Последний Паладин. Том 8 (СИ)

— Тц, — закусил губу Горемыка, не найдя ни одного аргумента в ответ, как бы ни хотелось вояке возразить, он понимал, что пацан прав, — и что ты предлагаешь? Никто из моих подчиненных близко подойти к твари не сможет, а на убой я их посылать не стану! Слишком много неизвестных переменных. Природную тварь такой силы я раньше никогда вживую не видел, да и ведет она себя слишком странно. Несмотря на явно природную стихию, имеет иммунитет к огню и металлу! Но так или иначе, ждать нельзя! Если пустим тварину дальше, сдержать всех ее детишек мы уже не сможем. Тварь надо уничтожить здесь! Любой ценой!
— Верно мыслите, подполковник, пускать ее дальше никак нельзя, — с улыбкой кивнул Максим, — только с исполнителем ошиблись.
— На себя намекаешь⁈ — хмыкнул Горемыка, — ты силен, спору нет, но не хуже меня знаешь, что ничерта молния природной твари такого уровня не сделает!
— Я бы с удовольствием с вами поспорил еще, но увы, время поджимает. Просто подождите тут и постарайтесь хорошо выглядеть в кадре журналистов, — с легкой издевкой улыбнулся парень и под залпы артиллерийских пушек, сиганул спиной вниз с командирской вышки.
Новая партия снарядов разбилась яркими, разноцветными вспышками об тварь, которая вновь успела закрыться шляпкой.
Урона гриб переросток не получил, но каждый такой залп заставлял тварь останавливаться и выигрывал обороняющимся время, чтобы придумать план.
Едва атаки прекратились, гриб тут же приподнял шляпку, и сокрытые под ней трубки озарились зеленым светом, готовясь выпустить новую партию спор, однако за мгновение до того, как тварь это сделала, в нее внезапно прилетел разряд молнии.
Не ожидавшая внезапной атаки тварь не успела защититься, но мощнейший разряд стихийного электричества пробежал по телу монстра и ушел в землю, не причинив особого урона.
Так подумал гриб переросток и выпустил-таки подготовленные споры, однако из трубочек, вместо полных жизни спор, вылетели сожженные электричеством черные угольки без признаков жизни.
Тварь осознала, что стихийная молния наглеца била не по ней, а по репродуктивной системе, и взревев от ярости, гриб переросток ускорил шаг, однако его внимание тут же привлекла странная голубая вспышка у корневой системы.
Безошибочно опознав под собой убийцу своих детей, тварь резко надулась, и ядовитый зеленый газ заволок все пространство вокруг.
— Так ты у нас и стихией смерти владеешь, значит, — хмыкнул парнишка в белом костюме, оказавшись прямо перед зубастой пастью твари.
Яркие голубые глаза молодого одаренного искрились тысячью крошечных молний, а источаемая им аура громко трещала частицами электричества, играючи выжигая весь газ вокруг него.
Гриб-переросток, увидев, что убийца его детей жив и невредим, немедленно устремил в него все свои свободные нити из корневища, но все их на подлете разрубило голубой вспышкой, а мгновением спустя, с абсолютно чистого, безоблачного неба ударила молния, затмившая своим слепящим сиянием весь горизонт.
Все находящиеся в радиусе километра люди зажмурили глаза, а по рации разлетелся приказ голосом подполковника Никиты Никитича Горемыки: «ЗАКРЫТЬ УШИ!!! ПОЛНЫЕ ЩИТЫ!!!»
— И правда опытный, — весело улыбнулся Макс, стоя на шляпке выжженного до основания дохлого гриба переростка, а мгновением спустя все приграничное пространство накрыл душераздирающий громовой грохот, безжалостно забирающий на тот свет все остатки уцелевших в округе спор.
* * * 
Я, посвистывая, шел по лесу и покручивал в руке монету Аргуса.
Свежий белый снежок приятно хрустел под ногами, а рассветное солнце с трудом пробивалось сквозь высокие кроны ветвистых деревьев. А судя по доносящимся легким ветром звукам, прекрасно показавший себя в недавнем сражении Клювик уже вернулся на свой пост местного карательного божества, продолжая оберегать Долину Трех Холмов.
Словом, пернатый был весь в работе, в отличие от Кота, который за один вечер едва не угробил Кайман, померился силами с пауком и сейчас, обожравшись вкуснях, которыми его накормили, чтобы успокоить, беззаботно дрых на кухне квартала пузякой кверху.
 
Энергия потребляется в промышленных масштабах, а выхлопа нет. Столько боевого потенциала лениво пролеживает.
Непорядок.
С этой мыслью я перенаправил на Кота сигнал недавно заработавшего тревожного маячка.
Услышав странный звук, пушистый навострил уши и задергал хвостом. Повернувшись набок, заинтересованный Кот принюхался, и от души потянувшись, выпустил коготки на кухонную плитку, скрежетнул по ней с протяжным «Мр-р-р-ря-я-яу» и устремил сонный взор в сторону передаваемых маячком координат.
Координат, которые указывали на место, где Князь Света нарушил режим молчания и таки применил свою силу.
Применил немного, маленькой вспышкой, которая быстро затихла, но проверить источник сигнала все равно стоило.
А Коту как раз было скучно, да и обижался на меня блохастый, что все последние заварушки проходили без него.
А о душевном состоянии фамильяров надо заботиться. Они существа с тонкой душевной организацией, ранимые и обидчивые.
Поэтому пусть развлекается.
Организовав своему заскучавшему Коту утренний досуг, я скосил взгляд на черный металлический перстень Рода Темных с изображением хищного ворона.
— Пора бы и юным воронятам учиться летать, — задумчиво потерев подбородок, произнес я и набрал номер Альберта.
— Доброе утро, что-то случилось? — раздалось знакомое сонное сопение.
— Доброе, иду в гости, готовь Кедра, — ввел я в курс дела коменданта, которому потребовалось несколько секунд, чтобы включиться.
— Ладно, не вопрос. А к чему готовить? Бить его будешь? — необычно веселым голосом поинтересовался Альберт.
Я многозначительно промолчал, и сонный смешок на той стороне тут же прекратился.
— Погоди, Маркус, ты что… серьезно? — насторожился мой цельнометаллический комендант.
Вот как. Переживает Берти за своего подопечного.
Это хорошо.
— Да какие тут шутки, пусть ждет меня в подвале, — сухо произнес я замогильным голосом, которому сам Мрак бы позавидовал.
Да, я немного сжульничал и приправил голос частичками стихии Тьмы, но результат того стоил.
На той стороне трубки что-то разбилось, а дыхание Альберта сбилось.
Ну вот, зато теперь точно проснулся.
— Но ведь… Маркус… ты же сам говорил никого в подвал не пускать… — с легкой паникой в голосе отозвался Альберт.
— Вот найди Кедра, засунь его в подвал и больше никого не пускай, в том числе себя, — тем же замогильным голосом произнес я и, добавив на прощанье, «скоро буду», положил трубку.
Да, получилось немного жестковато, но так было надо.
Я же сладко потянулся и, посвистывая, продолжил путь по живописному белому лесу в сторону подвала Завода Долины Трех Холмов.
* * * 
— Это еще что за хрень? — недоуменно спросил я.
— Фиг знает, когда я пришел, так и было, — пожал плечами Кедр, и мы оба уставились на то, как в переполненном стихийной энергией подвале, маленький сучок на ножках поклоняется пространственному древу.
— Он ему что… молится? — сощурился Кедр, и в этот момент странные движения сучка прекратились, и он замер в полупоклоне.
Его мелкая моська медленно повернулась на нас, после чего, встретившись с нами глазами, тот вскрикнул и со скоростью ракеты сиганул к пространственному древу.
Да, прямиком в его всерасщепляющую ауру.
Эх, а я так надеялся, что из мелкого вырастет что-то полезное, — мысленно похоронил я глупый суицидный сучок, но аура Тьмы вокруг пространственного древа внезапно обогнула мелкого и впустила внутрь себя, где тот и скрылся.
— Интересно, — впечатленно покачал я головой, понимая, что пространственное древо признало своего мелкого последователя и реально его оберегает.
Оберегает… порождение, в котором заложена лишь функция перемещать входящие объекты, проявило признаки собственных желаний.