Гори, но живи (СИ)
— Подумать только… русские открыли один из своих секретов, и ты сумел оказаться рядом в нужный момент. Слушай, Джон, а если мы с мистером Джонсоном — нашим управляющим, прилетим к тебе обсудить условия сотрудничества? Сам понимаешь, упускать такой шанс никак нельзя.
— Не возражаю, только у меня будет одно условие.
— Какое?
— Меня уполномочило радиолюбительское сообщество, и мы все вместе решили, что сделка будет только коммерческой и без всякой политики. Никаких эмбарго, ничего такого — я слишком дорожу своей репутацией. О’кэй?
— Да о каких эмбарго может идти речь? На русских, сам знаешь, оно отменено, по остальным странам — не думаю, что с этим будут проблемы.
— Тогда жду вас в ближайшие дни.
— Я скажу, чтобы мистер Джонсон привёз с собой вариант договора.
— Сначала нужно обсудить этот вопрос с русскими.
— Но как? В эфире? Так насколько знаю, у вас есть регламент.
— У меня есть телефон их фирмы. Случайно увидел, когда распаковывал посылку — его дали в случае каких-то проблем при транспортировке. Есть смысл позвонить им и поговорить о договоре между вами и их фирмой.
— Прекрасно, Джон! Это реальный выход из создавшегося положения. Думаю, что мистер Джонсон оценит твои способности и связи.
— Только, Рич, не думай, что ототрёшь меня от проекта… — усмехнулся брат.
— Ты сумасшедший⁈ Как ты мог так думать⁈ Я вообще-то хотел устроить тебя к нам, как технического специалиста. Раз наша семья спасает бизнес «Ар Эл Дрейк», пусть идут и нам навстречу.
— Тогда скажу тебе вот о чём… новое оборудование для радиолюбителей может подключаться к компьютерам. Пока я не знаю подробностей, но их инженер обещал мне помочь разобраться с этим. А теперь подумай, что будет, если мы первыми в Штатах начнём продавать его и осуществлять техническую поддержку.
— Оу, май год! Тогда я сразу сориентирую мистера Джонсона, что это перспективное направление закроешь ты.
* * *1 — В альтернативной истории сын Ким Чен Ира и Сон Хе Рим. Родился 2 Сентября 1963 года. Из-за неодобрения брака родителей Ким Ир Сеном обучение проводилось в Швейцарии. Домой летел для проведения обряда совершеннолетия.
2 — авиакомпания Германской Демократической Республики, существовавшая с 1963 по 1991 год. Прекратила существование в 1991 году, после воссоединения Германии
3 — Связь по договорённости
Глава 2
21 августа 1983 года. г. Рябиновск. Два часа пополудни
Ким Чен Чжу проснулся от попавших на лицо солнечных лучей. Чуть поморщился и открыл глаза, осматриваясь вокруг. Его окружала тихая и спокойная атмосфера и умиротворяющие оттенки стен и потолка. Пролежав почти трое суток под наркозом, он, тем не менее, вспомнил все перипетии неудавшегося вылета домой. В том числе и тот ужасный удар, после которого самолёт резко пошёл к земле, как и ту боль, что пронзила его тело при падении лайнера на землю. Чен попытался пошевелить ногами, и это ему удалось. Молодой человек прислушался к своему телу — боли не было, только периодически чесался позвоночник. На столике около кровати находилась импровизированная кнопка, возле которой лежала записка на корейском — «Если что-то нужно, нажми кнопку». Чен потянулся за кнопкой и нажал её. Примерно через пару минут в палату вошли две девушки — одна в каком-то новомодном форменном костюме салатового цвета, плотно облегающем её тело, другая — в камуфляже с погонами, красном берете и наброшенном поверх формы медицинском халате.
— Здравствуйте, товарищ Ким Чен Чжу, — на хорошем корейском обратилась к нему та, что в камуфляже. — Меня зовут Гульназ Джанибекова. Я — ваш переводчик и гид по городу, в который вас доставили. Все вопросы задавайте мне, а я буду переводить их вашему лечащему врачу, — кивнула она на медика. Для начала прошу ответить на вопрос — как вы себя чувствуете? Ничего не беспокоит?
— Позвоночник чешется, — скривился он.
— Это нормальное состояние при вашей травме. Придётся потерпеть.
— Что со мной?
— После падения на землю самолёта у вас диагностировали повреждение позвоночника и частичный разрыв селезёнки. Сейчас вы уже вне опасности.
— Но как… как же так… я же могу двигать ногами или мне это всё кажется?
— После проведённой операции ваша подвижность восстановлена. Вам ввели один из современных препаратов, после которого заживление идёт очень быстро. Поэтому и чешется спина. Как правило, это сопровождается хорошим аппетитом. Вы не хотели бы покушать?
— Знаете, да… — неуверенно ответил он, вовсю разглядывая девушку. Мужественное лицо, вкупе с чёрными как смоль волосами — её образ мгновенно приковал всё его внимание.
— Галочка, попроси, чтобы нашему гостю принесли обед, — Гульназ проинформировала медика. — Товарищ Ким Чен… — начала было она.
— Можно просто Чен, — улыбнулся он ей.
— Хорошо, — кивнула девушка. — Пока готовят обед, я постараюсь ответить на ваши вопросы.
— Мои родители знают, что со мной?
— Вашим родителям было сказано, что вы сейчас проходите лечение в одном из санаториев Советского Союза. Мы постараемся оперативно извещать их обо всех изменениях в вашем здоровье.
— Когда я смогу подняться с кровати?
— Думаю, что через сутки, однако придётся заново набирать физическую форму — слишком серьёзная была у вас травма. Так меня проинформировало руководство санатория. Если вам нужно посетить место общего пользования, я дам команду персоналу.
— Нет, пока не требуется, — смутился он. — Лучше… лучше расскажите об аварии.
Гульназ медленно, обдумывая каждое слово, рассказала о случившемся.
— Меня отец убьёт… — прокомментировал её слова сразу помрачневший Чен. — Я столько дров наломал…
— От стихийных действий природы не застрахован никто, — Джанибекова поспешила его успокоить. — Думаю, что ваш отец не станет даже повышать голос. Поверьте, информация о том, что вы снова можете вернуться к полноценной жизни, затмит всё остальное.
Принесли обед. Гульназ не стала стоять над душой, а отвернулась к окну, заложив руки назад.
— А вы в каком подразделении проходите службу? — поинтересовался молодой человек между ложками супа.
— Подразделение называется «Алые береты».
— Никогда о таком не слышал… А какой род войск?
— Комитет государственной безопасности.
— Ого! Но судя по вашему возрасту… вы не слишком ли юны для того, чтобы служить?
— Я прошла соответствующую подготовку, — Джанибекова пожала плечами, не поворачиваясь к парню. — Потом сдала экзамены и получила звание. Ничего сложного.
— Я так не думаю. Мне отец говорил, что в госбезопасность берут только опытных людей. Извините за бестактность, но сколько вам лет?
— Почти восемнадцать, — Джанибекова улыбнулась, повернувшись к нему.
— Серьёзно? — опешил он. — Не могу поверить… Впрочем, русские всегда были на голову выше всех своих друзей. И сколько у вас таких же, как вы, сотрудников?
— Много. Двое даже отмечены высшими правительственными наградами страны.
— Ничего себе! — он эмоционально мотнул головой. — Хотел бы я посмотреть, как вы служите.
— Мне разрешено показать вам город. Как только ваше здоровье не будет вызывать беспокойства, мы обязательно побываем в нём. Заодно посмотрите на наше подразделение.
* * *Хелена Шульц очнулась от наркоза, когда в её палату пришли двое — девушка-медик и красивый молодой человек — жгучий брюнет в камуфлированной форме.
— Здравствуйте. Как вы себя чувствуете? — поинтересовался он у Хелен.
— Боли нет, — улыбнулась она. — Скажите, а что случилось со мной? Я помню только жуткий скрежет, потом удар и всё… Наверное, потеряла сознание.
— Самолёт, в котором вы летели, столкнулся с северокорейским самолётом из-за грозы. К сожалению, есть жертвы, но вас спасли. Проведена операция, и вы снова обрели возможность двигаться.
— Подождите… значит, я… у меня… у меня был повреждён позвоночник? — ошарашенно уставилась она на Георгия.