Танго алого мотылька. Трилогия (СИ)

Рей молчал. Очень долго, так что Кирстин почти уже забыла о том, что он всё ещё находится здесь.
— Я не хотел тебя пугать, — куда мягче произнёс он, — но я тебя ему не отдам. Я боюсь за тебя, Кирстин. Если ты думаешь, что мне приятно держать тебя здесь и каждый день видеть, не смея коснуться, то ты самовлюблённая идиотка. Но я на самом деле боюсь, что кто-нибудь, похожий на Корреса, причинит тебе вред. Я стараюсь как могу. Но если ты сама пойдёшь ему в руки, то я не смогу добиться ничего.
  
Кирстин всхлипнула. Лицо её уткнулось в скрещенные руки, и она успела произнести:
— Почему? Почему вам всем нужно только одно? Почему вы уверены, что я только для этого и подхожу? — прежде чем окончательно перестала контролировать себя.
Рей на мгновение прикрыл глаза, затем опустился рядом и, притянув её к себе, несколько раз провёл рукой по волосам.
— Я обычная… — выдохнула Кирстин. — В моём теле нет ничего. Зачем оно всем… всем вам?
— Неправда, Кристи. Мне нужно не тело.
Рей коснулся губами виска Кирстин, вызвав новую волну судорожных всхлипов.
— Кристи, я никому тебя не отдам.
— Ненавижу тебя, Рей! — выдохнула Кирстин, не пытаясь выпутаться из его рук.
— Хорошо, — Рей снова поцеловал её в висок, — я заслужил. Но, пожалуйста, останься со мной. Я тебя люблю.
— Тебе всё равно… что чувствую я … да, Рей?
Рей молчал так долго, что Кирстин подняла лицо и вгляделась в его глаза — но ничего не смогла разобрать.
Реймонд сидел неподвижно, бережно обнимая её, больше не пытаясь заговорить, и Кирстин не выдержала — уткнулась ему в плечо и зарыдала.
* Хайме Сабинес
«Любовь моя и жизнь тебе одной…» 
** Луис де Гонгора-и-Арготе
«A una dama muy blanca, vestida de verde»
  
Глава 7. Попытки 
 
25 ноября
Снега не было. Серость, царившая за окном, навевала на Кирстин тоску и заставляла вспоминать о том, как год назад, почти в то же время, они с друзьями готовились отмечать Рождество. Это было странное чувство — когда рядом нет никого родного, и в то же время ты ощущаешь себя частью одного целого, собравшегося в стенах дома. Ты можешь не говорить и даже не слушать, тебе не надо притворяться или быть сильной — тебя принимают такой, как есть.
«Вспомнил ли кто-то из них обо мне?» — думала Кирстин. Она пробовала заходить на фейсбук, но за прошедшие полтора года никто ей так и не написал — только Линдси извинялась за неудавшуюся встречу с отцом, но Кирстин лежала в больнице, когда пришло её сообщение, и потому разговор заглох.
Ещё несколько раз Диего Торрес пытался выйти на связь, но с молчаливого одобрения Кирстин Рей усилил контроль. Теперь всё, что получала Кирстин по почте или через курьеров — а таких вещей было немного, потому что всё необходимое для неё заказывала Жанет — проверялось охраной. Саму Кирстин всегда сопровождало минимум двое, и Кристера перевели на другой пост.
Кирстин не пыталась его защищать. У неё хватало собственных проблем. Грава торопил с работами, которых у Кирстин набралось уже больше десятка — хотя среди них и не было таких больших, как те, что она начинала делать в глине. Приближалась сессия в Академии, и хотя Кирстин заранее прочла все учебники, теперь её слегка мандражило при мысли о том, как она будет сдавать экзамены — всё-таки полтора года вдали от обучения давали о себе знать.
Большую часть времени Рей теперь проводил в Милане, но встречались они по-прежнему редко. Ненависть ушла, оставив вместо себя одну только боль. Что бы ни сделал Рей там, в прошлом, это был всё тот же Рей, и Кирстин хотела видеть его рядом с собой. Иногда ей казалось, что если бы только Рей позвал… Если бы только смог объяснить, зачем сделал то, что сделал… Кирстин почти умоляла об этом глазами, если они невольно пересекались на кухне во время завтрака, но Рей ничего не говорил.
У Кирстин начинала болеть голова при мысли о том, что они сделали с собой. Как смогли превратить тот свет и тепло, которые царили в этом доме, в холод, повисший теперь в воздухе.
В середине декабря, когда до сессии оставалось несколько дней, Рей через охрану попросил её спуститься и ждать его у машины через полчаса.
Время было послеобеденное, и Кирстин не совсем понимала, что могло понадобиться Рею. Он иногда брал её с собой на светские мероприятия, но не более.
Растерянная и ждущая подвоха, Кирстин с трудом подобрала к этому непонятному случаю костюм — решив, что если Рей не уточнил, куда они идут, то сам виноват, и надела джемпер поверх лёгкой рубашки и джинсов.
Уже спустившись, она, к своему неудовольствию, поняла, что угадала — Рей тоже был одет довольно легко, и сидел за рулём Audi TT RS, которую обычно для деловых поездок не брал.
Кирстин неловко примостилась на соседнее сиденье и сложила руки на коленях, стараясь не соприкасаться с Реймондом даже краешком тела.
— Ты меня вызывал? — спросила она.
— Да, — ответил Рей, заводя мотор. Бросил на спутницу быстрый взгляд. — Я соскучился, Кристи. Хочу провести с тобой пару часов и надеюсь на твой совет.
Кирстин хмуро покосилась на него. Ссориться не хотелось. Признаваться в этом — тем более.
— Последнее время я не слежу за модой на галстуки. Ума не приложу, какого ещё совета ты можешь ждать.
Рей усмехнулся. Поборол желание притянуть Кирстин к себе и крепче стиснул руль.
— Вообще, в последнее время все мои друзья хвастаются статуэтками, «которые сделала для них Кейр», так что я чувствую себя неуютно, потому что у меня ни одной до сих пор нет.
— Не пытайся мне льстить. У тебя осталась самая большая из тех, что я сделала.
— Но я никому не могу её показать. Сделаешь для меня что-нибудь ещё?
Кирстин мешкала.
— Может быть, — сказала она нехотя, — к Рождеству.
Вопреки всякой логике, от мысли о том, чтобы заняться подарком для Рея, сердце запело.
— Тебе нужна моя консультация в выборе садовой скульптуры? — после паузы уточнила она.
— Не совсем, — Рей завернул к огромному цилиндрическому зданию из стекла и бетона, — в этом году у меня были запланированы две крупные покупки. Одна для меня, другая — для тебя.
Кирстин покраснела. Удерживать себя в рамках удавалось с трудом.
— Рей, не играй со мной, — попросила она.
Рей остановил автомобиль и повернулся к ней, одной рукой опираясь о руль, а другую положив на спинку кресла.
— Кристи… Я не знаю, как доказать, что не хочу причинять тебе боль. Я давно бы уже это сделал, если бы мог.
Кирстин отвернулась. К горлу подступил ком. Рей всё ещё плохо действовал на неё, и Кирстин не имела никакого желания разбираться в чувствах, которые разрывали её на части.
— Идём, — позвал Рей, — я думал купить автомобиль.
— Автомобиль? — Кирстин подняла брови. — Ещё один?
Рей покосился на неё и промолчал. Его собственный бронированный мерседес вот уже полгода возил Кирстин в студию и назад. Вопрос о том, чтобы его вернуть, не стоял, потому как возможного покушения на Кирстин Рей боялся куда больше, чем покушения на себя. Ауди, которую пришлось привезти из Швейцарии и которой Рей пользовался уже третий год, ни по уровню безопасности, ни по престижу его сегодняшним запросам не отвечала. Однако в прошлом году позволить себе новую машину он так и не смог, а в этом было не до того.
— Смотри.
Рей показал Кирстин несколько моделей Астон Мартин, начиная от Rapide до Vanquish.
— Хочешь попробовать? — спросил он, знаком показывая консультанту не приближаться и открыл дверь первого авто.
Кирстин прокашлялась.
— У меня нет прав, — сухо сказала она.
  
Рей поднял бровь.
— До сих пор?
— Слушай, я не помню, чтобы тебя раньше интересовал этот вопрос! К тому же, мы не мне покупаем автомобиль, а тебе!
— Ладно. Залезай с другой стороны, — сжалился Рей и, забравшись на водительское место, откинулся в кресле, оценивая салон изнутри. — Мне понравился этот вариант прежде всего по времени разгона, но теперь я сомневаюсь, нужно ли оно мне…