Моров. Том 4 (СИ)

Моров вообще с людьми сходился откровенно плохо. Его словно бы не интересовало общество. При этом Иван Владимирович не отказывал в помощи никому, кто бы к нему ни обращался. И свою дружину исцелял, и дам из светского общества, и бывших военных, с которыми его знакомили.
Как бы ни пытался Солнцев въехать в рай на плечах Морова, Иван Владимирович поддерживал с ним чисто деловые отношения. Еще Завьялова пользовалась некоторым уважением со стороны Морова. Не ее супруг, а сама Евгения Андреевна, которую он не только слегка омолодил, но теперь еще и от смерти спас.
Остальным приходилось довольствоваться весьма высоким ценником за услуги Морова. И снижать свои запросы Иван Владимирович не собирался, несмотря на то, что тот же Большаков намеревался подложить под Морова собственную дочурку.
— Папа? — приподняла бровь ее императорское высочество. — Что-то случилось?
— Случилось, дорогая, — подтвердил государь, откладывая документы и протягивая руку к чашке с кофе. — Моров продолжает свое черное дело.
— Что на этот раз? — уточнила дочь, бросая взгляд на золотой цветок, установленный в комнате.
С подарком она старалась не расставаться. И хотя была еще молода, однако одно только присутствие омолаживающего артефакта делало ее куда более уверенной в себе. Матушка, хоть и не показывала вида, сильно завидовала дочери. В отличие от наследницы престола, ее императорское величество очень бы хотела себе такой же цветок.
— Мало ему было того, что у нас половина дворянок спит и видит, как становятся первостатейными красавицами, так теперь Иван Владимирович решил всем показать, что он святее всех святых вместе взятых, — с усмешкой произнес государь. — Он безвозмездно передал нам чертежи для артефактов массового исцеления.
Брови Варвары Викторовны приподнялись.
— Почему безвозмездно?
— Проявляет заботу о наших подданных, — вставила императрица, потягивая свой зеленый чай. — Пока вы с отцом решаете проблемы благородных, Моров решил зайти с другой стороны. Сперва продемонстрировал, как может лечить всех и каждого, заставив тем самым твоего отца обратиться с просьбой о создании артефактов, а потом подарил их, не попросив ничего взамен.
— А главное, все так совпало, что иначе и быть не могло, — заметил Виктор Константинович. — Он уже продал нам обелиски для моргов. Если бы не мы обратились к Морову за этим массовым исцелением, это сделали бы другие дворяне. И, как ты понимаешь, Варя, Иван Владимирович и им бы не отказал.
— И чем же это плохо? — уточнила ее императорское высочество. — Казна сэкономила огромные деньги, подданные получат исцеление такого уровня, о котором и благородные не могли и мечтать. Как мне кажется, все в выигрыше.
— Потому что он заставил Романовых просить о помощи, а потом отказался принять оплату, — с готовностью пояснила мать. — То есть мало того что выставил нас неспособными защитить собственное население слабаками, так еще и благородно не стал брать с нас за это денег. Прикрывшись заботой о подданных Российской Империи, он подчеркнул, что Моров-то заботится, а вот правящий род — нет.
Варвара Викторовна еще раз взглянула на свою розу.
— Мне кажется, вы преувеличиваете, — покачала головой она.
— Да? — усмехнулась императрица. — А как думаешь, дорогая, кто войдет в историю Российской Империи, чародей, который первым продемонстрировал массовое исцеление и подарил его простым людям, или император, который пошел к этому чародею с протянутой рукой. Отказ Морова от денег — это хорошая история для простолюдинов, они любят сказки. А Иван Владимирович ничего не делает бесплатно. Вспомни отчет, он даже за снятие проклятия с Солнцевых, своей родни, не постеснялся денег получить. Да, платили Легостаевы, но сути это не меняет.
Варвара Викторовна взглянула на отца.
— Но мы же не будем с ним враждовать? — с надеждой в голосе спросила она.
Государь покачал головой.
— Конечно, не будем, Варя, — подтвердил он. — Такие, как Моров, появляются хорошо если раз в поколение. Он способен многое изменить в нашем государстве, а тот факт, что власть его не привлекает, делает его еще более ценным. Так что я не постесняюсь заявить открыто, благодаря кому корона поставляет новые артефакты в больницы по всей стране.
 
Императрица посмотрела на супруга с неодобрением. Однако оспаривать мнение Виктора Константиновича не стала. Знала, что если он принял решение, его уже не переубедить.
— Но мы выразим ему благодарность по-своему, — не обращая внимания на супругу, продолжил государь. — Мне донесли, что он был крайне недоволен тем фактом, что кто-то пытался подделать его подарок, чтобы убить Завьялову. Следствие ведет на Балканы, и мне кажется, Иван Владимирович с радостью навестит этот проклятый край, чтобы найти автора подделки. Особенно после того, как я предоставлю ему все доказательства.
  
Глава 25
 
Московский особняк дворянского рода Завьяловых. Иван Владимирович Моров.
— Спасибо, что приехали, Иван Владимирович, — пожимая мою руку, произнес хозяин дома. — Вы не представляете, как много это для нас значит.
— Не мог же я отказаться от вашей просьбы проверить свою пациентку, — улыбнулся я.
— Да, — усмехнулся тот. — Евгения скоро спустится. Кофе?
— Не откажусь.
Мы прошли в библиотеку. Здесь я еще не был, так что потратил немного времени, чтобы осмотреться. Собрание сочинений у Завьяловых было неплохим, хотя кое-какие книги по магии и были, несмотря на древность, сомнительной ценности.
— Прошу, присаживайтесь, Иван Владимирович, — обратился ко мне Михаил Игоревич, когда прислуга сервировала для нас стол. — Пока ждем супругу, могу я спросить, что вы сами думаете об этом событии?
Я кивнул, занимая место в мягком кресле. С помощью телекинеза налил себе кофе и, сомкнув пальцы на чашке, я вздохнул.
— Мне не понравилось, что кто-то посмел прикрываться моим именем, — признался я. — И хотя я бы не отказался пожать этому умнику горло, однако понимаю, что срываться в бесцельные поиски — только тратить время. А потому, если мне подвернется случай, я отомщу, но самостоятельно расходовать ресурсы на поиски не стану.
Выслушав меня, Михаил Игоревич чуть нахмурился.
— Я так и думал, — заявил он.
На несколько секунд в библиотеке установилась тишина. Завьялов придвинул к себе блюдце с чашкой и сделал крохотный глоток напитка. На лице хозяина особняка возникло задумчивое выражение.
— Почему вы спросили? — обратился я к нему.
— Видите ли, Иван Владимирович, мне бы очень хотелось найти виновных в нападении на мою супругу, — заговорил он, не глядя на меня. — Вы же сами заметили — если бы она не носила в момент атаки ваших украшений, я бы стал вдовцом.
— Хотите отомстить? — уточнил я.
— Очень, — подтвердил Михаил Игоревич. — Но меня, увы, никто не отпустит. Моя должность не подразумевает силовых решений.
Он посмотрел на меня внимательным взглядом, после чего продолжил:
— Зато в моих силах организовать место для кого-то другого в свите нашего посольства. С самыми широкими полномочиями.
Я усмехнулся и покачал головой.
— Михаил Игоревич, я понимаю вашу боль. Но не стоит действовать опрометчиво. Меня заверяли, что службы Российской Империи ведут следствие. Какой смысл карать курьеров из условной Братиславы, если виноват заказчик? — озвучил я свои мысли. — Я предлагаю не пороть горячку, а дождаться результатов.
— Предлагаете мне надеяться на Службу Имперской Безопасности? — хмыкнул Завьялов. — Честно говоря, именно от вас я такого не ожидал.
Я пожал плечами.
— Несколько раз я действительно срывался, сразу же отправляясь к тем, кто на меня напал, — произнес я, сделав очередной глоток кофе. — Но это не совсем правильно. Учитывая же, что когда мы будем точно знать результаты расследования, можно будет серьезно сузить круг подозреваемых, будет намного эффективнее. Посудите сами, я никого не знаю за границей, а значит, придется выбивать правду из окружающих. Меня попытаются остановить, получится куча трупов. В итоге Министерство иностранных дел будет вынуждено просить меня остановиться. А это, учитывая подчинение императору, будет значить, что я получу приказ с самого верха. И либо я подчиняюсь, и моя месть не состоится, либо на Родину я могу не возвращаться.