"Фантастика 2023-155". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)
— Но так же нельзя… — простонала Броу и вдруг, схватив Мич за руку, взмолилась. — Мич, миленькая; ну, пожалуйста, ну, сделай что-нибудь…
Мич руку не высвободила.
— Я знаю, тебе очень плохо, — утешая, как ребенка, сказала она, — мне самой было так же тошно час назад…
Броу дрогнула, рванулась вбок: «ты мне мстишь?!»; но Мич ее удержала.
— Давай вместе подумаем, — наговаривала Мич. — Ти эр хочет остаться для нас загадкой; и я не вижу сил, способных ей помещать; здесь мы, как дикари, наткнувшиеся в джунглях на радиоприемник; хотя, если точнее, это, скорее, приемник на нас набрел; удачно ткнули копьем — он запел; а потом, сколько не тыкали — молчал, и все. Разве что Порнов поможет подобрать к ней ключик; она его пыталась закодировать… заколдовать для своих целей — а вышло, как видишь, в точности наоборот…
А пока — ну, не будет у тебя очередной бирюльки за заслуги перед вашим орденом; ты ведь женщина у нас сильная — переживешь как-нибудь.
— Год работы, — глядя в пол, глухо сообщила Броу, — целый год работы… За эту тему я получила бы номер-звание; Броу — оператор девять, — мечтательно произнесла она, — вошла бы в Гильдию номер-операторов…
— Да будет тебе убиваться, — сказал Порнов. — У меня сколько раз звездочку с погон снимали; а ты так вроде и не теряешь особо ничего…
— Что ж, раз иного выхода нет, — сказала Броу, — вот тебе моя рука!
— Вкалываешь тут, вкалываешь, — проворчал Порнов и поставил полный бокал обратно на стол. — А вся слава другим достается…
— Знаешь что, приятель, — обратился он к невидимому собеседнику. — Не буду я, наверное, на ночь глядя, на водку налегать… Я, пожалуй, по красненькому ударю; для сердца, говорят, полезней… и для потенции вот тоже.
— Ты что? — не поверил Порнов Первый. — Ты же сам себя губишь; это же возможности какие!..
— Ты за меня не переживай; я свое еще возьму, — усмехнулся Порнов. — Ты свое получил? Вот и успокойся…
А нашему человеку для счастья немного надо; выпить литр-другой красненького да лечь спать…
Адью!
— Стой! — в последний раз выкрикнул Порнов Первый; и исчез — теперь уже окончательно.
* * *На палубе было чудесно; солнце клонилось к закату; наступал теплый летний вечер. Синь простиралась бесконечно; и под высоким небесным куполом не было ничего, кроме безбрежной чаши океана; душа рвалась из тела и просилась туда, в безоблачные голубые небеса, играть с нарождающимися звездами.
Порнов, замешкавшийся в каюте — он уговаривал снежного барса залезть в стенной шкаф и выть себе там сколько влезет, — выбрался на палубу чуть позже их высочеств; пододвинул к стене рубки небольшую канатную бухту, уселся и подставил умиротворенное лицо мягким закатным лучам солнца; свежий воздух, эфирная настойка из морской соли и водорослей, пьянил его пуще «кокосовки».
В двух метрах от него, опершись локтями на высокий фальшборт, болтали о чем-то своем три длинноногих манекенщицы, три стройных фотомодели; прихваченные посередине белыми бантиками талии, полные задора попки под белым соусом коротеньких юбочек и затянутые в ажурный чулок умопомрачительные ноги немедленно привели Порнова в боевое состояние духа; он вспомнил, наконец, какие же на самом деле были лица у трех девчонок в том самом первом сне.
— Кстати, Лео, — донесся до него голос Мич, — в обмен на дальнейшее сотрудничество сгоняй, пожалуйста, своих головорезов до «Оклахомы» и обратно; пусть попросят — вежливо! — горсть пилюль биоблокады; а то, чтобы мы с вами тут стояли и мирно беседовали, Порнову пришлось овердозу мутагена принять…
— Слушай, Мич, — произнес Порнов задумчиво. — Я тут прикинул… Может, уж наплевать на эти пилюли?!
Девушки разом обернулись; лица были именно те; круг замкнулся; из порновской памяти вынули последнюю занозу; из провалов сознания с медлительной важностью глубоководного чудища всплыла первая — и она же ключевая — фраза; Порнов подивился только, какую ересь он способен иногда нести.
— Привет, девчонки! — кивнул Порнов принцессам и настороженно заглянул в их синхронно меняющиеся лица. Мич, обычно старающаяся не выказывать своих чувств — по крайней мере, первой, — на сей раз отказалась от этого правила; приветливо и душевно улыбнулась Порнову, показав два ровных ряда чудесных белых зубов. Броу, предварительно кинув на старшую сестру опасливый взор, состроила вдруг шкодную гримаску и быстро подмигнула Порнову одним глазком. Даже Лео, традиционно наблюдающая Порнова, как солдат — живую вошь, ныне попыталась придать своему растерянному лицу максимально участливое и дружественное выражение.
«Кажется, наша взяла», — довольно сообразил Порнов; расслабился; еще расслабился; и, счастливо расслабленный, сообщил радостную весть:
— У меня только один вопрос…
Здравый смысл подсказывал ему обойтись нейтральной фразой. Мол, как там у нас с погодой; не пора ли пойти всем попить вечернего кофею; или вот — не слабо ли вам, ваши благородия, выдать русскому мужику пятак на водку?
Но тот, кто тянет нас за язык, кто оставляет от дома — дым, этот чертов бес демагогии и беспорядков всегда был в нашем анархисте сильнее любой логики, даже самой железной-разжелезной; не раз и не два он обжигался на этом, клял себя — но ничегошеньки не мог с собой поделать.
Мич, заметив знакомую шальную искорку в порновских глазах, предостерегающе выставила вперед ладошку:
— Ты, искатель приключений на собственную шею; не забывай все же, кто мы!
Наивная; лучше бы она промолчала.
Порнов нагло уставился прямо перед собой, куда-то в живот девушкам — ну, может, чуть выше — и, не раздумывая более, выдал:
— А что, подруги, никогда не пробовали с многоногим?
Андрей Егоров
Стерпор
Я вижу горы и равнины,
моей Белирии покой,
леса, озера, рек стремнины…
и как рождается ГЕРОЙ.
Он храбр с младенчества, отчаян,
легко шагает по земле.
Он счастье отыскать не чает,
он жаждет власти с юных лет…
Но то, что ищет, ускользает,
надежды превращает в прах
отца безумье. Быстро тает
наивность детская в глазах…
Судьба не даст ему пропасть.
Герой границы королевства
пересекает… Будет власть
в руках Лишенного Наследства.
… Пурпурный плащ развевался за широкой спиной всадника. Со скоростью ветра мчался он на лошади вороной масти к границам королевства Стерпор. И в лице всадника, и в его величавой осанке, и даже в том, как твердо держал он повод – буквально во всем читалась истинно королевская стать, ибо был это не кто иной, как величайший и мудрейший владыка Белирии Дарт Вейньет. Да простит меня его светлость за то, что столь недостойный муж, как я, дерзновенно упоминает всуе сие драгоценнейшее для всех нас, его подданных, имя…
ГЛАВА ПЕРВАЯ
В ней рассказывается о том, как особе королевской крови следует поступать в почти безвыходной ситуации
Дорога вся была сплошные ямы да рытвины. Они исчезали во взвивающихся из-под копыт лошади тучах желтой, скрипящей на зубах пыли. Пыль забивалась за воротник, в глаза и особенно в нос, так что постоянно хотелось чихать и кашлять. Впереди метущейся линией ширился горизонт – горы беспорядочно теснились заснеженными вершинами и наползали друг на друга скалистыми уступами. Лошадь давно уже надсадно храпела и закусывала удила, но я был неумолим и заставлял ее мчать во весь опор: вскоре должны были появиться постройки пригорода, а оттуда до столицы бывшего герцогства Стерпор рукой подать. Там и отдохнем и расслабимся. Скрипучее седло давно уже доставляло мне изрядное неудобство – проще говоря, от долгой дороги я изрядно натер задницу, а плотные кожаные ремешки настолько глубоко врезались в ладони, что я стал ощущать их прямым продолжением рук.