Охотник на творцов (СИ)

Я вышел на лестницу… ну как лестницу — её развалины: дыры в ней в несколько раз больше, чем рабочая площадь. А тьма внизу чуть ли не ворочалась, настолько плотной была. Я потёр руки, стабилизируя себя в этом кошмаре. Вот со страхом высоты угадали.
— Только после тебя, — кивнул я Бруту на лестницу. Пусть проверит, не провалится там всё подо мной?
— Всегда пожалуйста, — Брут перепрыгнул на стабильный участок и, потоптавшись, продолжил путь. Я, сделав глубокий вдох и выдох, продолжил путь. А Брут развивал тему дальше: — А тебя не смущает, что моё присутствие — отклонение в твоей психике? Это не нормально! Это одна из граней сумасшествия! Тебя и всех из бара Блекджек надо лечить!
Треть лестницы оказалась позади, когда я понял одну неприятную вещь: тьма под лестницей и в самом деле ворочалась. Она была живая. И она состояла из тысяч и тысяч мелких пауков, которые, потревоженные моим движением, полезли наверх. Я ускорил своё движение.
— Брут, а я никогда и не утверждал, что адекватный и, более того, здравомыслящий человек. Я тебе скажу даже больше: каждый в той или иной степени безумен. Нормальных нет в принципе. Просто кто-то это признаёт и умеет скрываться. А кто-то нет и их ловят. Я же признаю свои странности — это помогает мне писать истории. Смею надеяться, неплохие.
Я не успел… Оставалась ещё пятая часть лестницы, когда пауки добрались до меня. Маленькие лапки едва ощутимо касались кожи, но их было много. Очень много. И они двигались очень быстро, забираясь под одежду. Казалось, они покрывали всё моё тело. Это было… в большей степени щекотно. Меня так и трясло то ли от отвращения, то ли от желания засмеяться. И подробный диссонанс не давал в полной мере испугаться. Похоже, Брут прав, я и в самом деле немного псих. Хотя рот пришлось захлопнуть — вот сожрать я точно ничего не хотел.
Именно эта мысль позволила мне преодолеть последний участок лестницы и никуда не свалиться. Я встряхнулся всем телом, сбрасывая пауков. Ступени вывели меня в холл особняка, всё такой же старинный и пустынный. Лишь скелет аккуратно сидел за столиком в соседней комнате. Но вот изучать его и тем более осматривать дом у меня не имелось ни малейшего желания. Некоторые тайны можно со спокойной душой оставить нераскрытыми. Я поспешил ко входной двери.
  
Глава 11. Или о том, почему кошмары полезны? (Часть 2)
 
К моему удивлению, она оказалась не заперта… Хотя будь иначе, я бы вышел через окно — страха портить вещи или нарушать закон по мере необходимости у меня не имелось. А вот улица… не удивила, даже немного разочаровала:
Постапокалипсис. Обычный. Выгоревшая, местами в кратерах лужайка у дома. Опалённые, пожухлые, местами сгоревшие или вырванные с корнем кусты ограды. Серое, затянутое свинцом и, кажется, проблесками багрянца небо. Заваленная обломками зданий и ржавыми, выгоревшими корпусами машин улица города… А вот какого именно определить невозможно — это оказался собирательный образ и нашего города, и мегаполиса, и захолустья южной Америки. Дома дальше тоже побитые, частично сгоревшие, а частично обрушенные. Местные жители гармонировали с местом: скелеты улыбались голыми черепами и валялись в самых неожиданных местах.
— Истинный ужас! Жизнь без мягкой туалетной бумаги и душистого мыла! — театрально возопил Брут, а затем, понизив голос, предложил: — Пока кошмар разочаровывает. Пошли в футбол черепами поиграем и остатки зданий порушим? Или на заборе чего-нибудь нарисуем!
— Брут, и откуда у тебя столь разрушительные наклонности! Это же не этично! — я не спеша вышел на улицу. — Разумеется, пошли!
Но не успели мы удалиться от дома и на сотню метров, как обнаружился комитет по встрече: из-за угла ближайшей высотки с выбитыми окнами и закопчённым фасадом вырулил мой Шеф. Не один. В том смысле, что моих Шефов… то есть демонов или монстров, очень на них похожих, там было около дюжины. Однако стоило им приблизиться, как я был вынужден признать: Шеф по сравнению с ними — супермодель. У монстров было нечётное количество конечностей и глаз, причём расположенных в разных местах; плоть покрыта язвами и местами потрескалась до кости, из ран капает кровь и гной; тряпки, заменяющие одежду, заляпаны кровью и потрохами. И поскольку в руках одних начало разгораться магическое пламя, а другие стали доставать мечи, топоры и другие большие смертоубийственные железяки — меня видеть были не рады.
 
Я на всякий случай оглядел себя. В простенькой, но всё же одежде. Публичного оголения я мало боялся. Нет, это, конечно, страшно, но эмоции сильно притупляются после первой пробежки. Даже получаешь удовольствие от ветерка в отцензурированных местах. Главное, помнить наизусть номер начальства, чтобы полиция не закрыла тебя в каталажке до конца времён с криминальными личностями, чья ориентация не соответствует твоей. Но сейчас важно, что при мне никакого оружия.
Я сорвался с места быстрее многих спринтеров, на ходу потирая руки. Требовалось вернуться в дом, откуда начался мой кошмар — там я хотя бы понимал происходящее!
Но не успел я добежать, как по ушам грохнул звук выстрелов. И следом крики демонов. Я невольно обернулся. А потом затормозил. Из окон и крыш разрушенных зданий по демонам вёлся огонь. Довольно плотный огонь из автоматического оружия, плазменного, лазерного и бог знает ещё какого. В любом случае очень эффективного, так как растянувшуюся вереницу демонов разметало. Некоторых в прямом смысле слова. Как говорится: кровь, кишки, распидо… кидало. Брызги долетели даже до меня, запачкав штаны.
— Так… а вот это непонимание ситуации меня начинает действительно пугать, — тихо шепнул с плеча Брут.
И вновь я не успел ничего сделать, как меня схватили за плечо. Я на рефлексах попытался вывернуться и ударить в ответ, но мой удар заблокировали. А я к тому времени увидел с кем сражаюсь: невысокий мужчина, — возможно, подросток — закутанный в камуфляж так, словно пародировал мумию, а технологических приблуд и оружия на нём было навешано больше, чем на новогодней ёлке. Выглядывали лишь серые глаза.
— Давайте за мной. Я помогу.
— Ты кто? Что происходит? И чего тебе надо? — я не спешил поддаваться уговорам первого встречного. Я ещё не забыл, что нахожусь в собственном кошмаре и любая помощь здесь вдвойне подозрительнее нападения.
— Меня прислали за вами. С вами хотят встретиться. Мои товарищи прикроют наше движение, — затараторил парнишка, а потом сорвал с разгрузки один из стволов и протянул мне: — Возьмите. Здесь много монстров. Их придётся часто уничтожать.
Передача оружия стала для меня символом, что существу можно доверять. По крайней мере пока. Проверив оружие, я двинулся следом за парнем короткими перебежками, пригибаясь от укрытия к укрытию. С учётом моего наряда выходного дня чувствовал я себя невероятно глупо.
Однако все мысли вылетели из головы, когда произошло следующие нападение демонических существ. Отвратные твари со множеством клыков и капающей слюной, порой переходящие на четыре конечности для ускорения. Я, не задумываясь, открыл огонь, и горящие красным глаза монстров быстро потухли.
Каждые несколько сотен метров приходилось отстреливаться. А если напор уродцев был слишком сильный, то нас прикрывали огнём из соседних зданий, превращая всех противников в неаппетитный фарш. Зрелище было омерзительное, но всех участников захватил азарт и безбашенное веселье… В последний раз я видел подобное, когда несколько бандитов Геймера были одержимы после хоррор-игры. И это воспоминание отрезвило.
— Сергей, смотри, — вновь не дал мне поймать мысль за хвост Брут, когда мы вырвались на небольшую городскую площадь.
Я проследил направление взмаха его хвоста и мгновенно понял на что он указывает: старик в грязных лохмотьях и покрытый струпьями, заросший и полуслепой, без одной ноги, сидел на картонке у угла очередного здания и просил милостыню. В мире монстров… Я направил на него оружие, но парнишка проводник резко дёрнул мою руку вниз и зашептал: