Ник и другие я (СИ)

Джек устало опустился на пол перед ближайшим баком и принялся откручивать одну из задних панелей. Сэм подтащила аккумулятор и присела рядом с Джеком – больше помочь она ничем не могла, но хоть побыть рядом. А потом её ждет саванна.
Линдро куда-то позвали, и он отошел в сторону вместе с Ник, потом ушел куда-то и Рик. У пульта управления толпа тоже рассасывалась – все занимались своими делами. А Ханыль так и остался стоять перед баками. Сэм старалась в его сторону не смотреть – до сих пор душу жгло глупое воспоминание об его предательстве. Лучше смотреть, как работает Джек. 
– Ты же опять солгал, да? – шепотом уточнила Сэм у Джека. Тот косо посмотрел на неё и ответил тоже еле слышно:
– Перестраховался, а не солгал. 
Она потрепала его по голове:
– Эх ты, интриган… Боишься, что оживили бы только самых нужных?
– Такую возможность нельзя было исключать. 
– Интриган… 
– Прости. – он открутил панель и отложил её в сторону. 
– Пфф, я уже привыкла, что ты вечно путаешься в именах… 
Она задумчиво катала по полу винтики. Джек, подключая аккумулятор, косился на её действия, но молчал, не возмущался, что она их может потерять. 
– Джек, Карамель не сильно на тебя обиделась?
Сэм помнила – как носился Джек с Эш, и как обращался с Карамель – щадил, как самого тщедушного, не заставлял делать тяжелые работы – те же бревна из леса таскать, но не более того. Как над Эш, он над Карамелью не трясся. Не помнил, наверное. 
– Она еще слабо все помнит. Я сам сообразил, кто она, только позавчера, когда ты нас чем-нибудь тяжелым огреть хотела. Ну, тогда, перед мытьем Карамель. Я не помнил, что она моя дочь…
– Иначе бы…
Джек вскинулся:
– Я все равно бы любил тебя и помогал с Эш. Пожалуйста, не сомневайся. 
– Я не сомневаюсь, ты чего. Я просто подумала, что иначе бы ты трясся сразу над двумя Эш… 
Джек криво усмехнулся и вспомнил:
– Еть! – он неуклюже попытался встать, но Сэм опередила его и пронеслась мимо Ханыля, старательно не замечая его, за новым аккумулятором. Джек передвинулся к следующему баку. Мика уже подключал второй бак, одновременно обучая техника из МУСта.
Сэм притащила аккумулятор и снова села возле Джека. 
Ханыль кашлянул. Сэм упрямо повернулась к Джеку. 
Ханыль вновь напомнил о себе тихим вздохом – Сэм уперлась взглядом в пол. Джек посмотрел на неё, потом на Ханыля – тот лишь грустно улыбнулся ему:
– Прощу прощения, я бы хотел…
Сэм вскинулась и быстро скороговоркой сказала, старательно не глядя в глаза Ханылю:
– Я простила тебя, хоть и продолжаю злиться. Потому – держись от меня подальше! 
Он больно напомнил:
– Семечка, я тебе должен прогулку…
– Прощаю, и… Не лезь, просто не лезь, Ханыль! – Сэм демонстративно повернулась к Джеку: – Это мой создатель. И я на него зла. Очень. Как-то всепрощение – не моя сильная сторона, в отличие от тебя, Джек. 
Тот лишь прижал её к себе, шепча какие-то милые глупости, и это было так нужно в тот момент – узнать, что она кроха, что она сильная и нужная, что она самая-самая, и все-будет-хорошо. Просто обязано быть хорошо. Особенно, когда она разберется со львами – это не он сказал, это сама Сэм подумала. Когда проблема львов будет решена – они все вздохнут спокойно. 
Ханыль спокойно сказал:
– Сэм, мистер Карбон, приношу свои искренние извинения за свое поведение десять лет назад. Я увлекся экспериментами, я признаю – был неправ. 
Сэм качнула головой вместо ответа. Джек же бросил взгляд поверх её плеча на Ханыля:
– Простите, но передо мной вам не нужно извиняться. И уговаривать Сэм вас простить я не буду. Что-то еще?
– Да, – вкрадчиво сказал Ханыль – тон его голоса почти никогда не менялся, это уж Сэм помнила. Только когда он громко смеялся над собственными блинчиками-кляксами… Сэм тут же запретила себе это вспоминать. Это было давно и не с ней. – Я лишь хотел вас расспросить – зачем Клэру нужна была Семечка, и как вы оказались полиморфом? Мне Ник скинула видео вашего превращения в птицу…
Джек упрямо его поправил:
– В дракона. 
 
Все так же мягко Ханыль повторил:
– В дракона, конечно же. Сэм всегда любила летать… Правда, ей по приказу Дуба ввели блокираторы гена полиморфизма, чтобы она не смогла сбежать из плена. 
Сэм развернулась в кольце рук Джека и пробормотала:
– Я в порядке, – тепло рук тут же исчезло – Джек занялся подключением аккумулятора. Это сейчас важнее. 
Ханыль извинился:
– Простите, что отвлекаю разговорами…
– Не отвлекаете. – отозвался Джек. – Просто я мало что знаю…
В голове Сэм сам включился общий канал элтела – Мика принялся перекидывать Линдро и остальным из отряда слова Джека.
– …просто наши умники не любили рисковать. А риск того, что Королева сломает Клэра, и тот сдаст всех нас, был. Поэтому было решено перестраховаться – мы прекрасно понимали, что уходить из Холмов, спасая шкуры, не совсем целесообразно – где бы мы еще нашли такие лаборатории, такие библиотеки, столько ресурсов, которые нам предоставлял Клэр… Да, на поверхности мы были бы в безопасности, но вот как-то наши умники перемудрили с пассионарностью в нас. 
Сэм потянулась и поцеловала его в ухо – вот с жертвенностью у Джека все в порядке, это точно. И с предприимчивостью, и с состраданием. 
– Ты умница, Джек… 
Тот забавно фыркнул, спасая ухо от щекотки:
– Пф… В общем, узнав о проекте «Полиморф», мы убедили Клэра, что это точно то, что нам нужно. То, что спасет Холмы и мир. Правда, он, как истинный лорд, считал, что это будет убийство Холмов. Как же, привык к жизни в Рою, хорошо еще, что, как принц, не был в него глубоко подключен. К тому времени Клэр уже понимал, что пути назад нет, что он уже бросил вызов Королеве, создавая астернанобы. Как что через множество подставных лиц мы выкупили Семечку, парни привезли её в Холм Клэра, ей удалили метку и все наны – мало ли, какие им программы могли быть внедрены. 
Сэм и где-то далеко Ник вздрогнули – как Джек и Клэр оказались близки в правде, как они все попытались предусмотреть. Той Сэм сказочно повезло – она жила без тупой программы размножения. 
– …пока Сэм спала в капсуле, наши умники колдова… – Он поймал недоуменный взгляд Ханыля и поправился: – занимались изучением генетического кода Сэм и последующей вклейкой гена полиморфизма в меня. Почему в меня – потому что я должен был сопровождать Сэм на поверхности. В Холмах решили не рисковать. Так что я, взяв с собой Сэм и свою дочь, выбрался на поверхность, только имел глупость умереть. Что было дальше с Сэм и моей дочерью, я точно не знаю. 
Ханыль уточнил:
– Я правильно понимаю, что Сэм у вас жила с моим лицом? 
– Да. Она сменила свой вид только на поверхности, а вот у меня меняться так и не получилось.
– Вам достались гены с предпродажной блокировкой. Блокиратор был рассчитан приблизительно на три месяца – дальше новые хозяева должны были сами решать: блокировать по-прежнему или разрешать быть полиморфом. 
Джек задумался, а Сэм подсказала:
– Приблизительно столько времени и прошло с момента твоего оживления. Ну, с твоего триумфального «Ееееешь!»… Чтобы спровоцировать первое изменение, нужен сильный шок, что сегодня и случилось. 
Сэм мягко погладила его по голове:
– Дракон мой! Это куда как лучше какого-то принца. 
– Помнится, – не удержался Джек, отвлекаясь от бака, – я был гномом. 
– Кем хочешь будь, только будь рядом, – последние слова она сказала еле слышно. Только для него. 
Ханыль понятливо отошел в сторону, и Сэм даже знала, для чего он тут – собрать биоматериалы Джека, хорошо хоть не в клетку засадить. Сэм прикрыла глаза – сейчас, когда вся стая Джека выведена из строя, могло произойти что угодно. Орки, и ведь саванну не вычеркнешь из планов… И как быть? Довериться Мики, Лину, Ник? Кому можно доверить жизнь Джека? С Эш все просто – тут Лин сдержит слово, потому что Эш – обычный полиморф. А Джек – он необычный, и тут чуждая Джеку стая может все решить иначе. В клетках Джека спасение всего мира, и тут клятвы верности могут подвести. Тут даже Рику доверять нельзя. И, как на зло, оружия под рукой нет. Сэм – сама оружие, как и Джек, но не против ультр. Совсем не против ультр. Она прикусила губу. Взять Джека с собой в саванну? А отпустят ли их? Точнее, его?