Последний дракон Востока. В нитях любви
На меня несся солдат. Я не видел его лица – лишь цвет брони. Бледно-голубой металл резко контрастировал с моим алым. Он бросился вперед с яростным боевым кличем, изо рта летели брызги слюны, меч взвился в воздух. Я отшатнулся. Лезвие просвистело у самого глаза – близко, слишком близко.
В спешке я выхватил меч, пальцы так сильно дрожали, что я едва не выронил проклятую штуковину. Наши клинки встретились – это была чистая случайность, но я сумел парировать удар. Грохот стал отзываться дрожью в костях.
– Стой! – крикнул я, спотыкаясь и пятясь назад, но тут же повалился на землю, запнувшись о груду тел. – Прошу, я не хочу драться!
Противник вновь бросился на меня, не обращая внимания на мольбы. Неужели это конец?
Капитан прорвался вперед, рассекая мечом воздух с такой скоростью, что я не успел даже уследить за движением. Кровь солдата брызнула в воздух, обдав мое лицо и доспехи алым дождем. Я почувствовал во рту металлический привкус крови, и меня стошнило прямо себе под ноги.
– Вставай, болван! – гаркнул капитан Тянь.
Но я был слишком напуган, чтобы сдвинуться с места.
– Ты что, совсем рехнулся?! – прошипел капитан Тянь, подбежав ко мне и сжав мою руку.
– Это безумие! – закричал я в ответ. – Я не смогу!
– Сражайся или умри, трус!
Мимо уха пронеслась стрела. Она попала точно в цель – наконечник был настолько острым и тяжелым, что пронзил грудную клетку капитана насквозь с влажным хлюпающим звуком. Он повалился набок, еще живой, но явно застывший от неожиданности.
Стена солдат Севера позади не останавливалась. Они продолжали движение вперед, наступая на врага с поднятыми мечами и копьями. Солдаты протискивались мимо меня, шли прямо по телу капитана, не проявляя ни малейшей жалости к раненому товарищу. Я был так близко, что слышал, как он хрипит.
На мгновение мне захотелось сбежать. Мог бы вернуться домой, подальше от этой бессмысленной бойни. Матери я был нужен куда больше. Я находился не на своем месте и не хотел браться за навязанную мне задачу. Мое сердце не испытывало симпатии к человеку, который умирал прямо передо мной, и все же… Я схватил его под руки и оттащил с дороги к краю поля боя. Несколько раз поскользнулся, ботинки съезжали по земле, пропитанной кровью. От запаха меня сильно мутило.
– Г-глупец, – прохрипел капитан. Каждое слово давалось ему с невероятным усилием. – Оставь меня… умирать.
– Лежи спокойно, – отрезал я. – Лекарь! Нужен лекарь!
Мир вокруг меня закружился. Я не мог сосчитать тела, которых становилось все больше. Наши потери были велики, но у врага – еще больше. Нам хотя бы выдали доспехи, пусть и сомнительного качества, а эти люди выглядели как обычные крестьяне, призванные в последний момент. Мы превосходили их числом: двадцать к одному. Императорская армия не оставляла им и шанса. Но именно жестокость наших воинов заставляла мою кровь стыть в жилах.
Даже когда южане подняли белые флаги, бой не прекратился. Головы слетали с плеч, их владельцы исчезали в бурлящей мясорубке сражения. Юные и старые, без разбора, пронзались насквозь. Одни молили о пощаде, другие уже смирились со своей гибелью.
Вокруг меня красные нити раз за разом темнели, превращались в черные, а затем исчезали вовсе. Клянусь, в тот миг я услышал тысячи голосов сразу – все они рыдали. Отцы, братья, сыновья, возлюбленные падали один за другим, так и не вернувшись домой.
Из тягостных мыслей меня вырвал капитан Тянь, вцепившийся в мой воротник. Дрожащие пальцы капитана выдернули из-за пояса свиток, вдавили его мне в грудь.
– Твой приказ [24], – выдохнул он. – Выполни поручения.
– Не трать силы, – сказал я. – Я найду тебе лекаря.
– Иди, воин! – взревел он, напрягая последние силы.
– Я не могу бросить тебя здесь!
На его лице вдруг отразилось странное спокойствие. Он смотрел в небо пустым взглядом, опухшие и посиневшие губы едва шевельнулись.
– Его… императорское величество… дал мне обещание…
Я наклонился ниже, изо всех сил вслушиваясь в его шепот. Удивительно, что он еще держался.
– Обещание? О чем ты?
– Он… пообещал… что моя семья будет в безопасности… Я должен был… довести тебя… за границу…
– Потерпи, – выдохнул я. – Потерпи еще немного. Я найду чешую дракона… Она сможет тебя исцелить и…
Глаза капитана оставались открытыми, но в них больше не было жизни – темные, пустые колодцы. Его пугающая неподвижность стала для меня вторым знаком. А то, как его красная нить почернела, а затем рассыпалась в прах, – третьим и последним.
Я медленно поднялся, сжимая в руке свиток с приказом императора. Одежда была грязной, измазанной землей, пропитанной потом и запекшейся кровью. Войска добивали последних выживших из армии Южного царства. Те, кто не сражался, были заняты грабежом припасов и складыванием тел в один огромный костер. Никто не обращал на меня никакого внимания.
Я буквально заставил себя двигаться вперед, шаг за шагом. Спотыкаясь, подошел к ближайшей боевой лошади. Темно-бурой кобыле, с накидкой на спине, что была расшита цветами императорского дворца. Но всадник отсутствовал. Скорее всего, он был уже мертв.
Осторожно я похлопал лошадь по шее, пытаясь рассеять густую пелену в собственной голове. Мне предстояло двигаться дальше на Юг, чтобы узнать, существует ли дракон на самом деле. Вряд ли в крупный город – лучше выбрать небольшую деревню, где можно будет затеряться. Весть о наступлении императорской армии разлетится по торговым путям быстрее, чем дойдет до удаленных поселений. Я содрогнулся, вспоминая все, что увидел, с ужасом осознавая, что моя родная армия творит во имя императора.
Запрыгнув в седло, я крепко сжал поводья и ударил пятками по бокам кобылы. Мне нужно было опередить солдат, пока они не сожгли все дотла. Я не смогу собрать информацию, если не останется никого, кто мог бы ее дать.
– Эй! – раздался резкий окрик.
Я обернулся. По высоким красным перьям на шлеме сразу понял, что передо мной офицер высокого ранга.
– Куда ты собрался? – рявкнул он. – Наш приказ – не оставлять в живых никого.
Я посмотрел на него с ужасом.
– Я не стану участвовать в этом безумии.
– Немедленно спешиться! Иначе будешь обвинен в неподчинении!
– Пусть так, – горько бросил я.
– Дезертир! – закричал он, выхватывая меч. – Предатель!
Я хлестнул поводьями, заставляя кобылу сорваться в бешеный галоп, оставляя за спиной кровавую бойню.
Глава 7
Теплые ветра, дующие с моря Альбеон, даровали Южному царству Цзянь тропический климат. Воздух здесь был не сухим и разреженным, как в Западных Пустошах, а скорее влажным и тяжелым, с удушающим запахом. Даже в зимние месяцы влага в воздухе прилипала к коже, образуя пленку. Я не привык к этим густым джунглям и к мерзким кусачим насекомым, что обосновались в листьях и на ветках деревьев.
Моя боевая лошадка пронесла меня далеко, как минимум на сто ли. Усталость наступила только тогда, когда солнце оказалось прямо в зените. Я не отдыхал с той ночи, когда был у доктора Ци, и теперь мое тело ломило от путешествия и всего, что пришлось пережить за последние два дня.
Запах крови застрял в носу. Крики умирающих мужчин до сих пор гудели в голове. Каждый раз, как только я закрывал глаза, видел безжизненные глаза капитана, что смотрели прямо на меня. «Предатель!»
Я провел влажной рукой по груди, чувствуя, как тяжело бьется сердце, отдавая глухой болью по ребрам. Что, если до А-Ма дойдут новости? Она сойдет с ума, узнав, что ее сын пропал и потерялся в бою, отправившись на войну. Ее нервы не выдержат. Сначала муж, а теперь и сын… Доктор Ци погиб, никто не сможет дать ей должного ухода.
Я буквально заставил себя сделать глубокий, хоть и прерывистый вдох. Нет. Никто, кроме императора Жуна и капитана Тяня – второй теперь уже мертв, забрав с собой все свои секреты, – не знал, что я здесь. Насколько я понимал, мое имя никогда не было внесено в военный реестр. У меня не было ранга, не было подразделения, к которому я бы принадлежал. Я пробыл в Шэяне меньше суток, так что сомневаюсь, что другие солдаты могли бы меня узнать или вспомнить про мой побег. Мое задание – секрет, как и мое местоположение. Чем быстрее я найду этого дракона, тем быстрее смогу вернуться домой.