Сиротка для Дракона. Голос Его Истинной (СИ)

— Ты такая красивая, — он берёт меня в тупике каменных стен лабиринта, — впрочем, как и всегда… 
— Всегда?.. — накатывают колкие слёзы, но в тот же миг я дрожу не из-за них — всему виной удовольствие, которое я никогда раньше не испытывала… У нас ещё не было настолько… 
Я даже не могу думать сейчас, удивительно, как ума хватает дышать. 
Так мы проводим всё дозволенное время, а после идём на гулкий, громкий зов, который издаёт… У меня такое чувство, что тот самый дракон, которого я видела в первое мгновение. 
Пары собираются в большие круги, берутся за руки и отдают частичку пламени в общий лиловый костёр. 
Там никто ничего не объяснял. 
Мы просто знаем. 
После кураторы собирают учеников и одиночек, решают, кто с кем и куда пойдёт, что-то записывают… Ощущение интимности таинства спадает, и мы с Квентом болтаем с ребятами у портала, прежде чем вернуться в Драгон-Холл. 
Я стараюсь ни о чём не думать. Главное, что мой дракон рядом. Мы со всем справимся. 
Но… 
Когда я шагаю в портал, держа его за руку, он вырывает пальцы и остаётся позади. Меня выбрасывает вовсе не у здания школы… Я оказываюсь на пороге дома Квентина. Совсем одна. 
За спиной смыкается портал. 
В воздухе гудит… чья-то насмешка?
  
Глава 16. Его отец (1)
 
Выбрать ненависть так легко… 
Словно в сказочке дверь особняка отворяется сама собой со скрипом. 
Разве здесь не должна быть охрана или хотя бы прислуга? Почему я вообще оказалась тут? Одна. Кто может так тонко манипулировать порталами? 
Я стою озадаченная в белом платье, над головой собираются тучи. Вечереет, прохладно, ветер колышет волосы. Заходить внутрь совершенно не хочется. 
Оглядываюсь беспомощно, надеюсь, что кто-нибудь знакомый появится позади. Квентин или Седрик. На худой конец — хоть это и невероятно — Радион. Каким бы странным он ни был, как бы больно не делал, он не дракон, он не родственник мэра, и это уже делает его безопасным вне зависимости от замыслов и поступков. 
Надо же… На празднике я чувствовала себя частью иного мира, частью того янтарного дракона, что является второй ипостасью Квентина. Одной из тысячи осколков магического витража. Но теперь, когда оказалась здесь, у дома возможного врага, теперь есть только я и они. 
— Вас уже ждут. 
Вздрагиваю от мужского голоса. Ко мне выходит высокий человек, скорее всего, дворецкий. 
Выгибаю бровь. 
— Ждут? 
Он сдержанно кивает. Словно этого достаточно. 
— Кто и зачем? 
Мужчина впивается в меня взглядом синих глаз. Недоумевающе. 
— Значит… я здесь оказалась не случайно? 
— Не могу знать, мисс. Мистер Бауэр попросил вас пройти в его кабинет на втором этаже. Вас проводить? 
По телу проходится тяжёлая, острая дрожь. Мэр хочет меня видеть? Одну, без Квентина, вот так? Зачем? 
Я чувствую, как тело цепенеет. Как я становлюсь свинцовой статуей самой себя. Если увижу его вживую — точно узнаю. Как сейчас помню, как высокий мужчина ходил туда-сюда, дожидаясь полицию. И громко, страшно смеялся. Несколько раз. И каждый я думала, что смех этот доберётся до моего сердца и остановит его. 
— Мисс? — дворецкий выгибает бровь. 
Я стискиваю кулаки, костяшки становятся белыми как мел. 
Перед глазами стоит окровавленное лицо матери. До слуха доносятся последние хрипы из горла папы. А дальше слова Радиона о том, что я примкнула к тем, кого должна ненавидеть. Продалась. 
С лица спадает краска, словно вуаль. Я киваю дворецкому, бледная, словно фарфоровая кукла, и на деревянных ногах иду за ним к кабинету мистера Бауэра. 
Уже не надеясь, что всё разъяснится, и он не будет причастен к смерти родителей. 
Привычка не ждать ничего хорошего не подводит и в этот раз. Когда захожу в кабинет, красивый мужчина поднимается с кожаного кресла и улыбается той самой безумной улыбкой, которую я уже видела. 
Драконья магия бесится в его больших янтарных глазах. 
— Да, не модель… — первое, что он говорит. А затем: — Узнала меня, что ли? — слегка наклоняет голову. — Мы же не будем делать из этого драму, правда? Авария, несчастный случай. Не хотелось бы, чтобы… 
 
Но договорить эта тварь не успевает, потому что я с криком кидаюсь на него. 
В мыслях горит огнём всего один вопрос: 
Как 
можно 
убить 
дракона?
  
Глава 16. Его отец (2)
 
Он со смехом скручивает мне руки, отбрасывает на кресло и связывает собственным галстуком. Я пытаюсь вырваться, всё происходит так быстро, что не успеваю ничего осознать. В венах кипит ярость пополам с беспомощностью. 
Снова связана. 
Он точно знал, в каком положении я была рядом с миссис Ретти, и решил использовать это как референс для нашего разговора? 
Сердце глухо, больно стучит в груди. На что я рассчитывала? Ни на что. Мне просто хотелось бы, чтобы он исчез. Исчез от одного взмаха моих ресниц. Ведь… так будет справедливо. 
Тот огромный дракон, древний как сам мир, разве и он считает, что вести себя как Бауэр — это нормально? Ведь отец Квента был в том мире когда-то, отдавал пламя вместе со своей истинной… И был надеждой людей. 
А в итоге… 
Не знаю, чего я ждала. 
Извинений? 
Неужели смогла бы их принять? 
Едва ли… 
Но и они были бы уместнее этого самодовольного оскала. Мистер Бауэр склоняется надо мной, всматривается в лицо так, будто сканирует, а затем… обжигающим языком проводит от виска по щеке до подбородка и отстраняется. 
Меня передёргивает. 
Он снова смеётся. 
— Зови меня Ником, мы ведь теперь семья. 
— Нет, — выплёвываю в ответ, — лучше умереть… 
— Нет, не лучше. Желаешь смерти моему сыну? — он выгибает бровь. — Сделаю вид, что этого не слышал. 
Я закусываю губу. Противоречия бьются в мыслях. Квентин? Да, я не хочу ему навредить… Но эта семья… 
Я никогда не стану её частью! 
И никакая истинность не перечеркнёт мою ненависть к тому, кто так легко вышел сухим из воды. Спровоцировал аварию и даже глазом не моргнул. Уже спустя час, наверняка, жил дальше как обычно. 
Никакого раскаяния. 
Ничего, кроме звенящей пустоты в глазах. Глазах того, кого я люблю. Квентин — копия отца. Это пугает меня. 
— Итак, я решил поговорить с тобой лично, когда узнал, что вы всё-таки истинные. Скажу честно — надеялся, что это всего лишь досадный сбой. Но — увы. 
Он вновь подходит ко мне, касается рукой груди, сильно сдавливает и хмыкает. 
— Сделаем тебе нормальные сиськи, — бросает так обыденно, что я не сомневаюсь — он сказал бы так любой на моём месте, если размер у неё меньше третьего. — Как ты понимаешь, наша семья в городе имеет определённый статус, и ты должна ему соответствовать. Конечно, не надо быть королевой Англии, но и кукситься — тоже. Ничего, — он улыбается и отходит к окну, — привыкнешь, научишься. В этом даже что-то есть. У тебя погибли родители, я там был. А теперь ты стала частью моей семьи. Будем считать за мою оплату? 
— Вы… ты был за рулём. Ты врезался в нас. Это всё ты. 
— Может и не стоило так напиваться в тот день, — тянет он вполне миролюбиво, — ну или это никак не связано. Я уже не помню. И... — он вцепляется мне в плечо железной хваткой, когда я пытаюсь выпутаться, — может, хватит уже? Сколько ты хочешь за молчание? Мне нужно, чтобы ты была паинькой.
  
Глава 16. Его отец (3)
 
С губ против воли срывается колкий, вымученный смешок. 
— Хотите меня купить? 
Мистер Бауэр цокает языком. Цок, цок, цок — стучит о нёбо — цок, цок, цок… 
— Нда, очень жаль, что приходится. В прежние времена истинные сделали бы всё что угодно — лишь бы угодить своему дракону. Их предназначение — оберегать и сохранять энергию. Но вот ты… явно сломанная. Мой мальчик достоин большего. 
— То же самое могу сказать и о вас. Лучше бы его отцом был Седрик, с которым он общается больше.