Власть книжного червя. Том 1 (ЛП)

После того, как я объяснила все это ему, Лютц некоторое время посмотрел на землю, но вскоре твердо поднял голову.
— …Я попробую так сделать.
Поскольку именно я буду делать цветочную часть, нитки для этого должны быть в моем доме, поэтому Лютц донес их до нашей двери. Естественно, что вся моя семья была таком шоке от того, что мы пришли домой с таким огромным количеством ниток, что они перестали работать над зимними приготовлениями.
— Лютц, для чего все эти нитки?
Знаешь ли, почему ты спрашиваешь об этом Лютца, а не свою собственную дочь?
Ворча об разницы доверия к нам, я все равно стала объяснять.
— Эти нитки для изготовления шпилек. Так как Бенно собирается купить готовый продукт у нас, он купил нитки для нас заранее. Это сырье для моей зимней работы, так что не используйте их самостоятельно!
— Я поняла, — сказала моя мама. — Еще раз спасибо, Лютц. Вот, съешь это, это так вкусно!
Она протянула Лютцу бутылочку, наполненную вареньем, которое она только что закончила делать. Лютц с радостью взял ее, блестяще улыбаясь, а затем ушел подпрыгивая домой.
— Я отнесу это в кладовку, — сказал отец, — так что Мэйн, иди ложись спать.
Он поднял корзину, полную ниток, чтобы отнести ее в кладовку, прогоняя меня в спальню.
— Охх, хотя бы, дай мне сначала вымыться! Я не мылась вчера, и сегодня тоже, поэтому я чувствую себя так отвратительно.
— Как раз вовремя, — сказала Тори, — вода только начала греться. Я тоже хотела вымыться, так что я принесу воду тебе.
— Спасибо, Тори.
В прошлом году я регулярно мылась вместе с Тори. В последнее время она стала беспокоиться, если проходит больше трех дней без мытья. Она установила банные принадлежности в спальне в том месте, которое было ближе всего было к очагу и, следовательно, самое теплое. Когда она стала умываться, она стала говорить с серьезным тоном.
— Мэйн, в прошлом году ты вообще ничего не умела делать, так что я была очень удивлена, когда ты нашла работу в одиночку.
— В этом году вы тоже собираетесь делать корзины? — спросила я, макая полотенце в ковше, а затем отжимая его.
Тори убрала свои плиссированные волосы, вытирая область вокруг своей головы, объясняя мне свои планы.
— Да. Мамина работа стоит гораздо больше, чем я могу сделать на своей. Я нарублю дрова, которые нам понадобятся для корзин, и очищу всю кору.
— О, действительно? То есть тебе самой не обязательно делать свою работу?
Разве ее мастер не поручил ей что-нибудь сделать? Я с любопытством наклонила голову в сторону, так как я слышала от Бенно, что они работают по квоте. Тори тихо хихикнула.
— Это просто карманные деньги. Есть и другие люди, которые сделают ее в достаточном количестве, а некоторые люди заняты шитьем одежды для своих семей, так что это не обязательно, понимаешь?
— Ааах, получается, что у каждого свое занятие.
Я подумала, что могу попросить Тори помочь мне после того, как она выполнит свою квоту, но если ей действительно не нужно ее выполнять, тогда мне интересно, не будет ли проблем с тем, чтобы она стала помогать мне с самого начала?
Я мельком посмотрела на нее, широко улыбаясь.
— В этом году я делаю шпильки, похожие на ту, которую я сделала для тебя. Мы можем заработать две средние медные монеты за шпильку.
— А?! Правда?! Это же много денег, да? И я тоже могу помочь?
— Да, давай работать вместе!
Когда я это сказала, Тори стала по-настоящему счастливой и взволнованной. Ее глаза заблестели при мысли, что, если она сделает много шпилек, она сможет получить немного денег.
— Эй, эй, Мэйн. Могу я как-нибудь помочь подготовиться?
— Мистер Бенно уже достал нам всю нить, а Лютц сделает основу шпилек, так что нам не нужно будет готовиться. Если у нас будут тонкие иглы, то все будет хорошо.
— Будет супер хорошо, если нам не придется сначала делать какие-то заготовки, — сказала она, радостно смеясь.
Ее улыбка внезапно замерла. Она моргнула один раз, затем указала на что-то позади меня. Когда я повернула голову, чтобы посмотреть, в чем дело, я увидела, что моя мать стоит позади меня, нахмурившись, похлопывая одной рукой по щеке, думая о чем-то с глубоко серьезным взглядом.
 
— Эй, Мэйн. Как только я закончу с твоим новым платьем, я же тоже смогу помочь, верно?
Лютц, что нам теперь делать?
Моя мама начинает нервничать.
Нам скорее всего понадобится больше основ для шпилек.
  
Том 1 Глава 43 Учебный план Лютца
 
Пока я бездельничала в постели, вернулась моя лихорадка, как и предсказывал Лютц. Эта лихорадка, вызванная истощением, была легкой, так что все что было, это то, что мое тело чувствовало себя тяжелым. Поскольку это не всепоглощающая лихорадка пожирателя, я в состоянии была вылечить ее большим количеством постельного режима.
По крайней мере, об этом, я думала последние три дня. Хотя меня все больше раздражает моя непрерывная лихорадка, меня стали ругать, когда я попыталась покинуть свою кровать самостоятельно, поэтому, хотя я и вялая от вечного сна, я ничего не могу поделать, кроме как оставаться в постели.
…Аааааххх, как же скучно.
Сегодня день забоя свиней. В отличие от прошлого года, мне удалось убедить мою семью в том, что они позволят мне остаться здесь и проследить за домом самостоятельно, поэтому они ушли на забой рано утром. Они сделали бутерброды на мой обед и наполнили все чашки водой и оставили их в спальне для меня, чтобы я не сильно проголодалась и не страдала от жажды.
В этой мертвой, тихой спальне я технически могла бы передвигаться, если бы только захотела, но я знаю, что это усилило бы мою лихорадку, поэтому у меня нет выбора, кроме как спокойно оставаться в постели. Тем не менее, не с кем даже поговорить, нет никакой помощи: мне так, так скучно.
Если бы только у меня была книга…
У меня есть огромное количество неудачных прототипов бумаги, но я до сих пор не использовала их. С ними ничего делали с тех пор, как я принесла их домой, просто оставили в коробке у подножия моей кровати, аккуратно сложенные в одной стороны, собирающие пыль. С тех пор, как мы успешно закончили наши образцы, я одновременно была очень занят и действительно загорелась желанием сделать свою первую книгу.
Однако, прежде всего это были неудачные образцы, поэтому у них было и соответствующее качество, и размеры. Хотя у меня и была бумага, которая почти удалась, у меня также были куски, которые оказались полным провалом, они плохо оторвались или рассыпались на куски. Была бумага, настолько тонкая, что была почти прозрачная, до такой степени, что я почти боюсь ее касаться, и бумага, которую мы на столько сделали толстую, что она выглядела достаточно хрупкой, казалось, что она может треснуть.
Почти идеальные кусочки были скрючены еще тогда, когда мы пытались положить их на сушку, вероятнее всего, их было бы проще всего использовать. Если бы я была более опытной с моим ножом, я могла бы использовать листы, которые успешно высохли, но мы не могли снять их не разорвав, а вырезание только тех частей страницы, которые действительно можно было бы использовать, оказалось на удивление сложной задачей. Я действительно хотела бы крошечный такой, тоненький ножичек с очень острым режущим лезвием, на подобии трафаретного ножа. С ним было бы намного проще вырезать.
Я думаю, что, если бы я хотела сделать бы книгу с такой бумагой, то потребовалось бы значительное количество времени. Кажется, что этой зимой у меня будет чрезвычайно много свободного времени.
Ах! Даже если у меня и нет книги, зато у меня есть доска, которую мистер Бенно дал мне.
Я помню, что перед тем, как у меня поднялась температура, Бенно сказал мне, что я должна изучить ее, когда вернусь домой. Думаю, что я буду в порядке, если изучу ее, лежа в постели.
Я неустойчиво поднялась, открыла коробку, в которой хранила свою одежду, и вытащила доску размером примерно А4 из своей сумки. Плюхнувшись обратно на кровать, я принялась читать.