Сокрушенная империя

– Может, ты зайдешь, когда мы вернемся? Кей-Джей… она уже так выросла. На днях сделала свои первые шаги. – В голосе Уэйна ощущается грусть. – Она бы очень хотела познакомиться со своим старшим братом.
Мое сердце сжимается. Насколько я знаю, Оукли ни разу не видел свою младшую сестру.
Оукли закрывает глаза.
– Не думаю, что это хорошая идея. Я занят.
– Да ладно тебе, Оук. Пожалуйста. – Его голос надламывается. – Я скучаю по своему сыну, черт возьми.
– Я тоже скучаю, пап, – шепчет Оукли, его слова насквозь пропитаны болью.
– Не знаю, что произошло, но, что бы это ни было, мы можем все исправить…
– Мне пора, – перебивает его Оукли.
– Хорошо. – Уэйн прочищает горло. – Но, пожалуйста, заходи познакомиться с Клариссой Джасмин.
– Я подумаю об этом, – говорит Оук и кладет трубку.
В палатке тишина. Наконец, я заговариваю:
– Я не пытаюсь указывать тебе, что делать…
– Тогда почему звучит так, будто именно это ты и собираешься сделать? – выплевывает Оукли.
Обычно я не избегаю острых углов, даже если мой парень ведет себя как мудак, и этот раз не исключение.
– Слушай, я понимаю, что у тебя очень сложные отношения с семьей, но не наказывай за это свою сестренку. – Я поднимаю на него глаза. – Она заслуживает того, чтобы познакомиться с тобой.
Как бы я ни ненавидела мысль о том, что Кристалл вернется в его жизнь, я правда хочу, чтобы он начал общаться с сестрой.
Оук напрягает челюсть.
– Поверь, лучше ей не знать меня.
– Это не так, – спорю я. – Ты – ее старший брат. К тебе она придет, когда совершит свою первую ошибку, с которой ей будет страшно пойти к отцу. Ей нужна будет помощь. Ты станешь тем, на кого она будет равняться и на кого сможет вылить все свои проблемы. Тем, кто будет вселять страх в каждого парня, который ей нравится, и будет защищать ее от всего дерьма, происходящего в этом мире. Может быть, ты этого пока не понимаешь, но поверь мне… этой маленькой девочке будет нужен ее старший брат, Оукли.
Сердце щемит.
– Не знаю, что бы я делала, если бы у меня не было Джейса и Коула… – В горле застревает ком. – И Лиама.
Несмотря на то, что он провел со мной не так много времени, я всегда буду ему благодарна.
Опустив плечи, Оукли потирает ладонью лицо.
– Я хочу познакомиться с ней. Так чертовски сильно, но…
– Никаких «но». – Я обнимаю его. – На хер Кристалл. Ты должен перестать винить себя за то, что случилось в прошлом, поскольку ты не можешь этого изменить. – Прикасаюсь к его лбу своим. – Сконцентрируйся на том, чтобы восстановить отношения с отцом и построить новые с сестрой, потому что они любят тебя, и они – твоя семья. В конце концов, только это и имеет значение.
Оукли прижимает меня к себе так сильно, что становится больно.
– Спасибо.
– За что?
– За тебя. – Я вижу, как искренне он смотрит на меня, взяв мое лицо в ладони. – Наверное, ты лучшее, что когда-либо случалось со мной.
Я открываю рот, чтобы сказать ему то же самое, но теперь у меня звонит телефон. Раздраженно подношу его к уху.
– Привет, Джейс.
Слышу шум и суматоху на заднем фоне.
– Я выезжаю из аэропорта, буду дома через двадцать минут. Где ты?
Ночью я сказала Джейсу, что Оукли забрал меня на мотоцикле своего отца и отвез в убежище. Он был так рад, что с нами все в порядке, что даже не стал задавать лишних вопросов, и я уверена, следующий месяц он будет целовать землю под ногами Оукли.
И все же он решил закончить свое путешествие пораньше и приехать домой, дабы убедиться, что со мной все хорошо.
– Мы скоро поедем, – говорю ему я.
– Хорошо. Заехать вам за завтраком? Спроси Оука, хочет ли он чего-нибудь.
Я прикрываю телефон рукой.
– Джейс спрашивает, нужно ли тебе что-то?
Оукли игриво поигрывает бровями и одними губами произносит:
– Я хочу трахнуть тебя еще раз.
По мне проносится волна тепла.
– Нет, ничего, – быстро говорю я Джейсу, пока Оукли целует меня в шею. – Кстати, на дорогах все еще пробки, так что, возможно, мы задержимся.
Я быстро кладу трубку, чтобы дать Оукли то, чего мы оба хотим.
 
Глава пятидесятая 
Бьянка 
Я чувствую боль в груди.
Между нами все было идеально, все было правильно, и я понятия не имею, как и почему этому пришел конец.
– Мы были счастливы, – шепчу я, глядя на океан.
Теперь я понимаю, что Оукли привез меня в то же самое место, где случился наш первый секс. Бьющиеся о камни волны и затянутое серыми тучами небо подсказывают мне о приближении шторма.
То же самое сейчас происходит в моей груди.
Оукли, который до этого ходил вдоль берега, замирает.
– Да, – говорит он минуту спустя. Его голубые глаза смотрят на меня так серьезно, что все внутри замирает. – Были.
Незнание убивает меня.
– Что произошло между нами?
Он сжимает челюсть, его плечи напрягаются.
– Ты сказала, что не станешь спрашивать, помнишь?
Я обессиленно взмахиваю руками.
– Знаю, но теперь я понимаю, что секреты – это плохо.
Они разрывают людей на части.
Отвернувшись, чтобы снова взглянуть на океан, Оукли бормочет себе под нос:
– Очень лицемерно с твоей стороны, не находишь?
Я моргаю, не понимая, о чем он.
– О чем ты…
– Ты все еще носишь его кольцо, – грубо говорит он. – И я все еще твой маленький грязный секрет.
Его взгляд пронзает меня словно тысяча кинжалов. Но не только ему есть что сказать.
– Потому что ты ведешь себя так, будто это единственная роль, которая тебя устраивает, – отвечаю я.
Он ничего не понимает.
– О чем ты?
Чувствуя себя глупо, я качаю головой.
– Ни о чем. Забудь.
Очевидно, Оукли не хочет восстанавливать то, что было между нами в прошлом, ведь он отказывается рассказывать мне, что на самом деле произошло.
Оукли сжимает губы и, прежде чем я успеваю сделать следующий вдох, начинает двигаться в мою сторону, словно хищник, преследующий свою добычу.
– Хочешь, чтобы я поборолся за тебя?
Его слова застают меня врасплох, и я делаю осторожный шаг назад. Это только заставляет его подойти ближе. Я упираюсь спиной в огромный камень.
– Нет.
Мрачный взгляд, которым он одаривает меня, говорит о том, что он ни капли этому не верит. Уперевшись руками по обе стороны от моей головы, он загоняет меня в клетку из своего тела.
– Почему?
Воздух между нами опасно электризуется, и я чувствую легкое покалывание. Заставляю себя молчать. Потому что мой ответ полностью изменит наши отношения.
Оукли наклоняется ближе. Его пьянящий запах наполняет мои легкие, и я с трудом стою на месте.
– Скажи это.
Я не могу. Не должна.
Его обжигающий взгляд опускается на мои губы. Мышцы на руках напрягаются, когда он оказывается в сантиметре от моего лица.
– Скажи. Это.
Его голос разрезает напряжение словно острие ножа. Я должна попытаться разорвать эту связь между нами… но не могу. Она слишком сильная. Слишком мощная.
Это все равно что бороться с гравитацией.
Я чувствую, как проигрываю.
– Потому что ты победишь.
Над пляжем проносится раскат грома, когда губы Оукли впиваются в мои. Поцелуй пронизан чистой жадностью и желанием обладать, каждое движение его языка – жестокое наказание, которое тут же сменяется опьяняющей наградой, обостряющей все мои чувства.
Мои пальцы впиваются в ткань его серой майки.
– Оукли.
Его имя – это и предупреждение, и мольба.
Борьба между раем и адом.
Правильным и неправильным.
Застонав, он хватает меня за затылок, удерживая в этом самом положении, и углубляет поцелуй. Придушенный звук вырывается из моей груди, когда его рука скользит вниз вдоль моего тела. Его медленные, мучительные прикосновения распаляют каждый мой нерв.
– Ври себе, сколько хочешь, малышка. Но ты не можешь лгать мне. – Его губы находят мою шею. – Потому что я знаю тебя.