Власть Пустоты

– Гравитационный полёт опаснее для пассажира, а ещё она с куда большей вероятностью не удержит завтрак. Не волнуйся, Лаплас уверенно держится в небе и хватка у неё крепкая, драконит всё же. Да и вообще нечего ко мне, использующему магию, прижиматься человеку. Ей же спокойнее будет, ты понимаешь.
Сарин начала уговаривать и в итоге та сдалась и разрешила, но не уходя из поля зрения. Лаплас усадила ту себе на спину, взявшись за её руки, чтобы та точно не упала и плавно взлетела. Начала неспешно летать над деревьями и вдоль скалистого обрыва.
Широ тем временем продолжала разговор с духом, тот говорил, что люди просят довольно прилично за защиту безопасной зоны и невмешательство. Но с его поддержкой земля даёт достаточно редких магических растений, что сложно выращивать в искусственных условиях. Да и умершие своей смертью животные дают всякое, что в ином случае просто бы сгнило в земле без смысла. В общем: он как вполне себе коммерческая организация работает. Он определённо был миролюбивым. Собственно, как и большинство духов, и к Янай не собирался.
Я же в это время рассказал матери чем отличается гравитационный полёт, преимущества и недостатки. И почему я и Широ во плоти летаем иначе.
– Ты можешь и турбины применить для ускорения, – заметила артефактор.
– Они шумные, к тому же я скорее думаю об аннигиляционном реакторе, раз я владею Разрушением и магнитоплазменном двигателе, – вспомнил я одну из своих идей.
– Эм… что?
– Если кратко, то подаётся вещество, например раскалённый литий, между прямым катодом и кольцевидным анодом, на которые идёт ток под огромным напряжением, в итоге плазму выбрасывает круговое магнитное поле. В теории даже у компактной установки при достаточном питании скорость истекания материи будет огромной, это двигатели для космических кораблей.
– Я… догадываюсь, от кого ты знаешь это. Вроде тут есть такие теории, но не более чем теории… Ты хочешь нацепить себе ядерный реактор на спину?
– Н-е-е-е, зачем же ядерный – аннигиляционный, там вообще никакой материи и сложных излучений не будет. Самое сложное – это улавливать энергию и удержать её побольше на материальном плане, чтобы она не проваливалась в гипер.
«Это можно обсудить», – раздался чуть низковатый голос Эона.
– Великолепное предложение, Эон, всеми руками за. Даже интересно, что из этого выйдет, я пока подумаю над общими схемами.
Лаплас с Сарин налетались, сестра крайне возбуждена увиденным. Мы ещё немного прошлись по окрестностям, смотря на красоты, а потом вернулись домой, где я снова продолжил тренировку ментальной магии, раз уж хочу наконец научиться передавать то что знаю другим. Чуть ближе к полудню ко мне опять пришли люди во главе с Франсом и попросили пройти за ними. Мне опять предложили с ними проехать в то же здание, но я открыл портал на площадку перед нужным местом, куда чуть неуверенно шагнул и, видимо, мой координатор.
– И чем закончился допрос эльфийки? – поинтересовался я, пока мы шли по широким коридорам здания.
– Она раскаивается в своих действиях и настаивает, что никогда бы так не поступила, что согласуется с… твоими словами. Готова сотрудничать, но её будущее пока не определено.
– Конечно, не мне говорить о пощаде, но моё мнение, что, когда всё завершится, можете ей выписать амнистию, тем более если сотрудничает. Она и правда ничего не могла с собой поделать. Увы, нейтрализовывать и брать всех в плен слишком сложно, всё же мы на войне. Но она уже у вас.
Франс не ответил, просто кивнул, мы приблизились к тому же залу совещаний, где в этот момент на большом экране на стене крутили видео с моим выступлением. Судя по всему, некоторые здесь присутствующие ещё не видели его. Ну да, маг один, а эффект словно тяжёлый самолёт прошёлся ковровой бомбардировкой.
– Мы присвоили этому заклинанию кодовое имя «серая буря», – сказал Франс.
– Не слишком оригинальное название, – пожал я плечами.
– Полагаю, и от передачи этого откажетесь? – спросил один из сидящих в зале, сурового вида мужчина в военной форме и с генеральскими погонами.
 
– Тут чуть сложнее. Базовое заклинание – обычный ураган криокинеза по огромному радиусу. Его передача вполне возможна. Но такой мощный эффект получился из-за моих личных способностей. Формация не способна преобразовать мою ману до конца и поэтому она стала бить Разрушением и немного искажением.
– Мистер Дюваль, как думаете, кто я? – обратила на себя внимание пожилая женщина. Весьма сильный маг.
– Полагаю, архимаг?
– Старший архимаг, профессор при Магическом Исследовательском Институте, – сказала она. МИИ? Помнится, их среди студентов ласково называли «мишки».
– Грозный титул, но к чему ты клонишь?
– Попрошу обращаться более уважительно, мистер Дюваль. Даже при наличии такого заклинания, я всё ещё старше вас и, пожалуй, куда более сведуща во многих областях, – нахмурилась профессорша.
Хм… ну как хочет. Но в ней говорит гордость: мне определённо известно больше тайн магии разных областей и я так-то целый Аспект.
– Хорошо, профессор, мне лень спорить, хотя от последнего заявления вам скоро станет неловко. Так о чём же хотели спросить? – поднял я бровь, встречая сурово-серьёзный взгляд.
– Вы пытаетесь нас весьма неуклюже обмануть. В частности слова о невозможности преобразовать ману. Даже при наличии таланта и сильного стихийного сдвига, была бы просто потеря в эффективности использования маны, но не обретение дополнительного эффекта.
– А ты много знаешь о божественной мане? – ответила ей Лаплас.
– Мисс Лаплас, я также попрошу о…
– Мне по местному времени около ста с копейками. Так что я старше тебя. А ещё я полудракон и адепт Созидания. Не отходи о темы, – она её перебила, ей тоже не хотелось тратить на это время, но в другом ключе.
– Хорошо… божественная мана мощнее обычной и всегда имеет стихийный сдвиг в соответствии со своим владельцем. Однако он говорил о своей силе, и даже так мана бы преобразовалась полностью.
– Точнее она более концентрирована и это так, если это не мана высшего порядка, – ответил я, поднимая палец. Указывая на появившийся шарик света. – Сейчас я намеренно очищаю ману, использую только максимально нейтральный элемент и не призываю стихийный сдвиг усилием воли, обычный свет.
Люди напряглись, что я стал колдовать, но, видя безобидный свет, расслабились. Но вот следующий шарик уже был заряжен маной Инис, он стал сероватым, всё ещё излучая свет, но уже серый, с перетекающими жёлтыми и красными линиями, сам шарик мерцал звёздочками и видимо искажал пространство рядом с собой, создавая эффект линзы. Я специально не выделял из маны Инис более подходящие части, закинув всё. Заклинание работало как световое, но преобразовать эту ману целиком не могло, так что там и Разрушение и слабые искажения пошли.
– Вот что будет, если я использую то же плетение с использованием маны Хранителя. Лишь часть маны преобразовалась, плюс та, что и так была родственна свету, работает как надо.
Пока люди напряжённо смотрели на это, а маги ещё и с интересом, я создал третий шарик света, на этот раз призвав личное Разрушение и искажение пространства. Плетение из-за этого стало жутко нестабильным и прожорливым. Энергия не той стороны спектра, но мне легко хватало сил удержать такую мелочь. В воздухе висел огонёк серовато-фиолетового света, моё разрушение было чище, меньше теневых примесей, плюс едва заметный эффект линзы.
– И снова моя мана, но теперь вместо очистки своей энергии, я наоборот усилю эффект её сдвига.
Подержав, я рассеял все три шарика и стал ждать в повисшей тишине.
– То есть твоя мана… божественная? – уточнила профессор.
– В рамках имеющейся терминологии – да. Правда, так обычно вы называете ману трансцендентных. А тут мы говорим о мане Хранителей и существ Пустоты. И не уверен известно ли это вам тут, но аналогичная ситуация и с сильным духами. Хотя у них это проявляется далеко не так ярко. Но что-то мы отвлеклись на лекцию по магии. Что вы тут решили относительно сотрудничества?