Чёрный пёс (СИ)

На противоположной стене угловой комнаты была похожая приоткрытая дверь с засовом, которая вела в аналогичный коридор с камерами, а напротив окна располагалась широкая арка, выходящая на лестницу. Память подсказывала, что крепость имела строгую квадратную, в отличие от показанной в фильме треугольной, форму со свободным пространством внутри. Первые десять этажей над уровнем моря отводились для узников, выше шли жилые помещения охранников. И судя по логике вещей, кухню или склад с запасами продуктов мне нужно было искать где-то наверху… Или плюнуть на еду и сразу сбежать с острова?
  
Я поглядел на окно. В принципе, допрыгнуть можно, стекло выдавить – не проблема. Но за ним меня ждет холодное Северное море и больше сотни километров до спасительного Британского берега. Я тупо не доплыву! В каноне Блэк бежал летом, а сейчас ноябрь – я попросту закоченею в ледяной воде. Так что нет, будем придерживаться первоначального плана!
Прокравшись на лестницу, я начал медленное и осторожное восхождение, на каждом этаже замирая и прислушиваясь. Но мне продолжало везти – все было тихо. А миновав пролет седьмого этажа, я едва не столкнулся с дементором. Темная трехметровая тварь молча надвигалась прямо на меня. Чувствуя, как мои поджилки начинают исполнять тремоло, я поспешно отступил в угол, вжался в него и постарался сделаться максимально незаметным. Даже дыхание задержал.
Сработало – слепая нежить величественно пролетела мимо, не удостоив меня вниманием. Следом за гигантом летела тварь помельче, за ней – еще одна, и еще… Казавшаяся бесконечной вереница дементоров неторопливо спускалась в глубины крепости после вечернего обхода, распространяя вокруг себя лютый холод. Когда мимо пролетел последний, словно тень, растворившись во мраке ночи, я облегченно выдохнул облачко пара и машинально облизнул покрывшуюся инеем морду.
Теперь нужно спешить, пока из своих комнат не выползли обычные охранники Азкабана. Благодаря своей обновленной памяти я знал, что у каждого работника тюрьмы имелся специальный амулет, позволяющий отдавать приказы дементорам и автоматически исключающий их из списка потенциальных блюд. Но ведь тюремщики – тоже люди, а потому во время традиционной «дойки» наверняка вопреки всем инструкциям предпочитают находиться максимально далеко от голодных тварей. И мне нужно воспользоваться этим шансом, чтобы набить пустое брюхо.
Метнувшись вверх по лестнице, я быстро достиг последнего этажа и принюхался. Соблазнительные запахи жареной картошечки доносились из левого коридора. Его стены тоже были сложены из вулканического камня, но на комнатах вместо традиционных железных решеток были установлены самые обычные деревянные двери с медными, позеленевшими от времени и сырости табличками. На ближайшей значилось «Дежурный», далее я заметил «Прачечную» и «Архив». К сожалению, «Кухню» или «Продовольственный склад» обнаружить пока не удалось.
Продолжая принюхиваться, я пробежал через весь коридор и достиг угловой площадки, которая была копией прочих с той лишь разницей, что вместо лестницы в ней был лифт. Его я опознал без труда - чем еще могла оказаться просторная деревянная кабина, надежно зафиксированная роликами на широких направляющих и висевшая на стальном тросе, перекинутом через систему воротов? Большой рычаг на стенке кабины непрозрачно намекал, как именно управляется эта конструкция. Рядом стояла парочка пустых тележек с колесиками.
Пока я рассматривал это чудо инженерной мысли, позволяющее слегка автоматизировать процесс доставки еды узникам, закрывающая жилой коридор дверь распахнулась, пропуская Джима Коллена – того самого молчаливого напарника Нильсона, который традиционно собирал пустые тарелки. И судя по всему, в его обязанности также входило закрывание дверей на этажах после обхода дементоров. Иначе, зачем еще он выперся на ночь глядя с массивным масляным фонарем в руках?
Слившись с тьмой коридора, я замер, провожая взглядом тюремщика, которого сопровождал флер теплого воздуха, наполненного сногсшибательными ароматами еды. Жареная картошка, копченое мясо, луковый суп - ядреный букет запахов ударил мне в нос, вызвав обильное слюноотделение и заставив желудок тихо квакнуть. Это был провал. Услышав странный звук, направлявшийся к лифту аврор сразу остановился, поднял повыше фонарь и увидел меня.
Надо отдать тюремщику должное, он не стал тормозить, рассматривая неизвестно откуда взявшегося в тюрьме пса, не попытался списать увиденное на галлюцинации, а сразу потянулся за палочкой. Только я оказался быстрее. Оттолкнувшись от стены, я выскочил из коридора, черной молнией преодолел разделявшее нас расстояние и прыгнул Джиму на грудь. Он попытался направить волшебную палочку на меня, попытался закричать, но я вцепился в его горло острыми клыками и рванул что было силы.
Отощавшее тело пса весило немного, но силы удара хватило, чтобы тюремщик выронил фонарь и упал на пол, обливаясь кровью. Я приземлился сверху и продолжил с остервенением рвать его тело. Джим дергался, хрипел, пытался отпихнуть меня, но с каждой секундой силы покидали его. Я же, наоборот, чувствовал мощный прилив энергии и не собирался отпускать свою жертву. Дикий голод смыл с меня весь налет цивилизованности, а вкус теплой пряной крови на языке решительно отодвинул в сторону разум, предоставив дело первобытным звериным инстинктам.
Мага больше не было, остался лишь охотник и его законная добыча. Я с наслаждением пил горячую жидкость, открывал куски вкусного, сочного мяса от вяло подергивающегося тела и жадно проглатывал их, не жуя. Когда же моя добыча окончательно затихла, я уже безо всякой спешки приступил к трапезе, наслаждаясь свежатинкой, разгрызая мелкие кости и злясь на постоянно лезущие в пасть тряпки. Все мое естество ликовало, дорвавшись до сытной пищи. Я чувствовал, что с каждым проглоченным кусочком ко мне возвращается былая сила. Кровь все быстрее бежала по венам, мышцы наливались соком, а чувства обострились до предела.
Не знаю, сколько это длилось, но в какой-то момент наступило насыщение. Я почувствовал, что в меня больше не лезет, и пелена порожденного голодом безумия начала потихоньку отступать, освобождая мой разум. Выплюнув недожеванную печень своей добычи, я довольно облизнулся и окончательно пришел в себя. Оглядел полусъеденный труп, обглоданное лицо Джима, его вспоротое развороченное брюхо и мысленно констатировал:
«Вот теперь – точно полный песец!»
Причем в данный момент меня волновал не сам факт, что я стал убийцей – все-таки в памяти Блэка подобных эпизодов хватало, да и теплых чувств к Джиму я никогда не испытывал. Не тревожило меня и получение статуса каннибала, поскольку тюремщик оказался удивительно вкусным и питательным. Меня злило то, что своими действиями я раз и навсегда закрыл себе дорогу в герои. Найти Петтигрю, выдать Фаджу крестражи Темного Лорда и обелить доброе имя Сириуса - теперь об этом плане можно забыть. Убитого охранника мне точно не простят.
«Что ж, перефразируя одного Великого Комбинатора, хорошего парня из меня не получилось. Будем переквалифицироваться в злодеи!» - подумал я и попытался сменить тело.
Миг спустя в глазах потемнело, но не из-за нехватки сил, а из-за того, что человеческое зрение по остроте ощутимо уступало собачьему. Ведь валявшийся на полу фонарь умудрился погаснуть, а ночь уже успела вступить в свои права. Пошарив руками по заляпанным кровью камням, я нащупал оброненную Джимом волшебную палочку, сжал ее в пальцах и прошептал:
- Люмос.
Вспыхнувший на конце указки яркий огонек ослепил меня, заставив прервать заклинание. Однако, несмотря на частичную потерю зрения и плавающие перед глазами цветные пятна я был доволен. Магия была со мной! И пусть на полноценное сражение ее не хватит, но с палочкой я уже не жалкая букашка и имею все шансы на удачный побег. Возможно, массовый.
  
Надо смотреть правде в глаза, даже если мне удастся покинуть Азкабан, скрыться в другой стране все равно не получится. У канонного Сириуса это вышло лишь по одной причине – он был временно не нужен Дамблдору. А когда вдруг понадобился, Альбус без труда отыскал беглеца в теплых краях и уговорил вернуться в дождливую Англию. Он же саботировал дальнейшие розыскные мероприятия Аврората, закрывая глаза на откровенно глупые выходки Блэка типа его появления на вокзале первого сентября в анимагической форме. Поэтому, хочешь – не хочешь, а придется мне выбрать сторону Темного Лорда. Ведь только у Тома есть все шансы разделаться с директором и устранить Дамоклов меч, нависший над моей шеей. Только возродив Волдеморта, я смогу стать по-настоящему свободным!