Власть книжного червя. Том 1 (ЛП)

После того, как мы сдадим наш пост ночной смене, мы с Отто пойдем в сторону восточных ворот. Восточные ворота соединяются с главной дорогой, поэтому на нее приходится наибольшее пешеходное движение, а сама дорога, соединяющая их, полна постоялыми дворами и всевозможными закусочными. Переулки и еще раз переулки, отходящие от главной дороги, также заполнены магазинами, ими, как правило, пользуются сами люди, живущие тут.
Так как на дворе стоит лето, то каждый магазин широко распахнул свои двери, отовсюду я слышу шумные голоса людей, наслаждающиеся своими напитками. Мы пробрались к бару, который был самым любимым среди солдат. По дороге мы пытались избежать столкновения с кем-либо еще.
Бар был насыщен запахом еды и напитков. Когда мы вошли, то увидели, что два стола средней длины в середине комнаты были полны группой из десяти или около того людей, что-то оживленно обсуждающих друг с другом. Горсть мелких, круглых столов, расставленных вокруг края комнаты, предназначались для нескольких человек, но они почти все были заполнены.
— А тут так оживленно, — подметил Отто.
— Давай присядем, вон там, — сказал я.
Я направился к задней части бара, сократив мой путь через шумную вечеринку в середине. По дороге я подозвал менеджера, стоящего за стойкой.
— Эй, Эббо! Два береаса сюда. И немного вареной колбасы, если можно.
— Уже в пути!
Я заказал два береаса от Эббо, местного менеджера. Для того, кто был привратником так долго, в основном все в этом маленьком городе знакомые, за исключением тех дворян и богатых людей, которые все время держат свои шторы закрытыми на своих экипажах.
Я бросил большую медную монету на прилавок, оплачивая напитки и колбасу, а Эббо поставил две большие деревянные кружки, наполненные до краев береасом. Я схватил кружки, стараясь ничего не пролить, огляделся на наличие пустого места и стал двигаться к круглому столу возле задней части бара.
На столе осталась вся посуда от предыдущих клиентов, но, когда мы вдвоем пошли к нему, зоркая служанка быстро подбежала и убрала все. На нем оставался кусок хлеба, обычно на нем подают мясо, а не на тарелке, оставленный кусочек уже пропитался соком. Служанка, используя его, грубо протерла стол, а затем бросила кусок на пол. Собака подбежала, весело виляя хвостиком, и жадно слямзила его. Отто и я поставили наши кружки на недавно очищенный стол и присели, наши стулья прогремели об деревянный пол.
— Благодарим Вантолье, — сказали мы оба, поднимая наши кружки в благодарность Богу алкоголя, и выпили.
Я опустошил свою кружку за один раз, громко глотая. На мой взгляд, это самый лучший способ насладиться пенистой кружкой берея. Чувство напитка, льющегося по моему горлу после того, как оно стало настолько пересохшим от работы, непередаваемые ощущения. Ощущение крошечных пузырьков и особого горького вкуса ударило по моему рту мгновение спустя.
Я удовлетворенно вздохнул. — Вот это вещь!…Итак, что же случилось?
Я поставил свою пустую кружку на стол с шумом. Отто, у которого все еще была пена вокруг рта, взял тарелку вареной колбасы у служанки и заказал нам еще один раунд. Когда я потянулся за куском твердого хлеба, на котором они подавали колбасу, Отто начал рассказывать свою проблему абсолютно влюбленными словами, по-щегольски пожимая плечами.
— Ну, Коринна сказала, чтобы я никому не говорил, даже если это рассказывать вам, сэр, я просто не могу рассказать!
— У вас что, ребенок что ли или что?
— К, как, как вы это узнали?!
— Нуу, основываясь на том, как ты себя ведешь, и на том, что твоя жена не хочет, чтобы вы кому-то это говорили… так что еще это может быть?
Отто сдался, почесав щеку. Если быть немного более честным, то я понял это после того, как вспомнил через что я прошел, и кто-то тогда мне тоже указал на это таким же образом, но нет необходимости рассказывать ему об этом.
Серьезно, Отто собирается стать отцом, хах? С этим весельчаком все ли будет в порядке?
Эти слова мелькали в моей голове, но и об этом все люди спрашивали тогда обо мне.
 
Да уж, если он так счастлив из-за ребенка сейчас, то он, скорее всего, будет хорошим, заботливым отцом. Основываясь на моем собственном прошлом, могу спорить с кем угодно, у него не будет никаких проблем.
— Вот ваша добавка! Спасибо вам за ожидание.
Девушка поставила свежие кружки берея с шумом, содержимое немного хлюпнуло и разбрызгало пену по бокам. Ни она, ни клиенты не обратили на это внимания. Я вручил ей среднюю медную монету. Мы с Отто выпили наши напитки, отвлекаясь на шум вокруг нас. В отличие от моей первой кружки, я не прихлопнул ее за один раз, вместо этого я решил позволить сложному аромату раствориться по моему языку, пробуя на вкус горечь пшеницы, смешанную со сладостью солода, прежде чем проглотить все.
Если так подумать, то разве жена Отто не была швеей, которой восхищаются Ева и Тори? Тори как-то говорила, что после того, как ее контракт даруа закончится в ее нынешней мастерской, она постарается переехать в мастерскую жены Отто. Кроме того, ее старший брат — владелец той компании, которая заботится о Мэйн. Я сам знаю только Отто, но похоже, что наши семьи каким-то образом смогли сблизиться.
— Отто, позаботься о своей жене и ребенке. Ведь ваш ребенок станет наследником крупного магазина, да? Мэйн что-то говорила об этом.
— …Об этом, сэр.
Его поведение внезапно изменилось. Его лицо застыло, и он стал смотреть словно в космос, пытаясь подобрать нужные слова. Когда я увидел, как его плечи напряглись, прямо как Мэйн обычно делает, когда она пытается сказать нам что-то серьезное. У меня голова вдруг остыла, гул алкоголя пропал. Несмотря на то, что я только что сделал глоток, мое горло внезапно стало сухим. Я долго, медленно пил свою берей.
— …Ну хорошо, что случилось?
— Ахх… ну, это не столь срочно, но… через несколько лет, я, скорее всего, перестану быть солдатом.
Изначальная причина, по которой Отто стал солдатом заключалась в том, что он смог бы жениться на наследнице крупного магазина. Он был простым торговцем, влюбившимся в наследницу крупного магазина. Странствующие торговцы полностью отличаются от городских купцов. Такой торговец не может в один миг стать владельцем крупного магазина. В тот момент люди вокруг нее говорили, что он ухаживал за ней только для того, чтобы получить социальный статус крупного купца, поэтому она сразу же отнеслась к нему с большим подозрением. Однако, вскоре Отто приобрел гражданство и стал солдатом, а не продолжил свою деятельность, все это показало ей, насколько серьезны были его чувства.
Это было большим шоком для меня, когда я услышал это. Все это происходило, когда я еще служил у западных ворот, так что, должно быть, прошло четыре года? Однажды один торговец, который всегда говорил, что продает свои товары, чтобы однажды вернуться домой к родителям и открыть магазин в родном городе, как обычно, вышел через ворота. Несколько дней спустя тот же торговец снова появился у ворот, рассказав, что своей любимой женщины, он продал все, что имел, чтобы купить гражданство, и теперь он ищет работу вне сферы торговли. Некоторые служащие привратники просили его повторить несколько раз его рассказ, не веря своим собственным ушам.
Я знал Отто с детства, еще с тех пор, как его отец брал его с собой в путешествия в качестве торговца. Было легко понять, что, если такой человек, как он, который говорил всем, что когда-нибудь вернется к родителям, и тут вдруг продал все, чтобы купить гражданство, то он смертельно влюбился с первого взгляда.
Благодаря своей жизни торговца, Отто знал, как считать, мог читать наши официальные документы и умело работал своими руками. В конце концов, я рекомендовал его начальству охраны, при условии, что основная его работа будет бумажной. У нас много солдат, которые, как бы усердно они ни относились к тренировкам, постоянно забывают делать свои документации. Отто, присоединившись к воинской службе, значительно облегчил нам работу с торговцами и дворянами, проходящими через ворота с рекомендательными письмами.