Чёрный пёс (СИ)

Видя, что кошачья истерика не прекращается, Беллатрикс решила использовать уже проверенный мною способ. Она просто поцеловала Шиву и продолжила играться с ее губами и языком до тех пор, пока Котенок не начала робко отвечать девушке. Когда же рыдания стихли, а знакомый мне ужас покинул сознание моей младшей супруги, любимая нежно вытерла слезы с зареванного лица аякаси и мягко заявила, глядя на нас:
  
- Забудем это! И твою оплошность во время тренировки, и твою наглую ложь, Сири. Просто оставим все в прошлом. Однако для того, чтобы впредь подобного не повторялось, в нашей семье установлено соответствующее наказание. И чтобы избежать перспективы сегодня ночевать на диване, вам двоим придется постараться, вылиз… хм… вымаливая себе прощение!
В голосе кузины слышалось торжество, однако ее эмоции говорили об обратном. Трикси испытывала острое чувство вины и сожаления за то, что, пойдя на поводу у своих чувств, причинила ощутимую боль Шиве, получившей вчера сильную психологическую травму, которая наверняка еще долго будет аукаться кошке.
«Прости! - донеслась до меня жалобная мысль Беллатрикс. – Я не предполагала, что она так остро отреагирует!»
«У Котенка проси прощения!» - парировал я.
Продолжая ласкать ушки успокоившейся кошки, кузина прикрыла глаза. Не представляю, что там она говорила Шиве, но постепенно аякаси расслабилась и даже несмело улыбнулась. Дождавшись, когда девушки мысленно наобщаются и окончательно разберутся в своих чувствах, я объявил:
- Раз уж мы затронули эту скользкую тему, Шива, прогуляешься со мной в гараж? Мне бы хотелось еще разок взглянуть на тот твой прием с впрыскиванием силы в энергетику противника.
- Я бы тоже не отказалась на это поглядеть, - охотно поддержала меня кузина.
Облегченно улыбнувшись, Котенок отложила книгу и поднялась с кресла. Подхватив девушку за руки с двух сторон, тем самым демонстрируя свою поддержку, мы повели аякаси в экранированную область, оставив ошеломленных и несколько смущенных нашими семейными «разборками» метаморфов с пикси обсуждать случившееся. Я же в этот момент подумал, что наша связь – вовсе не панацея, способная уберечь нас от семейных скандалов. Несмотря на то, что магия сделала нас намного ближе друг другу, мы остались собой. Цельными личностями с индивидуальными характерами и собственными тараканами в головах.
Оказавшись в гараже, я создал примитивную боксерскую грушу – копию той, что все еще стояла в нашей комнате и использовалась Трикси в качестве оригинальной вешалки, и указал на нее кошке. Сосредоточившись, аякаси нанесла быстрый и резкий удар в грудь манекену, от чего последний тут же развеялся. Однако мое духовное зрение позволило засечь момент выброса силы, которая оказалась самой обычной, не оформленной в заклинание магической энергией Шивы. Той самой, с запахом морозного утра. Но почему она демонстрировала на мне эффект, который я наблюдал после длительного взаимодействия на ткани духовной оболочки волшебника чужой души?
- Можешь еще разок? – попросил я, воссоздав манекен.
Котенок охотно повторила, продемонстрировав тот же выброс силы, однако я так и не смог сообразить, почему после подобного удара разрушились ткани моей души. Он же даже внешний слой оболочки не должен был пробить!
- А теперь еще разок, но я понаблюдаю за твоими ощущениями изнутри, - сказал я, создал очередную грушу для битья и скользнув сознанием по супружеской связи в разум Шивы.
Оказавшись в теле девушки, я открыл себя ее чувствам и смог-таки уловить нюанс в исполнении специфической техники. Да, никакого заклинания не было, однако Котенок в самый момент нанесения удара сознательно формировала острый штырь из выплеснутой силы. Учитывая же тот факт, что сила аякаси изначально имела «духовный» спектр и могла, подобно непростительным, воздействовать на энергетическую оболочку противника, результат выполненного приема был закономерным – фатальное повреждение тканей. Уверен, такие «душевные раны» могли заживать месяцами, принося пострадавшим от кулачков кошки невыносимые муки.
Вернувшись в собственное тело, я уже привычно воссоздал манекен и тут же развеял его аналогичным ударом, сопровождаемым тем же выбросом силы. Против волшебников такой прием мне вряд ли пригодится – их безопаснее «гасить» дистанционно, а если и удастся подобраться на близкое расстояние, намного логичнее использовать более мягкие методы, не повреждающие «шкурку» ценной добычи. А вот в сражениях с аякаси продемонстрированная Котенком методика окажется очень серьезным аргументом. Особенно если добавить в нее побольше силы.
- Спасибо за науку, Шива, - сказал я радостной аякаси и уважительно ей поклонился.
Котенок тут же отзеркалила поклон и заявила с широкой улыбкой:
- Рада была помочь, Сириус-сама!
- А сейчас можешь выполнить еще одну мою просьбу? – поинтересовался я, снимая пиджак с жилеткой, защитные руны на которых могли помешать моей задумке.
- Да, конечно! Все, что угодно!
- Ударь меня!
Улыбка быстро сползла с лица аякаси.
- Что? – испуганно переспросила она.
- Ударь меня! – терпеливо повторил я. – Точно так же, как ты била манекен. С направленным выбросом силы.
- Но, Сириус-сама…
- Не спорь! Просто сделай это!
Стоявшая рядом кузина решила поддержать недоумение кошки:
- Любимый, может, не надо? Мы все знаем, что ты крепкий. Зачем лишний раз это проверять?
- Это нужно Котенку, - пояснил я Трикси. – Она все еще приходит в дикий ужас от мысли, что могла меня убить. И это осознание в дальнейшем будет отравлять ей жизнь. Я же хочу, чтобы она наглядно убедилась в том, что даже при желании не сможет причинить мне серьезного вреда, а ее оплошность действительно была сущим пустяком, по поводу которого не нужно переживать. В моих планах на будущее значится обучение премудростям контактного боя. А как я могу нормально овладеть всеми необходимыми приемами, если моя наставница постоянно будет сдерживаться и опасаться работать в полный контакт, переживая, что ненароком может лишить меня жизни. От этого страха нужно избавиться раз и навсегда! Потому… бей, Котенок! Давай, сделай это!
Однако в ответ я получил от аякаси лишь полный мольбы взгляд. И тогда, вздохнув, я прибегнул к запрещенному средству:
- Хочешь спать на диване?
Это помогло. С сомнением девушка осторожно стукнула меня в грудь.
- Я в последний раз прошу, ударь меня нормально! – теряя терпение, воскликнул я.
Зажмурившись, кошка скривилась и провела тот самый прием. Вот только сейчас я ждал его и смог заранее задействовать свой «насос», поглотив выброс силы. И хоть она успела задеть внешний слой энергетической оболочки, но даже не сумела повредить его. Удивленная Шива, не получив от меня по связи дикой боли, распахнула глаза и удивленно воззрилась на свой кулак.
- Еще раз, - попросил я. - Только сильнее.
Уже не зажмуриваясь, Котенок выполнила мою просьбу. И снова моя способность к поглощению силы оказалась на высоте. Она впитала формирующийся шип еще до его контакта с тканями души, а в момент касания девичьих пальчиков еще и попыталась высосать силу из самой аякаси, подарив той фантомные ощущения ожога.
- Это – все, на что ты способна? – с усмешкой протянул я. – Ну же, постарайся, Котенок!
И девушка постаралась. Призвав в помощь свою возросшую силу, она ударила меня в грудь, отбрасывая к стене. На краткий миг из ее конечности вырос длинный и яркий клинок, видимый даже в обычном спектре, который попытался пронзить меня насквозь. И частично ему это удалось – разрезав внешнюю оболочку, он на пару сантиметров вонзился в кристалл моей души, заставив тот пустить трещину, но тут же впитался в поврежденные ткани, которые благодаря этому даже не успели превратиться в серый кисель.
  
Извернувшись, я ухитрился встретиться со стеной руками, а не затылком, после чего плеснул на место разреза целебную магию, которая за пару секунд не оставила ни следа от трещины и от болевых ощущений, которые мне принесла травма. Утвердившись на ногах, я почесал солнечное сплетение, куда пришелся удар, и поинтересовался у ошарашенной Шивы: