Темный. Плохой. Незнакомый (ЛП)

— Ты хочешь, чтобы я растянул тебя, грязная девчонка? Это то, чего ты хочешь? — Ее тело ответило за нее, складочки ее влагалища задрожали напротив моего рта. Я сел прямо, потянув ее за собой.
— Дверь рядом с кухней, справа. — Она протянула руки, и я помог ей подняться на ноги, проводив в спальню. Ее кровать была роскошной, с пурпурными простынями и дюжиной разбросанных подушек. Она ей подходила. Я подвел ее к краю, наслаждаясь танцем ее сисек, пока она двигалась назад, чтобы расположиться в центре.
— Прижми колени к груди. Я собираюсь раскрыть эту великолепную киску.
Ее дыхание участилось, сиськи покачивались, когда она высоко подняла ноги. Я подвинул ее задницу достаточно, чтобы расположиться рядом и взял с прикроватной тумбочки бутылочку смазки и пару презервативов. Итак, я приготовился к игре. Широко раздвинув ее губки, я капнул смазкой на клитор и вошел в нее двумя пальцами. Ее сочная пизда была на удивление тугой, сжимаясь вокруг меня, как горячий гребаный капкан. Да, черт возьми.
— Красивая… — простонал я. — Вот так…
Она издавала такие аппетитные хлюпающие звуки. Большим пальцем я обвел ее клитор, и она медленно расслабилась для меня. Я смазал другую руку, наслаждаясь тем, как она застонала, когда я согнул пальцы. Я входил и выходил из нее нежно, чертовски нежно, дразня и растягивая эту дырочку, пока она легко не приняла в себя четыре пальца.
— Черт, Джейсон, пососи мой клитор еще раз… Пожалуйста, пососи мой клитор…
Грязная девчонка. Меня не нужно было просить дважды.
Я был намного грубее с ее клитором между моих губ, трахая эту горячую гребаную щелку, пока она трепыхалась у моего лица. Джемма опустила ноги, приближаясь к оргазму, крепко сжимая меня между своими пухлыми бедрами. Это было блаженство, лицо было скользким от ее соков, когда она закричала, схватившись за простыни, и кончила мне на лицо. Я натянул презерватив, пока она переводила дыхание, приподнял ее ноги и полностью вошел в нее, застав ее врасплох.
— Господи!
— Хорошая девочка.
— Трахни меня, Джейсон, пожалуйста… жестко… — прошипела она. Я прижал ее запястья над головой одной рукой, меняя положение для более глубокого проникновения. — Да! Блядь, да!
Свободной рукой я схватил ее за покачивающиеся сиськи, сжимая пальцами соски.
— Блядь, Джемма… Ты ощущаешься так чертовски хорошо.
Я закрыл глаза, и она была такой узнаваемой, ее стоны возбуждения были теми же сладкими звуками, которые я любил месяцами, но стало гораздо больше. Шлепок, шлепок, шлепок моей кожи по ее коже изматывали мои чувства.
— Ты можешь принять еще, грязная девчонка? Скажи мне, что ты хочешь большего…
— Я хочу большего, — прохрипела она. — Все, что у тебя, блядь, есть…
— Хорошая девочка, — я скользнул рукой вниз к ее киске, и она зашипела, когда я ввел два пальца рядом со своим членом. — Это моя гребаная девочка. Не могу дождаться, когда увижу два гребаных члена в твоей киске. Мы разорвем тебя на хрен.
— Я хочу этого! — взвизгнула она. — Я хочу, чтобы ты дал мне это, ты и твои грязные гребаные друзья, я хочу, чтобы ты использовал меня. Использовал мои дырочки, Джейсон, используй все мои гребаные дырочки!
Прошло чертовски много времени с тех пор, как я был по самые яйца в горячей, влажной киске. Я кончил, как последний ублюдок, опустошившись и взревев на все гребаное здание. Она распалась подо мной, шипя, воя и извиваясь, как маленькая развратная сучка, которой и обещала быть.
Кровь застучала у меня в ушах, когда я рухнул на нее, а затем моя грязная девчонка захихикала великолепным грязным смехом, который я так хорошо знал.
***
Джемма
Мне было так приятно ощущать на себе его вес. Его кожа горячая и липкая на моей груди, и такая чертовски твердая, будто он был отлит из железа. Он уткнулся лицом мне в шею, и его влажные волосы щекотали меня. Я чувствовала, как сильно бьется его сердце напротив моего. В воздухе стоял сильный запах секса, секса и цитрусового геля для душа.
Посторгазмическая эйфория окончательно расслабила меня.
 
— Черт, — снова рассмеялась я. — Это было безумием.
Я почувствовала его улыбку на своей коже.
— Ты стоила того, чтобы ждать, и всех телефонных счетов, и поздних ночей.
— Пожалуйста, не будь психопатом-убийцей, — простонала я. — Секс просто, ну слишком хорош.
— Я не психопат-убийца. Просто грязный плохой незнакомец. Очень, очень грязный, плохой незнакомец.
Покалывание в животе и в других местах, и мои руки снова были на нем, а его рот на моем. Он целовал так же властно, как и трахал, его язык пронзал мой с сосредоточенностью экстремала. Эта мысль заставила меня вздрогнуть. Вся эта концентрация только для меня.
— Покажи мне, какой ты грязный, — прошептала я. — Я хочу тебя в своей заднице.
Он шлепнул меня по бедру.
— Перевернись, сладкая штучка, подними свою задницу в воздух для меня.
Я встала на четвереньки, подложив подушку под голову. Он провел пальцами вниз по моей спине, пока кровать позади меня не прогнулась под его весом. Я перевела дыхание, когда он широко раскрыл меня, сгорая при мысли о его взгляде на меня. Хлюпанье смазки, затем сильное вторжение. Его большой палец скользил внутрь, и это было чудесно.
— Такая тугая. Когда ты в последний раз принимала член в свою задницу?
Я изо всех сил старалась вспомнить.
— Давно… минимум двенадцать месяцев назад. Не волнуйся, большой мальчик, я справлюсь.
Пальцы погрузились в мою киску, трахая меня в обе дырочки. Он потер между собой большой и указательный пальцы, и когда между ними была только стеночка моей киски, восхитительные искры пробежали по моему клитору. Я громко застонала и попросила еще.
— Ты когда-нибудь принимала два члена сразу, Джемма?
Я ахнула, когда он глубоко просунул большой палец.
— Нет, не внутри меня… только на вертеле… (примеч. пер.: одно проникновение вагинально/анально, а второе — орально) — Я снова ахнула, когда он отдернул большой палец, и снова от касания языка к моей заднице. — Черт, Джейсон, так приятно.
Его ладонь прижалась к киске, сильно сжимая ее. Я съежилась от влажных, хлюпающих звуков, которые издавала так громко в комнате. Повязка на глазах творила со мной сумасшедшие вещи, искажая все. У этого мужчины было несколько гребаных приемов.
— Попроси меня растянуть твою задницу… Я хочу услышать, как ты это скажешь…
— О боже…
— Попроси меня!
Я перевела дыхание, уверенная, что чертовски сильно покраснела.
— Растяни мою задницу, Джейсон, пожалуйста. Растяни меня! Растяни меня чертовски широко!
— Хорошая девочка, — прорычал он. Я застонала, когда его язык проник в меня, и снова застонала, когда он задержал его там, вращая глубоко в моей заднице; затем ахнула, когда он вытащил его и вставил внутрь что-то большее. Может быть два пальца, даже три. Он будто вкручивал их глубже. — Вытолкни их.
— Что?
— Ты слышала меня, грязная девчонка. Вытолкни мои пальцы. Я хочу почувствовать, как эта тугая маленькая дырочка противостоит мне. — Для меня это было впервые. Я зажмурила под повязкой глаза и начала выталкивать его пальцы. Это казалось таким чертовски неправильным… таким грязным. Он зарычал от удовольствия. — Блядь, да. Еще. Сильнее.
На этот раз он боролся со мной, крепко сжимая пальцы, когда я пыталась их вытолкнуть. Я могла бы умереть от этих звуков, но ему, казалось, было все равно.
— Ты действительно грязный мальчишка, не так ли? — зашипела я.
— Достаточно грязный, моя милая маленькая Джема.
Я вытолкнула его из себя, не готовая к его следующему вторжению. В этот раз было еще больше. Четыре пальца? Больше? Весь его гребаный кулак? Он двигал в моей заднице большими кругами, и я чувствовала себя такой наполненной. Такой чертовски наполненной.
— Я хочу, чтобы ты чувствовала меня, когда я уйду.
— Тогда сильнее! Заставь меня, черт возьми, принять это! — Я стиснула зубы, погружаясь в фантазии. Годы, когда я развлекала себя фантазиями о членах, разрывающих меня на части. Он был здесь — моя грязная фантазия. Здесь, в моей реальной спальне, с его кулаком в моей маленькой грязной заднице. — Наполни меня, Джейсон!