Чёрный пёс (СИ)

- Сириус, скажи, у тебя в родословной случайно вампиров не было? – осторожно поинтересовался Долохов.
- Насколько мне известно, нет, - ответил я русскому, смывая в раковине кровь с подбородка. – А как оно на самом деле – Мерлин его знает. Блэки – род древний, темный… Кстати, ты бы прекращал выгуливать своего слоника! Вон в той вазочке лежат три палочки – подбери подходящую и организуй себе одежду. Трикси, принесешь из кабинета начальника еще одну маску с мантией, пока я приберусь тут?
  
- Конечно, - отозвалась кузина.
Махнув палочкой, девушка заботливо удалила с моей одежки незамеченные мной мелкие пятнышки крови и покинула кухню, подарив на прощание еще один восхищенный взгляд – видимо, мои слова о вампирах она не пропустила мимо ушей. Что поделать, девочки любят плохих парней!
- Так вы с Бэллой…? – Антонин, с помощью специфических медицинских заклинаний раздевающий иссушенный труп, не рискнул закончить фразу.
Ну да, этикет магической аристократии – дело такое. Ляпнешь в запале что-нибудь, способное запятнать честь другого рода, а потом оглянуться не успеешь, как тебя уже раскатывают тонким слоем по дуэльной площадке. Поэтому чистокровные маги с молоком матери впитывают простую истину, что иногда лучше жевать, чем говорить. Хотя, правильнее будет говорить, «впитывали», ведь порядки нынче не те, что были каких-то полсотни лет назад… Эх, брюзжу, словно какой-то старик!
- Пара, - твердо заявил я, оттаскивая раздетую Антонином мумию в неприметный уголок. – Мы с Трикси – пара. Так что не стоит тянуть к ней свои шаловливые ручонки, даже если сильно захочется. А захочется сильно – сейчас гормональный баланс у тебя как в лучшие годы, при том, что психика порядком успела забыть про необходимость сдерживания основного инстинкта.
- А как же Лестрейнджи? – поинтересовался Долохов.
- Лестрейнджи не переживут этот день! У них накопилось слишком много неоплаченных долгов перед родом Блэк. И да, в присутствии Трикси данную тему поднимать не рекомендую.
Пытавшийся натянуть на свое мускулистое тело рубашку почившего аврора Антонин согласно кивнул:
- Ясно. Значит, инцест – дело семейное? – увидев мой хмурый взгляд, маг поспешно поднял руки. – Расслабься, я ничего не имею против! Мы же не магглы, в конце концов. Да и родство ваше не настолько близкое, чтобы переживать по этому поводу. Наоборот – таким способом в давние времена кровь усиливали. Это в последние лет триста чистокровные маги предпочитают отдавать девушек в другие рода, чтобы подтвердить союзные договора или упрочнить политические связи… Хотя, исключения бывают. К примеру, Гонты – дальние потомки Слизерина благодаря браку двоюродных брата с сестрой умудрились не только сохранить в роду доставшееся от Салазара умение общаться со змеями, но и обеспечили своим потомкам недюжинный талант ментальной магии.
- И где теперь эти потомки с талантами? – иронично поинтересовался я. – Из всей семейки заштатных фермеров остался только Морфин, который много лет гнил в одной из здешних камер, пока не отправился на тот свет. Плачевный финал для наследников самого Основателя.
- А как же Том? – стоял на своем Долохов.
- А у нашего Лорда совсем другая фамилия! И как знать, вдруг сила, лидерские качества и организаторские способности достались ему от отца-маггла?
Да, я откровенно играл с огнем, однако лучшего способа проверить адекватность исцеленного мага придумать не смог. Мне нужно было понять характер Долохова и определить степень доверия, которое я ему окажу. Ведь полагаться на фанатика чистой крови в нашей ситуации будет откровенным самоубийством. И выяснить этот момент нужно прямо сейчас, пока у меня есть свобода маневра.
- Ну, ты не путай грешное с праведным! – протянул Антонин, не спеша брызгать слюной и обвинять меня в святотатстве. – Одними талантами сыт не будешь, знания нужны и воспитание соответствующее! Гонты таким похвастаться не могли. За века после принятия Статута их род растерял все свое состояние, скатившись на самое дно. Оттого и внешностью они были сильно на любителя. Бытие определяет сознание – слыхал, наверное? Одной только Меропе удалось вырваться из этого болота и родить Тома, который получил прекрасное образование в Хогвартсе. Причем не нынешние огрызки, а полное, довоенного образца. Вдобавок как личность он формировался, вращаясь в кругу магической элиты, беря пример с лучших. Том словно губка впитывал основополагающие традиции древнейших семейств Британии, и в конечном итоге заставил всех уважать себя. Не по факту происхождения, а за реальные достижения. Старым семьям было плевать на его папашу-маггла – они четко видели, что в Лорде течет кровь Слизерина!
Скрестив руки на груди, я внимательно слушал Антонина, устроившего мне мини-проповедь на тему величия Лорда, и гадал – сам Долохов выбрал себе кумира или всему виной упомянутый талант Тома в ментальной магии. И пусть я окатил его мозги щедрой порцией исцеляющей магии, но Трикси права – чужое воздействие могло тупо оказаться сильнее.
- Ладно, я спорить не стану, древняя кровь без соответствующих условий не может стать гарантом гармоничного развития мага, - спокойно произнес я. - Но в таком случае, верно и обратное – какой-нибудь среднестатистический магглорожденный или полукровка при наличии хороших учителей вполне способен потягаться с отпрыском древнего рода. Спрашивается, зачем тогда нужно само определение чистой крови?
- Дружище, ты утрируешь! – улыбнулся Тони, натягивая сапоги. – Медведя тоже можно научить на велосипеде кататься, но человеком он от этого не станет. Чистая кровь – это показатель не столько величины магического дара, сколько его качества. Да, обычный магглорожденный при наличии хороших учителей и отсутствии препятствий в обучении сможет освоить высшую ритуалистику, но на это у него уйдет лет двадцать ежедневных изнурительных тренировок. А какому-нибудь Малфою на это потребуется не больше пяти. Причем он не будет рвать жилы, не станет тренироваться до потери сознания, а на чисто интуитивном уровне, благодаря магии в своей крови выработает умение видеть правильность действий. И вообще, глупо сравнивать ныряльщика с дельфином. Для одного вода – это препятствие, которое он покоряет с помощью специальных средств, а для другого – дом родной. Так и с магией.
Вспомнив, как в каноне толком не обученный школьник Драко починил уникальный артефакт высшей категории сложности, я понял, что слова Антонина имеют смысл, и задумчиво покачал головой:
- А хорошо сказал… дельфин!
- На том стоим! – оскалился Долохов, смахнув с плеча воображаемую пылинку.
И тут на кухне появилась Трикси, протянув Антонину маску с черной мантией. Вот же, лиса хитрая! Точно подслушивала за дверью, позволив нам без лишних свидетелей померяться размерами достоинств и найти общий язык. Вот и славно! Исцеленный пожиратель показал себя с самой лучшей стороны, так что мне можно было оставить опасения. Подмигнув кузине, я выдал Долохову амулет-медальон и провел краткий инструктаж по его использованию. Судя по нетерпеливым кивкам, Тони прекрасно представлял не только особенности его применения, но и наверняка сам мог создать нечто подобное.
- Раз уж мы вспоминали Гонтов, ты случайно не знаешь, где находится их родовое гнездо? – спросил я у Антонина, надевая свою маску.
- Где-то в окрестностях Литтл-Хэнглтона, точного адреса не назову. А тебе зачем?
- Том оставил там кое-что очень ценное, что нам обязательно нужно будет забрать, - честно ответил я, направляясь к лифту вместе с Трикси. – Но это в планах на отдаленное будущее, а пока вытаскиваем Руквуда, Мальсибера и Трэверса, благо находятся они в одном крыле. Тони, указания для тебя – делаем все напоказ, но молча, чтобы никто из посторонних не смог опознать наши помолодевшие рожи.
  
- То есть, ты не собираешься освобождать всех узников, – быстро сообразил следующий за нами Долохов. – А ведь среди них наверняка много сторонников Лорда.
- Действительно верных немного, но их я и так планирую забрать с собой. А открывать двери Азкабана для остальных попросту нерационально – мне не нужен хаос в стране. Да и дементорам надо кем-то питаться, иначе орда инфернальных тварей примется опустошать прибрежные маггловские города.