Кровавое пророчество (ЛП)

Он не ответил, потому что был согласен. Мег с таким же успехом могла иметь штамп на лбу «в бегах».
Зелёные пряди сошли с волос Тесс. Она вздохнула.
— Может она пробудет достаточно долго, чтобы разобрать невыполненные заказы по письмам и посылкам.
— Может быть, — ответил он.
Он не считал, что Мег Корбин, или кем бы она на самом деле не была, останется после получения первого чека с оплатой труда. Но она сказала, что хочет учиться, а никто из других людей об этом не заявлял. Даже Асия.
Неловкое молчание.
— Ты должен идти, — сказала Тесс. — Обнажённая девушка в душе. Незнакомый мужчина. Я читала такого рода истории в книгах, написанных людьми.
Саймон замялся, но Тесс была права.
— Скажи Мег я встречу её завтра у офиса Связного в восемь тридцать утра. Это даст мне время обсудить с ней кое-какие моменты перед началом доставок в девять.
— Ты босс.
Положив ключи на стол, он покинул квартиру — и стал гадать, не убил ли он только что девушку, оставив Мег наедине с Тесс.
* * *
Горячая вода обдавала её с болью, и это ощущалось прекрасно. Она воспользовалась шампунем и мылом, которые были на полке в душе, а затем просто стояла под струёй воды, упершись рукой в стену.
Пока что в безопасности. Ветер и снег заметут её следы. Она будет встречаться с людьми, и это будет опасно, но пока она остаётся внутри границ Двора, никто не сможет прикоснуться к ней. Даже…
Встряхнувшись, она выставила вперёд обе руки. Тонкие прямые шрамы строем тянулись вниз по верхней части обеих рук, от плеча до локтя, в шести миллиметрах друг о друга. Такие же шрамы выступали на верхней части левого бедра и на внешней стороне правого бедра. Цепочка шрамов опускалась по левой стороне её спины — педантичные в своём исполнении. Они должны быть чётко выверенными или порез оказывался менее ценен — или даже бесполезен. За исключением пореза в качестве наказания.
Проигнорировав сетчатую решётку шрамов на верхней части её левой руки, она изучила три покрытые струпьями линии на том же предплечье. Эти шрамы она не забудет. Видения, которые она увидела, когда сделала эти порезы, подарили ей свободу. И показали ей видение её смерти.
Белая комната. Узкая кровать с металлическими рейками. Она была заперта в этой комнате, на этой кровати, чувствуя такой холод, что её лёгкие не могли втянуть вдох. И Саймон Вулфгард, темноволосый мужчина, которого она видела в пророчестве, был там, меряя шагами комнату и рыча.
Она выключила воду и открыла раздвижную дверь душа.
Через минуту кто-то постучал в дверь ванной комнаты.
— Мег? Это Тесс. Я открою дверь и оставлю тебе пижаму. Хорошо?
— Да. Спасибо.
Мег схватила полотенце и прикрылась им, обрадовавшись, что зеркало запотело настолько, что никто не увидит шрамы, которые не скрывало полотенце.
Когда Тесс снова закрыла дверь, Мег вышла из душа, как можно быстрее вытерлась и нырнула в пижаму. Вытерев конденсат с зеркала, она дважды перепроверила, чтобы убедиться, что ни один из шрамов не виден, затем открыла дверь и шагнула в основное помещение квартиры.
— Дай мне свою промокшую одежду, — сказала Тесс. — Я её высушу.
Кивнув, Мег принесла одежду, которую она оставила в ванной комнате и передала её Тесс.
— В холодильнике и в ящиках есть немного еды, — сказала Тесс. — И два комплекта одежды. Я на глаз подобрала размер, поэтому если тебе не подойдёт, можешь обменять её в магазине. Саймон встретится с тобой в офисе Связного в восемь тридцать утра, и введёт тебя в курс твоих обязанностей.
— Хорошо, — сказала Мег.
Теперь, когда она согрелась, бодрствовать было почти болезненно.
— Ключи на столе, — Тесс направилась к двери.
— Вы были очень добры. Спасибо.
Тесс повернулась и пристально посмотрела на неё.
— Поспи немного.
Мег сосчитала до десяти и потом поспешила к двери. Она не знала, возможно ли было что-то услышать, прижавшись ухом к дереву, как это делали люди в фильмах, но она всё равно это сделала. Ничего не услышав, она заперла дверь и выключила верхний свет. Уличное освещение Кроуфилд Авеню давало ей достаточно света, чтобы дойти до окон. Она запахнула окно тяжёлыми шторами, но зашторить второе окно не решилась и оставила его открытым. Дойдя до кровати, она забралась на неё и лежала дрожа, пока одеяло не согрело её.
 
Где-то здесь в Дворе её ждала смерть. Но она не наступит сегодня. Никто сегодня за ней не придёт.
Выдохнув с облегчением, Мег закрыла глаза и глубоко уснула.
* * *
Саймон встряхнулся, чтобы взбить свою шерсть. Ни к чему ему быть здесь в своём человеческом обличье, но снег прекратился и, как Волк, он не был против холода — особенно, когда кто-то из Волков отправился пошалить и бегал по Двору.
Проводя слишком много времени в человеческой форме, он становился раздражительным. Да, он добровольно вызвался управлять этим Двором, и был именно тем, кто настоял на открытии нескольких магазинов для людей, в качестве ещё одного способа не спускать с них глаз. Но это не помогло ему быть менее раздраженным в их обществе, как и то, что он носил эту кожу в течение длительных часов, когда был в «Вопиющем Интересном Чтиве». Ему необходимо время в этой коже, необходима пробежка.
Эллиот подбежал к нему. Саймон был Волком-доминантом в Дворе, но его родитель был официальным лицом Двора. Эллиот не питал никакого интереса в ведении бизнеса и не испытывал комфорта в делах с другими терра индигене, особенно с Элементалами и Сангвинатти, но у него был талан в работе с людским правительством и был единственным среди них, кто мог говорить часами с городским мэром или другими чиновниками и никого не покусать.
Поэтому Саймона часто рассматривали как бизнес-лидера, в то время как более общительного и опытного Эллиота ошибочно принимали за главу Двора Лейксайд. И это очень даже устраивало Саймона. Его родитель мог пожимать руки и принимать участие в обедах и фотографироваться. И если мэру и его коллегам очень повезёт, они никогда не узнают, что утонченность Эллиота, на самом деле, была только поверхностной.
К ним присоединилось ещё семеро Волков. Обрадовавшись компании, Саймон направился по заснеженной дороге. Каждый живущий в Дворе вид терра индигене имел участок, который почитался как их собственная территория, но остальная земля делилась между всеми. Как только Саймон и его друзья пересекут Придворовый Мост над рекой, они окажутся в районе Хоукгард, и они смогут перейти на первую дорогу, которая вела во внутренние угодья для их игр и пробежки.
«Волк», — подумал он, когда они побежали лёгкой рысью, чтобы разогреть мускулы. Может быть, волки и выглядели как на заре мира, но терра индигене — быстрые, сильные и смертоносные — всё также имели более крупную, более первобытную форму. Сейчас животное, которого люди называют волком, в сравнении с терра индигене Волком было как рысь с тигром.
Они бежали рысью по дороге, усыпанной несколькими дюймами снега; весь сегодняшний вечерний снегопад ловко был сметён по обе стороны. Надо будет не забыть поблагодарить девочек у озера за это.
Мускулы разогрелись, и Саймон пустился в пробежку, поведя стаю по мосту. Хорошо пробежаться. Хорошо почувствовать искусный укус погоды. Хорошо почувствовать…
Ветер сменился. Сова, одна из ночных стражей Двора, пролетела над головой, выкрикнув предупреждение: <Незваные гости!>
На дороге не должно быть никого, которая извивалась между Парком Лейксайд и двором, за исключением снегоочистителей, которые обычно гремят по ночам и очищают дороги. Чтобы люди смогли добраться до работы на следующий день. Если городскому рабочему необходимо было войти в Двор, особенно ночью, чиновники из правительства заблаговременно позвонили бы Эллиоту. Так что у людей не было никаких оснований находиться здесь сегодня ночью.