Убежище. Книга пятая

– Алё? Это вы квартиру продаёте на Фрунзенской и дёшево?
– Да, я, – признался хрипловатый мужской голос. – А вы что, тоже купить хотите?
Слово «тоже» ранило Антонину прямо в сердцевину её делового чутья.
– Чего значит «тоже»? Я хочу купить! По чём продаёте?
Мужской голос уверенно назвал цену, и Антонина Ивановна чуть было не подпрыгнула от радости. «Вот она! Моя удача! Единственный шанс! А остальные дурни мне говорили, что так не бывает!»
Правда, её ликование моментально превратилось в крайнюю тревогу.
– Даже и не знаю, зачем я вам об этом говорю! – с недоумением проговорил голос.
– А чего? – встревожилась Антонина. – Вы ж продаёте?
– Я-то продаю, но у меня уже столько желающих купить…
– Да знаем мы, какие там бывают желающие! А я куплю! – заволновалась Антонина. – Только сначала посмотреть надо!
– Это само собой! – согласился голос.
– Сегодня и приеду! – решила Антонина.
– А смысл? Меня сегодня дома нет.
– Ну, так пусть кто-то покажет! – Антонина Ивановна всегда гордилась своей бульдозерной напористостью, которую принимала за особое деловое качество…
– Никого дома нет, кто вам что покажет!
– А когда будет? Ну, в смысле, когда вы приедете?
– Приеду завтра.
– Во, отличненько! Я тогда завтра прямо с утра к вам! – обрадовалась Антонина. – Мне будет очень удобно.
– Вам-то, может, и будет, а мне – нет, – парировал голос. – Приедете к часу дня.
– Неее, к часу мне поздно: меня на свадьбу пригласили! – сообщила Антонина.
– А вы невеста?
– Я? Нет, конечно!
– Ну, тогда, если хотите увидеть квартиру, то приедете к часу дня! – послышалось из смартфонного динамика.
Антонина ещё некоторое время пыталась перебодать вредного и неуступчивого продавца и угомонилась только тогда, когда услышала:
– Это вам что-то от меня нужно. Мне от вас – ничего! И вы ещё спорите и хамите? – сказанное столь решительным тоном, что она сочла за лучшее согласиться на час дня.
Антонина примчалась в квартиру Людмилы увесистым и возбуждённым вихрем.
– Ты! Ты мне говорила, что нет на Фрунзенской дешёвых квартир!
– Говорила… – Людмила недоумённо подняла глаза на тётку.
– Ты хотела, чтобы я их просто не искала! А я искала и нашла!
– Тётушка, да нет такого!
– Враньё! Я нашла! Вот! – она потрясла скукоженным в руке объявлением перед лицом опешившей Людмилы.
– Тёть, да небось, это «дёшево» – просто приманка, а сама цена заоблачная! – Людмила попыталась предостеречь родственницу от опрометчивых шагов.
– И что ты говоришь… Думаешь, что тут все такие дурошлёпые, как ты? Это ты в своей больничке копейки зарабатывала, а я… Я всегда в триста раз лучше жила!
– Да и на здоровье!
– А цену я сразу спросила! – Антонина торжествующе выкрикнула эту самую цену.
– Ээээ, тёть… это мошенничество! Ну, не может быть такого! – попыталась урезонить самоуверенную особу Людмила.
Правда, тут же услыхала о себе много нового: и о своём образе жизни, и о том, что устраиваться никогда не умела, и про мужа, и про животных, и про сына с внуком.
– Сели они тебе на шею и ноги свесили, а ты и рада! Ещё и пакость блохастую в дом натянула! Всегда такой была! А я… я – дело другое: вот сказала, что найду квартирку, и нашла! И завтра буду её смотреть! Правда, на свадьбу Вовичка не успеваю, но чего я на вашей нищей свадьбе то не видала?
Людмила открыла было рот, а потом плотно его закрыла, сообразив, что время показа найденной квартирки каким-то удивительным образом совпало с часом икс…
– Ну, тётенька, я вас предупредила… Но вы, конечно, человек взрослый, сами можете решить, что вам нужно! – дипломатично ответила Людмила и торопливо удалилась на кухню. «Как они это устроили? Вот уверена, что это наша птица-тройка!»
Птица-тройка беззвучно хохотала в Мишкиной комнате.
– Ой, как я за ней следила, что аж устала! Не дама в возрасте, а вертолёт какой-то! – Полинка вытянула длинные ноги и съехала пониже со спинки кресла. – Хорошо Мишка чётко сработал и по моему звонку налепил эту несчастную объяву!
 
– И идея с оборванными бумажками с телефонами очень удачная! – похвалил Мишку Паша. – Такая тётя-мотя: как только видит, что кто-то идёт с ней ноздря в ноздрю, забывает о том, что нужно информацию проверить!
– Думаешь, не начнёт адрес сверять?
– Нет, у неё же самый простенький смартфон, пользуется она им как звонилкой, инет вообще не смотрит. А у Людмилы спрашивать не станет!
– А у Киры? – забеспокоился Мишка.
– У Киры сейчас интернет повис и висит, висит… До завтрашнего обеда висеть будет! – хмыкнула Полина. – Не бойся, всё предусмотрено!
– Я вот думал, что, может, лучше было реальный адрес ей дать? – Мишка до последнего сомневался.
– Неее, она же ломиться будет к гражданскому населению. Скандалить, вопить, требовать чего-то! Да нуууу, не катит! Окружающие-то не виноваты! – Пашка во время проведения «спецопераций» чувствовал себя не совсем обычно, словно они с Полькой, а теперь и с Михой на военном задании. Вот и вышло разделение: они тут, а там «гражданские», и их лучше поберечь. – Миш, не нервничай! Всё пройдёт на ура!
 
Глава 8. Свадьба в третий раз
 
У Владимира это была уже третья свадьба, и он точно знал, чего он НЕ хочет! С Яной свадьба была изысканной, с живой музыкой, тщательно подобранными цветами, в сторону которых было страшно дышать, с элегантным платьем невесты, обтягивающем её, как перчатка. От нарочитой утончённости невесты немногочисленные гости Владимира чувствовали себя не в своей тарелке и нервно оттягивали воротнички рубашек, сочувственно косясь на жениха.
С Никой свадьба была из серии «дороХо-боХато» и с претензией на европейский шик: с аляповатой аркой из ярких живых цветов, платьем невесты, от которого от зависти облезли бы все диснеевские принцессы разом, и с развесёлым тамадой, выбранным самой Никой. Тамада шутил и трещал без остановки, пока Владимир, дико уставший от его шуточек, не заткнул его с помощью подкупленного официанта.
– Слушай, напои ты его, чтобы он хоть немного заткнулся, а? Сил нет! Голова как квадратная! – тихо попросил Владимир понимающего сотрудника дорогущего ресторана.
После обеих свадеб у него было ощущение, что он играл чужую роль в спектакле, который ему не нравится. И вот так он уже точно не хотел! Когда они начали с Ниной обсуждать, как будут отмечать свою свадьбу, он почему-то был уверен, что сама Нина тоже ничего подобного не захочет, и был прав!
– Давай просто распишемся и наших позовём, а? – Нина неловко пожала плечами. – Мне и так сойдёт.
Все попытки выяснить, как было бы не «мне и так сойдёт», а как ей хочется, были провальными. В конце концов проговорилась Нинина мама:
– Она когда-то говорила, что хотела бы свадьбу на корабле, ну, на теплоходе.
Нина от предложения Владимира отметить начало их семейной жизни на Москве-реке радостно вспыхнула, а потом замотала головой:
– Очень дорого!
– Нин, ты что? – Владимир только посмеялся. Ему, закалённому причудами и требованиями двух первых жён, такое отношение было и в новинку, и приятным сюрпризом. – Решено! Делаем свадебный круиз в плавучем ресторане по Москве-реке!
Ещё одним приятным сюрпризом было то, что Нина интересовалась у него, а что бы он сам хотел?
Нет, цвет драпировок и цветы на столах она выбирала сама, понимая, что Владимиру абсолютно без разницы оттенки ткани или разновидности роз… Зато меню и музыка были с ним согласованы.
«Еда его точно заинтересует, а музыка… Если будет что-то раздражающее и бьющее по ушам, то может быть просто неприятно!» – логично рассуждала невеста.
Короче, когда в день свадьбы они подъезжали к ЗАГСу, пришвартованный к пристани речной корабль в полной готовности уже ожидал молодых и их гостей.
– Красавица! – тётка Мила сентиментально сложила руки под подбородком и смахнула невольную слезу. – Ещё бы платье попышнее!