Гори, но живи (СИ)
— Но она одна в поле не воин, — покачал головой Остапов. — Логически предполагаю, что остальным участникам этой группы нужно то же самое.
— Технически — да, но здесь замаячила другая проблема…
— Какая?
— Дальнейшее обучение в школе. Вундеркинды вызовут слухи и сплетни не только у детей, но и у персонала школы. Нужно поговорить с директором и завучем той школы, в которую перейдёт вся группа.
— Хорошо, я вас понял, но делаю это не сегодня.
— Да мы уже в курсе, что приезжает какая-то делегация.
— Тогда готовьте персональные программы и по моей отмашке начинаете работу с кибершлемом.
В тот же день. г. Рябиновск. Начало шестого вечера
Гостиница «Черноземье» бурлила от наплыва гостей. Андрей Андреевич Громыко успел побеседовать с группой хирургов ещё в самолёте, поэтому был в курсе цели их поездки. Встречали колонну две «Скорые» и «Икарус», у виадука на въезде в город — пара машин «алых беретов». Они сразу включили проблесковые маячки и решительно вышли на середину дороги, давая колонне манёвренность и скорость. После прибытия в Рябиновск их встретил сам генерал Остапов, определив место проживания для всех и обязанности хирургам.
— Товарищи! Сейчас быстро проходим подписку, и уже после этого вы убываете в санаторий. Там подготовлены две операционные и палаты интенсивной терапии. Уже на месте согласуете свои действия с товарищем Ермаковой. Андрей Андреевич! Для вас мы приготовили другой вариант, но о этом побеседуем чуть позже.
Арбузов и три хирурга сразу поехали в санаторий. Дивясь от явного контраста обычной одежды в этом городе и Москве, пока ехали, делились мнениями. Как только оказались на территории санатория и притормозили у административного здания, к ним вышла Татьяна Александровна.
— Здравствуйте, товарищи. Персонал готов к работе. Когда думаете начинать?
— Давайте завтра утром, — предложил Арбузов. — Я думаю, что после такой дороги может что-то пойти не так. А сегодня обговорим все аспекты самих операций.
— С вас подписку взяли?
— Конечно! Иначе бы вообще сюда не пустили.
— Отлично. Тогда прошу за мной — покажу вам диагностическое оборудование и операционные палаты.
Арбузов смотрел на диковинные приборы и, слушая рассказ Ермаковой, всё больше и больше впадал в в некое кататоническое состояние. Новая реальность начисто выбила из него невозмутимость, оставив лишь ореол школяра, которому дали посмотреть новинки техники. С таким оборудованием можно свернуть горы! Тут любой студент, мало-мальски знакомый с хирургической практикой, справится! А когда Татьяна Александровна достала из сейфа крупнозернистый порошок цвета морской волны и рассказала, что это такое…
— Боже мой… да у вас здесь самые передовые наработки по терапии и хирургии… — качал он головой в прострации. — На таком оборудовании и препаратах можно спасти даже безнадёжного больного… Теперь я понимаю удивление Белопольского, когда он просматривал привезённые вами снимки, сделанные с двухнедельным интервалом… Чтобы восстановить позвоночник за такой срок… — Павел Валентинович мотнул головой. — И я очень завидую вашим молодым хирургам… они скоро станут самыми квалифицированными среди нас.
— Здесь не только хирургия на высоте, но и терапия, — улыбнулась Ермакова. — Но вообще у нас есть техника почти по всем направлениям медицины. И сейчас молодые врачи вовсю осваивают её.
— Через пару лет нам можно свободно уходить на пенсию… — хмуро охарактеризовал положение один из прибывших с Арбузовым хирургов.
— Ну, зачем же так? — повела бровью Татьяна Александровна. — Потомки не стремятся монополизировать свои знания. Думаю, что за короткий срок начнут тиражировать это оборудование.
— Павел Валентинович! Тогда нам нужно сразу застолбить очередь! — эмоционально воскликнул второй хирург. — Это какая-то сказка!
— Это будущее советской медицины, — ответил ему коллега, всё ещё наблюдая за одним из приборов. — Какой там Израиль или Америка — советская медицина станет доминирующей во всём мире. Но Григорий Николаевич прав — нам нужно стать в очередь за такой техникой в первых рядах. И после операций остаться здесь для стажировки. Непредвиденный случай, но упускать его нельзя!
— Мы передадим свой опыт молодёжи, а взамен они покажут, как работать на этой технике, — кивнул Павел Валентинович. — Получится очень даже плодотворное сотрудничество.
Тем временем. ЦСБ
Сейчас в кабинете генерала Остапова находилось четверо «беретов». Помимо Колыванова и его супруги здесь присутствовали двое молодых бойцов.
— Итак, по мнению Нины Викторовны, вам предстоит плотно опекать наших гостей. Лейтенант Нархов прикреплён к немецкому товарищу — Хелен Шульц, а лейтенант Джанибекова работает с корейским товарищем.
— Ну, не знаю… — мотнул головой Георгий. — Насколько до меня довели информацию, Хелен Шульц — внучка самого Эриха Мильке… кто даст гарантию, что она не работает в режимном ведомстве у себя в ГДР?
— Ты у нас весельчак и балагур, — усмехнулась Нина. — Вот и запудри мозги девушке. Шутками и прибаутками отводи тему вбок от щекотливого направления.
— Если будет что-то серьёзное, доклад сразу сюда, — заметил Остапов. — Утечки режимной информации быть не должно. Это касается обоих.
— А мне как быть, товарищ генерал? — поинтересовалась Джанибекова. — Я ж ведь ничего не знаю о Северной Корее.
— Гульназ, сегодня вечером тебе зальют всю необходимую информацию вместе с корейским языком, — успокоила её Колыванова. — В остальном действуй по ситуации — где-то обаянием воздействуй, где-то знаниями. Важно показать дружелюбность. Ким Чен Чжу учился в Швейцарии, значит, доля европейского мышления у него присутствует. Постарайся сглаживать неудобные вопросы. Да и не думаю, что у него не хватит разума понять режимность какой-то информации — всё-таки он сам из такой семьи, где секретность всегда на первом месте.
— А если он пожелает посмотреть город?
— Дадим тебе машину, и покатаешь его по городу, — усмехнулся генерал. — Только в ЦСБ его не приглашай.
— А строящиеся предприятия?
— Скажи, что там режимные объекты. Думаю, он поймёт. И ещё вот что… — Александр Петрович потянулся к сейфу и достал оттуда две увесистые пачки денег. — Здесь по тысяче рублей каждому. Ежевечерне пишете финансовый отчёт — на что потрачены и почему это произошло… Нам важно понять и пристрастия ваших опекаемых.
— А если мой подопечный захочет на природу? Хотя бы в окрестностях города?
— Завтра с утра я тебе передам не только столик для пикника, но и спиннинг с приманками… и научу его бросать, — усмехнулся Колыванов. — Там ничего сложного нет.
— О! А у меня тоже есть! — обрадовался Георгий.
— От санатория до реки расстояние всего ничего. Поэтому можно сводить обоих на рыбалку. Пусть начнут своё знакомство с городом именно с этого мероприятия, — заметил Остапов. — Когда встанут на ноги, конечно.
В тоже время квартира Старкова
Виктор дождался прохождения радиоволн двадцатиметрового диапазона на Штаты и полез на «круглый стол» экспедиционеров. Пока проводилась перекличка, он молчал, карауля Джона Смоука. Но как только тот вышел в эфир и назвал свой позывной, Старков «брэкнул» и влез в разговор.
— Джон, привет. Это Виктор — UA3KDI. Мне нужно с тобой поговорить.
— Хорошо, давай отойдём на 10 килогерц выше.
— Нет-нет-нет! — запротестовал ведущий «круглого стола». — Насколько я проинформирован, UA3KDI является сам экспидиционером и не только — он ещё работает в фирме производящей великолепную технику. Давайте послушаем его — наверняка у него есть какая-то хорошая новость. Вам микрофон, Вик.
— Приветствую всех. Собственно, у меня новость для «ZZ-international DX-group». Дело в том, что руководство нашего предприятия по достоинству оценило длительный видеоролик об экспедиции по странам Африки. И решило отблагодарить эту группу. «Прометей» продаст новое оборудование по символической цене в один доллар каждому. Более того, эти трансиверы могут подключаться к компьютеру, и у радиолюбителей появится возможность вести электронный аппаратный журнал. Помимо этого, Джону и его команде сделают сайт, где могут храниться все достижения этой группы экспедиционеров.