запаху еще не испортившиеся продукты, жадно их пожирать. Так я не ел никогда в жизни. «Быть может, – думал я, – я ем в последний раз, так наемся же так, чтобы мне никогда больше уже не хотелось!» Я запихивал в рот вяленое мясо, трюфели, печеночный паштет, грибную запеканку, колбасы, квашеную капусту, кусал луковицы и огурцы, проглотил почти свежий пудинг, запил все съеденное кислым вином. Потом прошелся по многочисленным салатам, так приправленных перцем, что мне показалось, будто я могу дышать огнем. Соленая рыба и копченые куры пошли на ура. Запеченного с яблоками поросенка я уже не мог съесть, но по крайней мере всего понадкусывал…
Однако не подумайте, что в пещере была только подходящая для людей еда – здесь было полно всякой всячины, вызывающей у любого нормального человека острое несварение желудка. Шевелящиеся в банках жирные черви, насаженные на вертела панцирные жучки, салат из многоножек, кусочки вонючего мяса, смешанные со слизью, крысиные хвостики и совсем уж странные вещи с резким запахом, смотреть на которые без содрогания было невозможно. Думаю, не только обжорство, но и вид этих неаппетитных кушаний заставил меня в конце концов рухнуть на песок с чувством глубокого отвращения к дальнейшему поглощению пищи…
Я сидел в самом центре пещеры, вокруг возвышались горы всевозможных продуктов, а меня отчаянно тошнило, я не мог пошевелиться и даже дышал с большим трудом, опасаясь, что мое тощее, раздувшееся до неприличия брюхо может ненароком лопнуть. Я вдохнул и застонал – мне показалось, что есть всего две альтернативы дальнейшего развития событий – или меня сейчас вырвет, или я попросту умру. Я остался жить. Но рвало меня так долго и обстоятельно, что я уже подумал, а не выскочил ли наружу мой многострадальный желудок. Очистившись от полупереваренной пищи, я снова принялся запихивать в себя разнообразную снедь, сдабривая безумную трапезу кислым вином…
Потом я сидел и стонал, испытывая смешанные чувства: упоение сытостью и опасение, что такое обжорство не пойдет на пользу моему здоровью и в ближайшее время я скончаюсь в страшных муках. Прервал мое двойственное состояние шорох чьих-то шагов. Меня как раз начала мучить сильная изжога, и я, прикрыв рот ладошкой, улегся на спину, решив, что, кто бы это ни был, я ни за что не скажу ему ни единого слова.
– Эй, Куксоил, ты где, безмозглая скотина?! – крикнул неизвестный и несколько раз подпрыгнул, надеясь разглядеть, кто это там стонет и рыгает за кучей продовольственных товаров. – Это я – Нестор Сволотта.
«Какое славное имя, – подумал я, – хорошо ему, наверное, с таким именем живется. А что? Было бы неплохо, если бы у всех были говорящие имена. Сказал, например, тебе какой-нибудь господин – меня зовут Сволотта, и уже все понятно. Интересно только, чего мне ждать от этой сволоты? Пожалуй, лучше все же отозваться».
– Я… здесь, – самым писклявым голоском, на какой только был способен, выдавил я.
– Где здесь? – рявкнул Сволотта. – Я тебя не вижу! Ты собираешься развозить еду или как? Или что там случилось у тебя?
Голос вдруг показался мне смутно знакомым. Я прополз несколько шагов и выглянул из-за ящиков, наполненных чем-то совершенно несъедобным и источающим жуткое зловоние. Ну так и есть! Оказалось, что к Куксоилу осведомиться о еде притащился добродушный демон-курилка из пещеры демонесс. Физиономию его от уха до уха пересекал красный рубец.
 
«Неплохо Инесса его хлыстом приложила!» – подумал я и хмыкнул.
– Ну ты чего молчишь? – заорал толстый Нестор и шумно сглотнул. – Ты где там есть?! Ась?
– Я не могу выйти, я заболел – я весь покрылся язвами, – сымпровизировал я, – они жутко болят, гной течет по моим ляжкам, а в животе все бурлит и растекается колючими комками…
«Растекается колючими комками?! Что за нелепый оборот речи? Альфонс Брекхун был бы мной очень недоволен!»
Однако именно «колючие комки» напугали Нестора до икоты.
– Ик, что?! – вскричал он. – Колючими, ик, комками?! Да ты совсем заболел, Куксоил, как я погляжу…
– Помираю, – пискляво подтвердил я.
– Ты хочешь, ик, сказать, что вся еда… теперь заражена? – пробормотал он, явно озадаченный подобным положением вещей.
– Да! Да! Заражена! – Я закашлялся и добавил для усиления эффекта: – Вокруг меня все пожелтело и покрылось желтой коростой.
Это откровение заставило демона переполошиться настолько, что он вскрикнул.
– Но… но как же мы, ик, будем это есть? – озадачился Нестор Сволотта.
Тут я вспомнил, что Куксоил никогда не разговаривал связно и замычал:
– Не-э-э понял… Сейчас… я дам тебе одну желтую колбаску… се-э-йчас… Ты попробуешь… и сам скажешь.
– Не надо! – вскричал демон. Мое предложение настолько вывело его из равновесия, что он попросту убежал. Уже из коридора я услышал затихающий голос Нестора: – Я буду вынужден доложить об этом нашему господи-и-ину…
– Да докладывай, кому хочешь! – сказал я, выбираясь из-за кучи колбасок (между прочим, вполне нормального цвета), и подумал, что, когда Куксоил вернется, его будет ожидать множество сюрпризов…
А что, пожалуй, я оказал ему услугу. По крайней мере теперь карлика никто не пожурит за то, что он плохо выполняет свои обязанности. Какой с больного спрос?! В худшем случае его посадят на карантин. А когда убедятся, что он совершенно здоров, вернут на прежнее место. И будет тупой карлик продолжать развозить еду, иногда вспоминая, как он побывал в охранительном круге и познакомился с великим королем Стерпора. Да уж, эта встреча запомнится ему навсегда!
Крайне довольный тем, что совершил доброе дело и избавил бедолагу Куксоила от многих неприятностей, я обвязался колбасками, сунул за пазуху творожную массу с изюмом, несколько копченых окорочков и отправился дальше, на круг духов, к долине вулканов…
Не успел я сделать и десяти шагов, как меня кто-то окликнул из смежного коридора:
– Эй ты, гнус!
Я остановился и повернулся на голос. Моя решительность к этому времени настолько окрепла, что я готов был вступить в бой с любым противником. Коридор, откуда доносился голос, оказался очень темным, и мне не удалось разглядеть того, кто со мной заговорил.
– Кто здесь? – спросил я.
– Никто, гнус! – ответил голос.
Уверенные, нахальные интонации вывели меня из себя. Я аккуратно опустил творожную массу, окорочка и колбаски на песок, достал гвоздь и выставил его перед собой.
– А ну покажись! – сказал я.
– Сам покажись, гнус! – заявил голос.
– Я перед тобой! – выкрикнул я.
– И я перед тобой, гнус!
– Но я тебя не вижу! – возмутился я.
– А это потому, что ты – гнус! – Незнакомец хохотнул.
В его смехе было столько издевательского торжества, что я задохнулся от ярости и метнулся вперед. Кто бы он ни был, он должен ответить за это оскорбление! И тут я вдруг заметил, что мрак в коридоре имеет совсем нестабильную структуру. Он шевелился. Я замер как вкопанный. То, что я видел, уже вовсе не казалось мне мраком, скорее это было похоже на черный дым. Его клубы заполняли все пространство: черные хлопья лежали на песке, странная субстанция курилась у высокого свода. Мне стало очень не по себе. Я представил, что произошло бы, если бы я влетел прямо в это странное скопление «дыма», и что произойдет, если «мрак» из коридора решит вдруг надвинуться на меня. Почувствовав мое настроение, странное существо торжествующе заявило: