Власть книжного червя. Том 1 (ЛП)

— Кроме того, единственные рецепты, о которых я им рассказала — это феригин и чайный лист. Большинство других из исследований самоц Мисс Ильзы, поэтому я не сама все придумал это.
Она посмотрела в сторону, надувшись, а затем она потянулась за кусочком кекса.
— Вам стоит попробовать, Мистер Бенно. Этот очень хороший!
Она взяла кусочек кекса в рот и стала смаковать вкус. Лютц тоже потянулся за своим кусочком. Основываясь на изумленных голосах, которые я услышал, было довольно очевидно, что кекса действительно хорошо. Я взял и себе немного.
Что же это такое?!
Я сразу могу сказать, что с того момента, как я взял его, он был мягким и воздушным, а когда же я положил его в рот, то он раскрошился и почти что растаял. На первый взгляд он был похож на хлеб, но ни один хлеб, который я когда-либо видел, не был таким нежным. Хлеб — вы обычно опускаете в суп.
Я также был потрясен тем, что я никогда не пробовал похожую сладость раньше. Он был очень сладким, но в отличие от рецептов, где блюдо пропитывают медом, это не концентрированная, приторная сладость, и это не что-то вроде сладости плода, а это какая-то нежная сладость, которая распространяется по всему моему рту. Эта сладость, смешанная с пикантным вкусом масла, простимулировала мой аппетит и оставила меня желать еще.
— Ну ведь вкусно, правда?
Мэйн посмотрела на меня, глаза ее блестели, наверное, она искала какой-то похвалы. Такая честная похвала меня раздражает, так что я проигнорировал ее, потянувшись за кусочком кекса с феригином. Он был легкий и нежный, как первый кусочек, но аромат феригина наполнил мой рот. Вкус свежести. Просто добавив немного аромата к обычному кексу, мое впечатление резко изменилось. Я поднял взгляд, глядя на другие столы.
— Мисс Ильза действительно великолепна, да?
Я отмахнулся от Мэйн, пока она рассказывала о каком-то великом чужом поваре, и перешел к следующему столу. Я взял кусочек кекса с медом и положил его себе в рот. В отличие от других кусочков, которые я съел до этого, этот кусок был немного тяжелее, а сладость была гораздо более концентрированная. Это более знакомый вкус, и похоже, что это самый сладкий кекс из всех, которые я ел. Этот, скорее всего, будет наиболее популярным среди детей, которые превозносят сладость превыше всего.
— Он сладкий, но не слишком, правда?
Следующий — с грецкими орехами. У него бы самый знакомый вкус из всего букета, так как он напомнил мне хлеб с грецкими орехами. Однако текстура его совершенно не похожа на хлеб, который я обычно ем. Сам кекс оказался намного легче, создавая впечатление, что твердые орехи плавают в нем. Нежный кекс быстро растаял во рту, оставив только орехи. Я подумал, что такое ощущение во рту, скорее всего, был бы хорош, если бы я привык к нему, но сейчас мне это не очень сильно понравилось.
— Эй, Мистер Бенно. Пожалуйста, ответьте мне?
— Заткнись. Ты слишком громко говоришь.
Я успокоил Мэйн, которая беспокойно кружилась и щебетала постоянно вокруг меня, как самый шумная птенец, и мы перешли к финальному столу. Тот факт, что мне сказала, что в нем есть чайные листья, заставили меня сомневаться, стоит ли есть его, но, когда я неуверенно укусил, то вкус его действительно сильно поразил меня. В отличие от грецких орехов, листья были тщательно измельчены, поэтому я их вообще не заметил. Вкус был определенно как чай, но и как сладкий десерт, который являлся чем-то совершенно новым для меня. Не так сильно сладко, но все равно вкусно. Такой вкус, я думаю, будет самым популярным среди мужчин. По крайней мере, теперь это мое любимое.
— За кокой вы собираетесь голосовать, Мистер Бенно?
Каждый из этих кексов является невероятно фантастическим деликатесом. Они, без сомнения, распространятся, как лесной пожар, среди знати. Такой вкус каждый будет жаждать. Не будет пустым преувеличением, если я скажу, что существует огромная разница между кексом и десертами, которые уже давно на рынке.
— Эй, Мэйн.
— В чем дело, мистер Бенно?
— Зачем ты дала этот рецепт главе гильдии?
 
Для того, кто пытается проникнуть в благородное общество, такой рецепт будет огромным оружием в арсенале. Мне бы хотелось так думать. Когда я посмотрел на Мэйн, то она просто поморгала, наклонив голову набок.
— Я отдала его Мисс Ильзе, хотя…
— Этот старый ублюдок собирается продавать его. Одно и то же, в любом случае.
Этот кекс только укрепит влияние этого дерьмового старика среди дворян. Мэйн нахмурилась, обеспокоенно смотря на меня, возможно, она поняла мое разочарование.
— Мистер Бенно, у вас всегда были очень плохие отношения с главой гильдии, не так ли? Почему так произошло?
Мне вдруг пришло в голову, что я, скорее всего, не рассказывал ей эту историю, но, когда я задумался над этим, фрагменты неприятных воспоминаний стали мелькать в моей голове.
— Когда я рос, он всегда околачивался в магазине моей семьи, а когда мой отец умер, этот ублюдок попытался заставить мою маму стать его второй женой, чтобы он смог поглотить и наш магазин.
Однажды, когда мой отец отправился в магазин моего дяди, чтобы поговорить о бизнесе, на него напал вор, который хотел только денег, и в процессе убил моего отца. Так как это все было рядом с городом, то мы смогли вернуть его труп, но он был разрезан так сильно, что моя мать заперлась у себя на некоторое время после того, как увидела его. А потом этот старый ублюдок радостно ворвался к ней прямо посреди ее горя.
— А? И тогда глава гильдии захотел, чтобы она стала его второй женой?
— Да. Она отказалась, конечно же, а потом он начал делать одну маленькую подлость за другой, преследуя нас. Это все еще продолжается! Помнишь, как трудно было зарегистрировать тебя в гильдии? Как он пытался найти оправдание, чтобы отклонить ваше заявление?
— Аааххх…
Мэйн и Лютц скорчили гримасу, вспомнив те времена, окончательно запутавшись в этой неразберихе. Этот старый маразматик не только причиняет мне боль, но и преследует всех, кто вокруг меня.
— Теперь же подумай, если бы тебе пришлось постоянно иметь дело с человеком, который подошел бы к тебе в тот момент, когда твой любимый человек умирает, и с огромной улыбкой на лице познакомил бы тебя со своей дочерью или, что еще хуже, постоянно пытался бы женить своих сыновей, которые намного старше меня, на ваших маленьких сестрах, которые еще не достигли совершеннолетия, как ты думаешь, ты смогла бы поддерживать хорошие, дружеские отношения?
Если бы я говорил и о бизнесе, то у меня есть всевозможные истории о необоснованных требованиях, которыми он завалил меня, но Мэйн не получит большой пользы от таких боевых историй. Этого достаточно, чтобы знать, что она сможет понять, насколько ужасен этот старый ублюдок.
— …Эмм, я думаю, опираясь на вашу точку зрения, что это означает, что компания Гилберта действительно так высоко ценится, да? Я не говорю, что глава гильдии не доставляет вам проблем со своей настойчивостью.
Она избежала прямого ответа, но, похоже, что она примерно понимает, насколько хлопотен глава гильдии.
— Итак, — продолжил я, — почему ты дала этому “хлопотному” главе гильдии свой рецепт?
— Я говорю, если вы действительно хотите знать… все, что я действительно хотела сделать, так это сделать сладости с Фрейдой, как я и обещала ей.
— Но потом ты заключила контракт, не так ли?
— Это всего лишь однолетнее эксклюзивное соглашение, понимаете? Из-за этого вы действительно злитесь на меня?
Наложение временного ограничения на этот контракт было удивительно хорошо продуманным шагом Мэйн, но я не уверен, что она сможет обеспечить этот пункт. Интересно, сможет ли Фрейда уговорить ее продлить срок монополии на неопределенный срок?
— …Так ты действительно собираешься открыть рецепт для общественности через год?
— Да, сэр. Я не хочу монополизировать сладости. Я хочу, чтобы их делали все люди!
Даже если она и говорит, что продала им монопольные права на рецепт лишь на один год, если же никто не сможет получить в свои руки сахар, то магазин главы гильдии, скорее всего, все еще будет иметь монополию на него. У меня появилось плохое предчувствие, хотя я и не хочу, чтобы меня оставили позади больше, чем меня уже оставили, ведь существует так много способов, которыми они смогут продвинуться еще дальше.