Чёрный пёс (СИ)

Ссыпав накопители в очередную банку, я завинтил крышку с номером четыре и устало откинулся на спинку кресла.
- Ты закончил? – поинтересовался брат, водружая последние почищенные от пыли и грязи фолианты на стеллаж. Рога и волосы волшебных лошадок он уже успел сложить в один ящик, куда сунул мешочек с перьями феникса, а второй доверху набил шкурой василиска.
- Угу, - отозвался я и с наслаждением потянулся, разминая позвоночник.
  
- Я тоже. Пока ты отдыхаешь, не просветишь меня, откуда все это богатство? – брат помахал пухлым томиком с золотым тиснением на переплете.
- Из Хогвартса. Слышал, наверное, про тайную комнату Когтевран?
- То есть, эти книги из личной коллекции Основательницы?
- Нет, - обломал я мечты парня. – Просто из ее комнаты, в которую трудолюбивые школьные домовики столетиями сносили забытые, потерянные или списанные книги и прочие, не такие ценные вещи. Во время своего недавнего визита за ядом Салазаровского фамильяра я заглянул туда и вынес всю литературу, показавшуюся мне полезной.
- Понятно, - кивнул Регулус, награждая меня еще одним всплеском восхищения. – Тогда скажи, вот это тебе нужно? Здесь чьи-то волосы.
Брат продемонстрировал мне аккуратный конвертик, и моя память услужливо подкинула момент, когда я срезал локоны спящего Лонгботтома. Видимо, вместе с добытыми трофеями я вывалил на пол библиотеки еще и образец генетического материала Невилла, а потом благополучно о нем забыл. Нехорошо получилось.
- Очень нужно, - ответил я. - Спасибо огромное, что отыскал!
Забрав у Регулуса конверт, я спрятал его в ящик стола. Пусть полежит там, пока Мальсибер не обеспечит меня оборотным зельем. А там уже предметно подумаем, что можно провернуть в роли мелкого Длинножопа.
Воспользовавшись темпусом, я обнаружил, что сейчас на часах всего лишь начало седьмого. Как раз осталось время, чтобы обстряпать еще одно дельце, ради которого я нещадно эксплуатировал родного брата. Взяв внушительную стопку скопированных им листков, я углубился в изучение рунных цепочек. Регулус подошел к задаче старательно, обеспечив меня подборкой практически всех известных европейским мастерам схем. От максимально простых, школьного уровня, до эксклюзивных, типа артефакта Звалтиса, который все еще украшал мое запястье, буквально сроднившись с рукой и почти не ощущаясь. К слову, аналогично маскировочному амулету с Азкабаном, который день болтавшемуся у меня на груди и тоже не вызывавшему неудобств.
Бегло пролистав всю стопку, я выбрал пару довольно неплохих вариантов. Первый был чертежом браслета личной защиты. Достаточно сложный в создании, он привлек меня своими характеристиками. Судя по тексту пояснения, данный артефакт был способен защитить не только от заклинаний боевого плана, но и мог нейтрализовать ментальные чары, включая «империо» и вейловский шарм. Подобная вундервафля очень не помешала бы всей нашей компании. Однако, как в том анекдоте про Чапаева, в схеме имелся нюанс – браслетик требовал специфических магических накопителей. Длинных прямоугольных кристаллов с нестандартным расположением привычных рун. Подобной формы бриллиантов в банках был едва ли десяток, а резать на части крупные камни у меня рука не поднимется.
Нет, можно было извратиться, изменить основную цепочку рун и запитать защитный артефакт прямо от ауры пользователя, однако я абсолютно не представлял, насколько он «прожорлив», будучи постоянно активным. К тому же, разум требовал не прибегать к полумерам, а сразу сделать все качественно. Поэтому я спрятал листок с понравившейся схемой в карман, чтобы по возвращении показать Руквуду. Возможно, бывший невыразимец добавит что-то в рунную вязь, либо предложит свой, лучший чертеж личной защиты.
Второй приглянувшийся мне вариант представлял собой схему для перстня. Его способности к блокировке атакующих чар оказались не такими впечатляющими, зато в структуру была весьма изящно вплетена рунная цепочка аварийного портключа, умеющая отслеживать состояние владельца артефакта. Это был очень важный момент, поскольку создать портключ, настроенный либо на срабатывание в определенное время, либо после проговаривания кодовой фразы, довольно просто. А вот нормально настроить его на собственную ментальную сферу, чтобы получить возможность, потеряв сознание, мгновенно эвакуироваться с поля боя – задачка уровня магистра. Потому ничего удивительного в том, что я решил воплотить именно эту идею, создав украшение-страховку специально для Беллатрикс.
Достав из кармана коробочку с изуродованным мною кольцом, я собрал весь оставшийся драгоценный лом, выбрал из банки красивый бриллиант квадратной формы, которую ювелиры именуют радиантом, и два меньших камешка классической огранки, которые планировал использовать в качестве накопителей. Взяв золотой ободок, я применил трансфигурацию и тут же понял, чему так радовалась продавщица из ювелирного. Оказалось, золота на колечке было совсем немного – тонкий слой в десятые доли миллиметра, нанесенный гальваническим методом на свинцовую основу, которая, в свою очередь, крепилась к стальному ободку, призванному защитить мягкий металл от деформации.
Изучив эту кустарную поделку, я понял, что подарил мошеннице минимум тысячу фунтов, и запоздало обратил внимание, что при покупке украшения мне так и не выдали чека, хотя в том же захудалом МакДональдсе вручили длинную узкую ленту. Ну и ладно, в следующий раз затарюсь алмазами в другом месте! Посылать проклятия на голову продавщицы я не собирался. У меня все равно не было ее крови, так что это бесполезное занятие. К тому же, маггловской бумаги мне было совершенно не жаль, ведь я знал, что при необходимости легко добуду наличность. Главное – бриллианты в кольце оказались настоящими, а не дешевыми стекляшками. Видимо, у ловкачей был расчет, что в настолько дорогом украшении тщательно проверять станут именно камни.
К счастью, золота у меня осталось приличное количество, и на перстень должно было хватить. Отделив драгоценное напыление от свинца и присовокупив к полученной капельке остаток какого-то колечка с сережками, я сформировал внутренний ободок. Затем нанес на него первый слой рун, которые должны были касаться кожи. Рисовать магические значки прошлось собственной, насыщенной силой кровью, поскольку специального зелья под рукой не было, а что-либо иное на золотой основе попросту потеряло бы свои свойства.
Добавив выполненную готическим шрифтом надпись: «Лучшей девушке мира - Беллатрикс Блэк», я прикрепил поверх ободка второй слой с основной цепочкой портключа, вбив в него координаты прихожей своего особняка. Были бы мы законопослушными гражданами, я выбрал бы приемный покой больницы Святого Мунго, но - увы! - имеем, что имеем. Отвлекшись на создание пары накопителей, я присобачил на колечко ленту с третьим, самым главным слоем рун защитного артефакта, и объединил конструкцию в единый рабочий механизм, пока наполненные магией символы не начали конфликтовать, разрушая структуру сложных чар.
Это ведь не ритуальная пентаграмма, которую наполняют силой лишь после начертания, а магические руны, каждая из которых уже в момент своего появления на заготовке обладает способностью влиять на реальность. Такова главная неприятная особенность артефакторики – для создания сложных рунных конструкций нужна немалая сноровка, иначе недоделанный артефакт может рвануть прямо в руках у мастера-недоучки. К счастью, в данном плане у меня проблем не наблюдалось – улучшенное серое вещество обеспечило высокую точность и скорость создания рунной схемы.
  
Закончив с чарами, я приступил к внешнему виду, с которым особо не заморачивался. Водрузил сверху радиант, крепко зажав его восемью лапками, а с двух боков пристроил накопители, которые подключил к магической схеме и скрыл слоем золота, чтобы те не царапали чересчур острыми гранями соседние пальцы. Придав внешней поверхности украшения вид драконьей чешуи, я умудрился тиснуть на обоих боках миниатюрный герб нашего семейства. Девиз добавлять не стал, посчитав лишним.