Чёрный пёс (СИ)
- Сири, не ревнуй! – кузина шутливо стукнула меня кулачком. – У меня с Долоховым ничего не было. Сам ведь понимаешь, Магическая Англия – это большая деревня. Не сразу, но слухи бы поползли, а на кону стояла честь древнего чистокровного рода Лестрейнджей, входящего в список Священных Двадцати Восьми.
Заметив, как помрачнела Трикси, я отвлек ее поцелуем и поспешно заявил:
- Хорошо, убедила, русского лечим первым. Еще есть кандидатуры? И вообще, расскажи подробнее про наших товарищей - кто чем знаменит, кто чем полезен, а кого лучше заавадить по-быстрому, чтобы репутацию Лорда не портил. Сама понимаешь, перед заключением я вращался в совсем иных кругах, и теперь владею только общедоступными сведениями.
- Ладно, слушай…
Повеселевшая Беллатрикс вывалила на меня гору информации, благодаря которой мне удалось составить предварительный список кандидатов в свои помощники. Открывал его Антонин Долохов – матерый боевик-диверсант, знаток темных искусств, выпускник Китежской школы магии и просто красавчик. Далее шел Август Руквуд – блестящий ученый, бывший сотрудник Отдела Тайн, прекрасно разбиравшийся в министерской кухне, обладавший большим багажом специфических заклинаний и способный с нуля разработать вполне действующий ритуал. Ему в затылок дышал Кент Друммонд – суровый ликвидатор, выходец из древнего Шотландского рода, в повседневной жизни предпочитавший носить под мантией традиционный килт, виртуозно играющий на волынке и на нервах своих противников.
За троицей старших лидеров располагался молодняк – Пожиратели, которые учились в Хогвартсе практически в одно время со мной. Нил Джагсон – хитрец и проныра, не способный похвастаться боевой подготовкой, зато обладавший кучей полезных знакомств и связей среди контрабандистов, благодаря которым мог достать практически все, что угодно. Джакомо Мальсибер – представитель итальянского рода, еще в средние века перебравшегося в Англию, великолепный зельевар, легко способный заткнуть за пояс Снейпа, но предпочитающий больше работать с ядами. Алан Трэверс – великолепный аналитик, прекрасно разбирающийся в экономике и финансах как магического, так и маггловского миров, еще в школьные годы прославившийся удивительным умением доставать деньги буквально из воздуха.
Особняком стояло имя Уильяма Тоддервика, который среди Пожирателей носил гордую кличку «Перевертыш». Этот тридцатипятилетний маг обладал весьма полезным талантом к мимикрии, благодаря которому мог стать «своим» в любой компании. В деле добычи полезных сведений ему не было равных. Меняя внешность с помощью элементарных приемов, Уильям сводил знакомства с нужными людьми и выдаивал из них информацию, после чего растворялся в тумане. Однажды Тоддервик в образе журналиста умудрился разговорить самого начальника Аврората, благодаря чему была сорвана тщательно подготовленная облава на торговцев Лютного. В общем, исключительно полезный кадр! Но доверять ему всецело я бы не стал.
Рудольфус и Рабастан Лестрейнджи в мой список не попали по вполне понятной причине – жить им осталось недолго. Не знаю, что планирует на их счет Трикси, но лично я покинуть Азкабан живыми этим мразям точно не позволю.
- Что ж, с целями определились. Теперь мне потребуется твоя помощь в создании соответствующих декораций, - покинув удобное кресло, я вручил Трикси серебряный поднос: - Сделай из него несколько стандартных масок Пожирателей Смерти, а я пока организую нам мантии.
В гардеробе Томпсона запас мантий имелся. Перекрашивание их заклинанием в радикально черный цвет и удлинение капюшона, форма которого была откровенно слизана халтурщиками-дизайнерами с американского Ку-Клус-Клана, много времени не заняло. Вернувшись в гостиную, я протянул кузине результат своей работы, в который та понятливо принялась облачаться. Накинув на свои плечи вторую черную мантию, я закрепил на лице серебряную маску, изображавшую череп, и выдал последние инструкции:
- Сейчас мы идем за Долоховым, вытаскиваем его из камеры и возвращаемся сюда. Все делаем молча, чтобы нас не опознали. Помимо «наших» я никого из Азкабана освобождать не планирую, поэтому у заключенных должна сложиться четкая картина происходящего – некая группа Пожирателей проникла в крепость, перебила охрану и помогает «своим» сбежать. Вот, держи амулет! Он заставит дементоров потерять к тебе всякий интерес. И даже если какая тварь попадется навстречу – ты просто молча проходишь мимо. Понятно?
- Предельно, - отозвалась Трикси в аналогичной серебряной маске, вешая на свою шейку медальон.
- Тогда идем! И да, делиться с остальными моими долгосрочными планами пока не нужно. Сама понимаешь, за десять лет, проведенных в одиночной камере, не только тело, но и мировоззрение человека способно измениться в худшую сторону.
Покинув крыло охраны, мы спустились на первый этаж и направились в сторону моей бывшей обители. Входя в коридор с камерами, я специально шваркнул дверью об стенку, чтобы привлечь внимание узников. Ведь любой спектакль играется для зрителей, и будет нехорошо, если они пропустят все представление, отсыпаясь после визита дементоров.
Проходя мимо решетки Виспуна, я с удовлетворением отметил округлившиеся глаза Джонни, увидавшего свободно разгуливающих по Азкабану Пожирателей Смерти. А вот Торвуд меня не порадовал – его бездыханное тело неподвижно лежало на рваном матраце. Судя по всему, болезнь и недостаток калорий в организме мага привели к закономерному результату – очередную встречу с дементорами Сэмюель не пережил. Впрочем, печалиться по данному поводу я не собирался, ведь мое человеколюбие умерло еще раньше.
Остановившись у камеры Долохова, я оглядел удивленную бородатую рожу выходца из Магической Руси и взмахнул палочкой. Железные прутья раздвинулись, освобождая проход. Видя, что Антонин все еще пребывает в ступоре, я чинно повел рукой, предлагая джентльмену покинуть апартаменты.
- Неужели… Ох, мать моя женщина, дождался-таки! – воскликнул Долохов, отбрасывая одеяло и поднимаясь на ноги. – Люциус, ты наконец-то вспомнил о своих друзьях?
Слегка пошатываясь от недостатка сил, узник вышел из камеры и первым делом крепко обнял меня. Поморщившись от неприятного запаха давно не мытого тела, я поддержал обнимашки, дружески похлопав Долохова по спине и радуясь, что тот на радостях не захотел меня расцеловать. Когда же Антонину надоело меня тискать, он повернул свою счастливую рожу и заметил стоявшую рядом Трикси:
- Алекто?
Продемонстрировав Пожирателю интернациональный жест «соблюдай тишину», я знаком велел ему следовать за собой. Слегка удивившись, Долохов подчинился. К счастью, силы у заключенного еще имелись, поэтому поддерживать его мне не пришлось. Антонин сам дотопал до лифта, пусть и не слишком уверенной походкой. Надо отдать должное выдержке русского – молчал он до самой кухни. И лишь когда оказался в помещении, наполненном ароматами съестного, и увидел, как мы с Трикси снимаем капюшоны с масками, потрясенно выдохнул:
- Бэлла? Блэк? Blyat’, что здесь вообще творится?!
- Спокойно, tovarisch! – улыбнулся я. – Держи себя в руках, ведь с нами дама, чьих прелестных ушек не должна касаться базарная брань. А творится здесь первый в истории Азкабана массовый побег. Надеюсь, тебя не нужно уговаривать поддержать это увлекательное мероприятие?
Ошеломленный Долохов переводил взгляд с меня на Беллатрикс и обратно, после чего разочарованно протянул:
- Похоже, у меня начались галлюцинации.
- Никаких галлюцинаций, Тони, это все взаправду! – заявила кузина. – Поверь, у меня была такая же реакция, когда Сири вытащил меня из камеры.
- Такая же? – весело переспросил я. – Солнышко, ты попыталась меня убить!
- Ой, подумаешь! – фыркнула Трикси. – Не убила же.
Поглядев на окончательно выпавшего в осадок Антонина, я вернул своему голосу серьезность:
- Буду краток – я на стороне Тома, и всегда был ему верен. Моим главным заданием было внедриться в Орден Феникса и снабжать Лорда информацией из стана врагов. Под конец противостояния Дамблдор раскрыл меня, сфабриковал липовое обвинение и упрятал сюда, но благодаря особым навыкам вчера мне удалось сбежать, вернуть себе форму и приступить к освобождению остальных. Доказательств приводить не стану – времени мало, да и совсем скоро ты на собственной шкуре убедишься, что я не лгу. Сейчас от тебя требуется только одно – Непреложный Обет. Ты поклянешься, что никому и никаким способом не передашь информацию о моих возможностях целителя и не раскроешь детали ритуала, который вернет тебе молодость и здоровье. Трикси, зафиксируешь обет Тони.