Трон на руинах

P.P.S. Разрази меня Богиня, я имела в виду секс на лошади. И уж точно не секс с лошадьми.
P.P.P.S. Ненавижу эту гребаную березу.
…Ах да, я принесу тебе тот потрепанный экземпляр. Однако это библиотечная книга, так что в обмен тебе нужно принести свою копию. Наверное, так даже лучше, потому что у меня такое чувство, что во время прочтения эротических сцен ты будешь представлять меня женщину и заниматься самоудовлетворением. Не хочу, чтобы потом другим читателям нашей библиотеки пришлось разлеплять после тебя испачканные спермой страницы.
На этом письмо официально окочено».
Я поспешила прочь, унося в рюкзаке новые книги и письмо, а также дополнительную порцию листьев выращенного в тесноте эверласса. Мне нужно было достать обещанную книгу для Найфейна. А еще прочитать те, которые он мне передал. Будь проклята жизнь за то, что мешает мне читать новые книги!
Мне было интересно, как Найфейн отнесется к следующей книге в списке. Если он думал обо мне, читая предыдущую, то в этот раз точно будет представлять меня. Отношения главной пары складывались бурно, и все ссоры завершались пропитанным ненавистью сексом. Эта книга все еще хранилась у меня дома.
Наверное, пришло время ее перечитать.
  
Глава 4
 
«Дорогая Финли,
ты бы предпочла, чтобы береза пела пронзительным голосом? Это были единственные варианты, доступные мне без необходимости покидать королевство.
Жду твоего более подробного письма. Я принесу чистый экземпляр, чтобы обменять его на грязный, поскольку твоя просьба, безусловно, продиктована нечистой совестью и привычкой читать, держа книгу одной рукой.
Кстати, спасибо за то, что указала на ошибку в моей лестной подписи в последнем письме. Это урок, который я приму близко к сердцу.
Тебе искренне,
Н.
P.S. Я забыл вернуть твой кинжал. Пожалуйста, получи его обратно, отполированный и заточенный. Тебе нужно еще какое-нибудь оружие? Как твой принц, я рад предоставить все необходимое на случай, если когда-нибудь окажусь в яме и буду нуждаться в спасении.
…На этом письмо окончено, но не так бурно, как я кончал в прошлый раз, думая о тебе женщине.
(Прости мою пошлость. Только скажи, и я немедленно прекращу.)».
Дочитав письмо Найфейна, я рассмеялась и оставила ему свое, а также приготовленные эликсиры и настойки. В письме я рассказала Найфейну о том, что отец воспитывал меня в строгости, а недавно открыл мне причины такого отношения. Еще я сообщила, что Хэннон приглашает Найфейна на ужин или полуночный перекус и что мой брат простил его еще до того, как я объяснила, почему нам подсыпали снотворное.
Я писала и писала и не могла остановиться – о том, как на рынке Фил подарил мне кинжал, а более изящный меч приберег для самого принца. О том, что Фил сказал о моей матери и обо мне. О Джеймсе и о том, что мои чувства к нему полностью иссякли. О самонадеянности и угрозах Джедрека. Когда я закончила, письмо представляло собой почти три листа пергамента, исписанных с обеих сторон. Я не могла припомнить, чтобы когда-либо была с кем-то так откровенна. Я не смущалась и не боялась написать что-то, что могло показаться странным. Я выложила все как есть.
И все же внезапно этого показалось недостаточно.
Прочитав письмо Найфейна, я схватила оставленный им для меня чистый лист пергамента и быстро написала ответ.
«Дорогой Найфейн,
мне приятно знать, что ты кончил не только писать письмо… Или на этот раз у тебя не получилось? Если нет, то да, ты определенно должен стараться усерднее, чтобы не отставать от героев этих историй. Однако если ты обращаешься с членом так же умело, как действуешь ртом или пальцами, я бы сказала, что ты мог бы составить этим героям достойную конкуренцию.
 
Мне нравится твоя пошлость. После того, как ты прочтешь вторую книгу из этого списка, могу предположить, что ты неизбежно станешь пошлым. Я промокаю от одной мысли о том, как ты ее читаешь. Я определенно хотела бы попробовать кое-какие эротические сцены, особенно ту… Что ж, не буду забегать вперед. Я собиралась ее перечитать, но вместо этого принесла тебе библиотечный экземпляр книги. Обменяй его на свой, пожалуйста. В своей копии я оставила для тебя пометки о том, как можно было бы воссоздать эти сцены в современном замке (погрузившемся в Средневековье). Возможно, этот экземпляр тебе тоже не стоит относить в свою библиотеку. Мне бы не хотелось, чтобы ничего не подозревающая жертва нашла мои эротические послания. Пометки… предназначены только для тебя мужчины. Я не могу похвастаться невероятным опытом, но обладаю большим воображением. Тем не менее кто-то может счесть меня безнадежно наивной.
Вообще-то, Я ДЕЙСТВИТЕЛЬНО безнадежно наивна. Помимо наших любовных схваток, я разве что занималась сексом в миссионерской позе при полной темноте и время от времени засовывала палец парню в задницу, чтобы напугать/возбудить. (Никогда не угадаешь, к чему приведут эти непредсказуемые действия пальцем.) Поэтому, пожалуйста, не смейся надо мной. Я уже жалею, что об этом написала.
Целую тебя везде,
Финли.
Конец.
Конец.
Конец.
Конец!!!»
Я собрала листья обычного эверласса, за которыми пришла, убрала их в сумку и быстро пошла обратно. Я хотела успеть почитать перед сном. Книга о собаках, скорее всего, усыпила бы меня, и поэтому мне следовало взяться за нее, но другая обещала быть полной неожиданных сюжетных поворотов, веселья и волнения, и мне не терпелось добраться до нее.
– Финли. Пора вставать, – Сейбл хлопнула меня по лбу.
Я вздрогнула, открыла сонные глаза и обнаружила, что сестра стоит возле кровати и пристально на меня смотрит.
– Уходи! – Оттолкнула я ее.
– Нет. Хэннон попросил меня убедиться, что ты встаешь. Ты должна активно приносить пользу этому дому и деревне. Люди рассчитывают на тебя. Вставай! – Она снова шлепнула меня по лбу, а затем с визгливым хохотом умчалась, прежде чем я успела занести ногу, чтобы пнуть ее.
Я протерла глаза, а затем потянулась. Этой ночью я снова легла слишком поздно. Книга, которую Найфейн рекомендовал на этот раз, оказалась намного лучше предыдущей. Приключения не имели себе равных, а медленно зарождающиеся между героями чувства заставляли меня лихорадочно переворачивать страницы в ожидании продолжения. Я дочитала до середины книги, а герои едва ли поцеловались разок, но сексуальное напряжение между ними так и чувствовалось.
Застонав, я скатилась с кровати и отправилась умываться и пить свое подобие кофе.
Позже в тот же день я убедила старика Фортети, что действительно намерена положить конец его страданиям и, не вдаваясь в подробности того, что это означает, дала ему целебный эликсир из выращенного в тесноте эверласса, а затем оставила Хэннона приглядывать за больным. Как и в случае с отцом, я не смогла бы спокойно смотреть, как кто-то умирает, выпив одно из моих экспериментальных лекарств. Можете считать меня трусихой, но я сомневалась, что смогу после такого оправиться.
Я воспользовалась вынужденным перерывом, чтобы заглянуть в библиотеку. Смех так и разбирал меня, когда я возвращала книгу о деревьях, вспомнив, как Найфейн зачеркнул слово «ядовитые». Он не ошибся. Автор хитро вставил информацию о различных ядах в главы, посвященные деревьям.
Я взяла с полки книгу, которую собиралась передать Найфейну в следующий раз – после того, как узнала, что ему понравились мои комментарии. Говорить непристойности – или писать их – было для меня в новинку, и, хотя меня это очень возбуждало, существовала большая вероятность, что я выставляю себя полной дурой. Время покажет. Вряд ли Найфейн открыто признается, если ему что-то не понравится, но я, конечно, смогу понять это по его ответным комментариям.