Трон на руинах

«Почему ты притихла?» – спросила я, готовясь ко сну.
«Экономлю силы. Я почувствовала перемену в тебе. Ты практически готова взять судьбу в свои руки вместо того, чтобы позволять альфе крутить тобой как вздумается. Я буду тебе нужна».
«Мне казалось, тебе нравится, что альфа крутит мной как хочет».
«В сексе? Да. И даже очень. Но сейчас речь о чем-то другом. И я готова».
Я смотрела в окно на небо, в котором мерцали звезды. Половинка луны напоминала мне о том, что вот-вот история с «беременностью» останется позади. Для нас всех.
Я забралась в постель и установила будильник на маленьких заводных часах, чтобы он разбудил меня, когда наступит время выполнять работу. Не долг, не обязанность, возложенную на меня без учета моего мнения по этому поводу, а то, что я сама решила сделать. Это было гораздо важнее.
Часы пробили три часа ночи. Мне потребовалось всего мгновение, чтобы полностью проснуться.
Я доела остатки ужина – сыр и хлеб, который уже начал черстветь, – и выпила всю воду. Очень важно не допускать обезвоживания.
Затем я взяла одежду, которую разложила перед сном. Элиза сшила для меня несколько предметов одежды, в которых можно было спрятать различное оружие. Украшения в виде милых маленьких цветочков и причудливых узоров отвлекали взгляд от того бока, где висел кинжал. Я не хотела показывать демонам, что вооружена. Охотник обычно использует другую тактику, когда знает, что добыча может дать отпор.
Перочинный ножик перекочевал ко мне в карман, на всякий случай. Метательные ножи я решила оставить дома вместе с мечом, которым владела очень дерьмово.
Прежде чем отпереть замок, я прислушалась у двери. Самка держалась наготове, прокачивая силу через мой кровоток.
«Дракон поймет, что что-то происходит», – предупредила она, когда я распахнула дверь. Никто не поджидал меня на пороге.
«Догадается ли он, что я задумала?»
«Нет. Но я не уверена насчет его человека».
Найфейн мог что-то заподозрить. Однако ему было еще рано возвращаться. Он не стал бы бросать часть королевства не зачищенной от тварей. Это означало, что мне лучше поторопиться. Я очень не хотела, чтобы Найфейн сегодня разыгрывал из себя героя. Я устала чувствовать, что кто-то постоянно присматривает за мной, каким бы опасно сексуальным он ни был.
Крик и визг донеслись до меня на лестничной площадке третьего этажа. Веселье. На втором этаже я услышала, как откуда-то снизу раздается пение. Кто-то невпопад бренчал на гитаре. Им явно следовало чаще посещать музыкальные кружки.
Когда я уже была на полпути к задней двери, мое внимание привлекли звуки, безошибочно указывающие на то, что кто-то вот-вот получит оргазм. Кряхтение и пыхтение сопровождались громкими шлепками.
Я замедлила шаг и прижалась к стене, оглядываясь по сторонам, чтобы убедиться, что вокруг больше никого нет. Затем я подкралась к полоске света, падавшего в коридор от зажженных в комнате свечей, и заглянула за угол, желая проверить, что за мной никто не пойдет.
В центре комнаты стояла женщина, ее руки и ноги были широко разведены в стороны и привязаны веревками, прикрепленными к стенам. Такая поза позволяла бедняжке лишь немного согнуться в талии, что она и делала сейчас, повиснув на веревках с широкой повязкой на глазах, закрывающей глаза и половину лица. Позади нее с ухмылкой стоял инкуб и поигрывал в руке каким-то кожаным приспособлением, конец которого представлял собой набор маленьких кожаных полосок.
На моих глазах инкуб звучно шлепнул женщину по заду этим хлыстом.
– Ой! Да-а, папочка! – застонала женщина страстным голосом, и, будь я проклята, он походил на голос Лейлы.
– Ты грязная маленькая шлюха! – хрипло проговорил мужчина, снова замахиваясь кнутом. Кожаные полоски опять шлепнули по заду женщины, и она подпрыгнула.
– М-м-м, да…
Шлеп!
– О-о, папочка, еще! Я плохо себя вела!
«Великая Богиня», – мысленно произнесла самка.
Я уставилась на происходящее во все глаза. Где же воображаемые анальные бусы, которые я когда-то принесла в замок? Мне нужно было держаться за них.
 
Мужчина с кожаным ремешком приблизился к повисшей на веревках женщине, которая подозрительно напоминала мне Лейлу. Его член был возбужден и готов. Мужчина толкнулся бедрами и, очевидно, вошел в нее.
– Получай, ненасытная шлюха! – прохрипел мужчина. Он потянулся и схватил ее за сосок, покручивая его грубо и порочно. Из груди связанной женщины вырвались крики боли… Но они быстро превратились во всхлипы удовольствия.
Она обмякла в своих путах, и ее губы растянулись в улыбке.
– М-м-м, да, папочка, накажи меня.
Мужчина лизнул свою ладонь, а затем шлепнул женщину по заднице. Мгновение спустя он проделал то же самое с ее грудью. Женщина вскрикнула, а затем крик превратился в пьянящий стон.
– Думаю, нам стоит взять зажимы для сосков, – сказал он, ритмично двигая бедрами.
– А как насчет горячего воска…
«Нет, – подумала я. – Я не создана для таких шалостей. Мне нужны те анальные бусы».
В ту секунду, когда мужчина вытащил член и нагнулся в сторону, чтобы взять очередное пыточное приспособление для своей партнерши, я шмыгнула мимо двери. Женщина не могла видеть меня, а мужчина был сосредоточен на выборе инструмента.
Немного дальше по коридору показалась дверь… Но справа от нее, в тени у скамейки, кто-то маячил. Похоже, это было излюбленное место встреч, потому что именно здесь мы с Найфейном однажды видели людей в костюмах животных. Или так, или это была та же самая пара, которой нравилось сюда приходить.
Обнаженный мужчина стоял на коленях, склонившись над скамейкой. Позади него присела на корточки старшая экономка, одетая в уже знакомое мне кожаное бюстье, обнажавшее ее грудь, и трусы с пристегнутым к ним фиолетовым страпоном. Так как сама экономка не получала непосредственного удовольствия, она могла трахать партнера и при этом свободно оглядываться по сторонам. Меня бы заметили в одно мгновение.
«Боковая дверь?» – мысленно предположила я.
«Да просто пройди мимо. Кому она может рассказать? Лейла сейчас связана, а Адриэль ушел спать. Найфейн наверняка уже сам обо всем догадался, и его все равно здесь нет. Или ты думаешь, что она расскажет какому-нибудь демону?»
Я сомневалась, что она расскажет демону.
Я сделала глубокий вдох и решилась пройти мимо. В худшем случае, она пошла бы искать Адриэля, а тот попытался бы уговорить меня вернуться в комнату. Что вряд ли могло произойти.
Я пошла вперед с таким видом, будто являюсь здесь хозяйкой, – уверенным шагом и с высоко поднятой головой. Кряхтение и стоны мужчины не прекращались, что было хорошим знаком.
Свежий ночной воздух прояснил мой разум. Неторопливый стрекот сверчков нарастал и затихал вокруг меня. Деревья, растущие на краю поля эверласса, мягко покачивались на легком ветерке. Я ощущала запах покрытых мхом пней и легкий цветочный аромат. Сквозь природную симфонию запахов не пробивалось никаких необычных ароматов.
– Итак, друзья, – пробормотала я себе под нос, чувствуя, как напряжение покидает плечи. – Давайте приступим к работе?
«Ты можешь разговаривать со мной, а не со своими воображаемыми друзьями? – спросила самка. – Я имею в виду, чтоб тебя, женщина, у тебя что, в детстве не было друзей?»
«Вообще-то, почти не было. Все дети считали меня слишком странной и слишком грубой. Даже мальчики. Потом мы стали старше, и я точно стала слишком странной и слишком грубой, так что они свалили от меня».
«Я когда-нибудь говорила тебе, какой ты унылый мешок дерьма?»
«Нет, но ты, конечно, много раз намекала на это».
Самка хмыкнула, а я взяла подносы и поставила их рядом с полем. Подготовив все, я отдалась свободному течению мыслей и занялась сбором урожая, останавливаясь возле выращенных в тесноте кустов, чтобы провести пальцами по их листьям.