Чёрный пёс (СИ)

Но это я забегаю далеко вперед. А если идти по хронологии, то после очередных выборов Министра Магии, на которых с огромным отрывом победил Квиринус Квиррелл, в стране начались долгожданные реформы. Первым делом было изменено школьное образование. Посещение младшей школы волшебников стало обязательным для всех одаренных детей, а программа Хогвартса значительно расширилась. Были возвращены убранные ранее дисциплины, а также добавились основы маггловских наук, способствующие более глубокому пониманию принципов работы волшебства.
  
К слову, новым директором Хога стал Руквуд. Как он не доказывал Лорду, что принесет больше пользы, организовав собственный научно-исследовательский институт на базе Отдела Тайн, но Квиринус не внял мольбам бывшего невыразимца, заявив, что у него попросту нет достойной альтернативы. Я тихо злорадствовал, а Август, сдавшись под напором аргументов, устроил свое седалище в директорском кресле и быстро заставил школу расцвести. Не испытывая недостатка в средствах, маг восстановил древний замок на радость домовикам и ученикам, выстроил новое крыло и создал-таки собственную лабораторию, в которой энтузиасты-старшекурсники под контролем опытных волшебников изучали принципы мироустройства.
Поначалу Руквуд страдал, проклиная чертову бюрократию. Но с помощью своей любимой супруги, сменившей МакГонагалл на посту заместителя директора, быстро сумел разобраться в механизмах документооборота, а дальше втянулся в работу и начал получать от нее удовольствие. Во всяком случае, когда пару лет спустя Министр поинтересовался, не желает ли Август уделить всего себя науке, тот ответил уверенным отказом. Что и не удивительно - бывший невыразимец нашел свое призвание, став тем директором, при котором Хогвартс вернул себе былое величие.
И это не просто слова! После реформ в британскую школу хлынул поток иностранцев, многие из которых перебирались на острова вместе со своими родителями, вливая свежую кровь в вены волшебного общества. Количество учащихся уже на второй год директорства Руквуда увеличилось в полтора раза и продолжало стабильно расти. Что касается Минервы, старая кошка очень вовремя ушла в декрет, где надолго задержалась. Ну а ее котята неизменно радуют меня своими успехами и придают вдохновения для новых интересных экспериментов.
Раз уж я вспомнил о крови, сразу упомяну о вейлах и прочих магических существах, которые после прихода к власти нового Министра начали рассматривать Британию в качестве неплохого места для постоянного проживания. Несмотря на неудачу с испытанием для Европейского Анклава в виде лишения Дамблдора почетного кресла Председателя Международной Конфедерации магов, Лорд предоставил пташкам шанс отыграться, и те его не упустили. В результате мы получили молодых, красивых, а главное - ценных специалистов, которых намертво привязали к нашим доверенных людям духовной супружеской связью, а «в обмен» на такой подарок приняли закон, приравнивающий птицеоборотней к полноправным магам. Европейские пташки праздновали победу, мы же довольно потирали руки - демографическая проблема начинала потихоньку решаться.
Не успела улечься общественная шумиха по поводу ломающего традиционные устои нормативного акта, как Министр подписал новый указ, разрешающий официальные браки волшебников с представителями магических народов. И первым магом, воспользовавшимся этой возможностью, стал Антонин Долохов, зарегистрировавший союз с Жанетт Дюран и Люсиль Саммерс. Проигравший Тони в дружеской жеребьевке я стал вторым, оформив свой брак с Шивой Блэк, в девичестве Минеко. Ну и попутно получил вторую красивую бумажку, официально подтверждающую мои супружеские узы с Беллатрикс Блэк. Третьим в ряду счастливчиков стал Регулус, юридически подтвердив женитьбу на Буке Блэк, вид которой мы обозвали как Ales Elphias Novus - Новый Крылатый Эльф. Ибо на пикси преобразованная Бука никак не тянула.
Сразу после этого в нашей семье случилась шикарная свадьба по старым традициям, которую организовали Трикси на пару с Вальбургой. И хотя приглашенных на торжество немного смущал тот факт, что мои супруги находились на девятом месяце беременности, само мероприятие прошло очень достойно. Даже с дракой, которую по старинным русским обычаям учинил Долохов. А на торжестве Антонина, которое состоялось всего через день, уже я показал, как умеют развлекаться Мародеры, и летающие свиньи в балетных пачках были далеко не самым запоминающимся моментом на празднике Долоховых.
Регулус устраивать пышную церемонию постеснялся, поэтому официальный брак моего брата мы тихо отметили в кругу семьи и друзей. А самая грандиозная свадьба получилась у нашего Министра Магии. Но только потому, что Квиринус благодаря имеющимся у него полномочиям объявил этот день государственным выходным. Само торжество проходило в Министерстве, куда был открыт доступ любому желающему. Супруга министра блистала, не скрывая свой огромный живот, в котором обитали двойняшки, зачатые в день возрождения Вальбурги.
К слову, никаких казусов насчет возвращения волшебницы в свет не возникло – об этом я позаботился еще при написании своей «Исповеди». Поскольку официально смерть Железной Леди никто не зафиксировал, пропажу матери с глаз магической общественности я оправдал вынужденным затворничеством, а сообщение о ее гибели - уловкой для подлого Дамблдора, желающего стереть род Блэк с лица Земли. Читатели этим объяснением удовлетворились, ну а драконьи рожки, которые Вальбурга даже не думала прятать, отнесли к милым странностям Леди. В сравнении с Августой Лонгботтом, которая приперлась на праздник с чучелом птицы на голове, серебряное украшение миссис Квиррелл выглядело очень даже прилично.
Упомянув новые законы, нельзя не отметить, что им обрадовались не только вейлы. Оборотни тоже получили шанс на достойную жизнь. Выкроив свободное время, я внимательно изучил перевертышей и быстро обнаружил причину их способностей - особую духовную бактерию, которая обитала в тканях энергетической составляющей ликантропов. Этот странный микроорганизм того же класса, что и использованные Дамблдором паразиты, явно занесенный на Землю из параллельного или перпендикулярного мира, имел возможность накапливать в себе силу, высосанную из окружающего пространство. А раз в месяц выплескивал ее в тело оборотня, изменяя его и побуждая разносить «заразу» - именно такой механизм размножения был заложен в духовную бактерию.
Что любопытно, эти микроскопические симбионты в спокойный период воздействовали на организм носителя исключительно положительно. Распространяясь по тканям души, они придавали ей свойства энергетической оболочки обычного сквиба. Отсюда – возможность видеть проявления магии, повышенная регенерация, крепкое здоровье, большая продолжительность жизни, высокая чувствительность рецепторов и так далее. Единственная проблема - потеря разума во время обращения, но она оказалась решаемой.
Мне не составило труда на основе блокировочного комплекса вейловских артефактов создать специальный ограничитель для ликантропов, перманентно откачивающий избыток силы из их духовных оболочек. Причем эта энергия не просто хранилась во вместительных магических накопителях, а могла быть пущена в дело. Мои амулеты, словно обычные волшебные палочки, позволяли оборотням использовать простенькие заклинания, что повысило их ценность как наемных работников и существенно облегчило жизнь ликантропам.
Дождавшись, когда будут завершены официальные исследования, а именитые специалисты признают, что мои артефакты гарантированно предотвращают заражение, Министр выдал постановление снабдить каждого оборотня страны моими поделками за счет государства. А после запретил пребывание больных ликантропией на территории Британии без них. И с момента вступления закона в силу любого оборотня, который не носит браслеты с моим клеймом, ожидала немедленная ликвидация, как опасного террориста, сознательно содействующего распространению заразы.
  
Поскольку размножались духовные бактерии только в период выброса силы, подчиненного лунному циклу, половым путем ликантропия не передавалась, так что оборотни из презираемых изгоев превратились в некие подобия обычных сквибов. Только в физическом плане более сильных. А благодаря возможности колдовать даже заняли место на ступеньку повыше, что для страны оказалось намного полезнее, чем массовое излечение. Этот момент мне популярно разъяснил Квиррелл, когда я предложил попросту уничтожить своей силой заразу в душах ликантропов. Либо создать амулет, генерирующий губительное для паразитов излучение, который сделает это за меня.