Ник и другие я (СИ)

Шумело море. Высоко в небе, зовя в полет, пели чайки. Тихо сопела в переноске Доль. А у Ви рушился мир. Она его сама разрушила. А ведь так хорошо начиналось… Он с улыбкой отодвинул ворот белой футболки: «Не сочти это за соблазнение, это просто дружеское предложение. Тебе надо поесть. Надо! От тебя зависит жизнь Доль. А я потом просто прогуляюсь и закушу каким-нибудь рыбом. Тут же океан. Тут полно рыбы». Он так одуряюще вкусно пах, что к концу второго дня путешествия, когда машина мчалась вдоль кромки океана погибшего Сорокового округа, Ви была согласна на все. Тем более на соблазнение в исполнении Ворона. Он обещал, что остановит её, если она зайдет далеко. Он говорил, что она сильная, что она сможет… И он оказался неправ. Она не смогла. Она тогда промчалась губами по тонкой коже на его шее, заставляя Ворона сипло дышать, она поцеловала его рядом с веной, а его руки с трудом вернулись с её бедер на талию. Она медленно прокусила вену, а потом… Темный провал. Она никогда не пила настолько вкусной крови. Она… Она остановилась, лишь когда сердце Ворона уже билось с перебоями. И вот… Уже двадцать часов он лежал и… 
Она еле слышно прошептала:
– Ворон… Если не придешь в себя к утру, я вернусь в Либорайо. Понял? 
Пес, утверждавший, что он является АСА, то есть автоматическим стражем автомобиля, заскулил, высовываясь из передней приборной панели:
– Тебе нельзя возвращаться в Либорайо. Приказ Ворона. 
Ви резко развернулась к наноразуму:
– Мне плевать. Вот мой приказ – Ворону нельзя умирать. Вот это точно нельзя. – Она проглотила комок в горле: – ты знал к чему приведет мое кормление? Ты потому отправил Ворона через канализационные стоки? Чтобы он не пах едой?
Пес трусливо поджал уши:
– Я не исключал такую возможность. 
– Тогда почему ты меня не оставил, когда я убивала Ворона?! 
– Потому что… – Пес еле выдавил из себя: – потому что я тоже совершаю ошибки. И это была моя ошибка. 
– Я… – Ви прикусила губу. 
– Ти… хо… – еле слышно раздалось с переднего сиденья. Сил открыть глаза у Ворона не было, но хоть прошипеть он смог, прекращая перепалку. Еле выдавил из себя, правда. 
– Ворон?! – Ви резко клыком распорола себе запястье, тут же прикладывая кровоточащую вену ко рту парня: – пей!!!
До этого она несколько раз пыталась его накормить своей кровью, но его губы были так плотно сжаты, что ничего не удавалось. 
– Не… – Ворон поперхнулся кровью, тут же судорожно её глотая. 
– Вот так… – Ви погладила его по голове. – Пей… Пей…
Ворон сцепил зубы и попытался отстраниться. 
Ви выругалась – регенерация взяла свое, и вена запечаталась. 
– Я сейчас снова…
– Не на… до… – Ворон все же нашел в себе силы открыть один глаз. – Сколько я уже…?
– Сутки. – призналась Ви. 
– А где… оборотень?
– Кто?
– Тут выл… 
– Это была я, – призналась Ви. – Из-за твоей крови ко мне вернулся полиморфизм.
– Ух! – Ворон так удивился, что второй глаз открылся сам. Вот только больше ничего двигаться не хотело. 
Ви пробормотала:
– Зачем мне полиморфизм такой ценой? Зачем мне небо такой ценой, Ворон? 
– Чтобы было… – он предложил свой вариант.
– Ворон… – Ви сглотнула и поняла, что больше не хочет его называть по кличке. – А у тебя имя есть? Я тут хватилась и поняла, что даже не знаю, как тебя зовут. 
– Важно?
– Оркски.
– Алексей Воронцов. Я из Сибрии. 
– Значит, ты… Лекс, как Парра?
– Вот уж нет… Алекс. – он сказал твердо. – Не Лекс.
– Ой, – понимая, что у неё истерика, расхохоталась Ви. – А я так Парру звала… А надо было тебя…
– Я же говорю – я с тобой всегда опаздываю. – он криво улыбнулся.
Ви, вытерев глупые слезы, выступившие от смеха, поправила его:
– Ты всегда успеваешь и приходишь именно тогда, когда нужен. Только небо ценой твоей смерти…
– Я жив, – упрямо возразил Ворон – кровь Ви делала свое дело, он чувствовал, как силы начали прибывать. Знать бы еще, как на нем отразится кровь хомофила. Если его кровь вернула полиморфизм, то что с ним сделает кровь Ви?
– …ты трупом лежал почти сутки, я боялась, что ты не выкарабкаешься… Такое небо мне не нужно, – крайне серьезно сказала Ви. 
 
– А ты его любишь..? Я знаю – ты океан любишь… Ты в Либорайо к нему бежала…
Ви поправила плед на плечах Ворона:
– Люблю, конечно. Небо… Его нельзя не любить. Это свобода, самая настоящая свобода. Это выбор, который зависит только от тебя – где ты будешь в следующий миг… Это…
Ворон все же смог пошевелить рукой – он легонько ткнул в бок Ви, во всяком случае, он надеялся, что это бок – шокировать и сейчас настаивать на чем-то большем, чем дружба, еще рано. Ви совсем не готова к новым отношениям – Парра и Клауд постарались.
– Иди…
– Куда? – сперва не поняла его Ви. Парень для верности даже качнул головой в сторону океана:
– В небо. Пока еще моя кровь не разрушилась в тебе. 
Ви мотнула головой, от чего её смешные кудряшки сбились, налетели на лицо – Ворон и хотел бы поправить, да сил руку поднять не было.
– Я тебя не брошу. 
– Я уже не умру, Ви. Иди – я присмотрю за Доль. Точнее, – он тихо рассмеялся, – она присмотрит за мной. 
Ви прикусила губу, и Ворон добил её своим «Пожалуйста!» Он опять непонятно улыбнулся – ну вот сейчас чему улыбаться-то?! 
– Ви… Ну же! – он рукой нащупал кнопку открытия двери со своей стороны и нажал неё – как раз открывался вид на океан. – А я полюбуюсь и, быть может, тоже когда-нибудь решусь. Вдруг твоя кровь так сработает…
Вместо ответа Ви вышла из машины, поставила переноску со спящей Доль на переднее сиденье и… Пес затемнил стекла, хоть Ворон и так бы не подсматривал. А через пару минут в светлеющие на востоке небеса взлетел вертикально вверх небольшой дракончик – мелкий, юркий, с длинным хвостом, заканчивающимся кисточкой с перьями. Он быстро махал крыльями, набирая высоту, чтобы потом парить кругами в небесах, подсвеченный снизу лучами встающего солнца. Ворон щурился, глаза начинали болеть, но продолжал любоваться – Ви забыла обо всем, даже о времени и Доль. Она не летала слишком долго. 
Ворон попытался связаться по элтелу с Паррой – надо было узнать новости. Только элтел сбоил и показывал отсутствие связи.
– Пес? – еле слышно позвал АСА Ворон. – Что со связью?
Пес высунулся из приборной панели, странно мигая:
– Не работает. Рядом магнитная аномалия. Ви пытается очиститься от нанов и слежки. 
– А тебя тогда почему не задело?
– Задело, – признался АСА. – Я не смог адекватно среагировать на действия Ви, когда она чуть не убила тебя. 
Ворон тут же одернул его:
– Она не пыталась убить! Она сильная девушка, она справилась. Но… Почему ты еще функционируешь?
– Мика Рассел смог извлечь из Ник Росси наны хаоса, точнее наны-репликаторы, устойчивые к магнитному воздействию. Именно эти репликаторы раз за разом восстанавливают меня в защитном накопителе после воздействия магнитного поля. Но я бы отсюда убирался как можно быстрее. Мне моя жизнь дорога́. – Он тут же добавил дипломатично: – как и твоя жизнь. 
– Понятно. – кивнул Ворон, собираясь с мыслями. Столько всего случилось, надо посоветоваться с Паррой, надо узнать новости. – Иди в свой накопитель, я не буду тебя тревожить. 
– Спасибо! – Пес втянулся обратно в приборную доску. Ворон чуть приподнялся на локте, замечая, как на капоте снова сияет серебром нарисованная фигурка мустанга – сразу после отъезда из Убежища Справедливости Пес скрыл её при помощи защитной эмульсии, той самой, которую еще применяют в косметических масках для нанесения макияжа. 
Раз элтела не было, пришлось воспользоваться интером – хорошо, что предусмотрительный Лекс и его притащил с собой вместе с оружием. Ворон позвонил Парре, узнавая новости. Заодно позвонил и повинился за свой побег перед Лином – этот тоже не спал. В зоне спать некогда. Ворох новостей ошеломлял – Ви они должны понравиться… Странный и хороший, должно быть, получится мир, когда каждый будет равен. Не нужно будет избегать лордов, не нужно будет бояться хомофилов, не нужно будет бояться короткого срока жизни людям… Только почистить все зоны, и мир будет прекрасен. Ворон отдавал себе отчет, что всегда найдется недовольная сволочь, но против сволочей есть полиция, армия и МУСт.