Чёрный пёс (СИ)

- Согласна, в такой трактовке события обретают смысл, - после небольшой паузы признала кузина. – Но объясни тогда, почему ты аналогичными обиняками не объяснил Малфою, что на самом деле всегда был верен Лорду? Он же из-за твоей клятвы заподозрил в нас подсадных уток! Так почему вместо того, чтобы предоставить убедительные доказательства или хотя бы дать слово мне, ты намеревался напасть на Люциуса? Я же чувствовала – еще пара секунд, и от супруга Цисси мокрого места не осталось бы! Хорошо, авроры вовремя подоспели.
  
Последняя фраза из уст беглой Пожирательницы звучала странновато. Однако я понимал чувства Трикси и ответил максимально честно:
- Потому что я не был уверен, что Малфой отдаст мне крестраж добровольно.
- То есть, ты решил, что он тоже скован Обетом? Или… ты полагаешь, Люциус предал нас?!
Оценив округлившиеся глазки любимой, я тяжело вздохнул и принялся озвучивать свои недавние размышления:
- Давай оценим голые факты. За десять лет Малфой не оказал никакой помощи томящимся за решеткой друзьям, - я вскинул руки, не давая девушке возразить, и поспешно добавил: - Догадываюсь, ты хочешь сказать, что у него самого было крайне шаткое положение, и любая попытка облегчить узникам жизнь имела шансы обернуться немалым сроком в соседней камере. Однако средства для найма посредников у блондина имелись. И средства немалые. При желании, Люциус легко мог организовать осужденным Пожирателям толпу дальних родственников из Америки, которые регулярно передавали бы в Азкабан посылки с шоколадом и укрепляющими зельями. Он это сделал? – задумчивая Трикси отрицательно качнула головой. – Идем далее. Крестраж находился у Малфоя в течение десяти лет. Почему за все это время он не предпринял попытку возродить Лорда? Ты, конечно, можешь заявить, что Люциус вовсе не обязан знать о природе хранимого артефакта. Что все эти годы «якорь» Тома пролежал в шкатулке, а сам блондин, несмотря на богатую коллекцию накопленных предками знаний, и близко не догадывался о существовании простейшего способа достижения бессмертия, не проявлял здорового любопытства и лишь четко выполнял приказ господина. Все это вполне возможно. Но задумайся, почему Малфой выдал нам крестраж только после того, как я непрозрачно намекнул ему на тот факт, что у Лорда их несколько?
Услышав это, потрясенная до глубины души кузина выдала длинную непечатную фразу, заставив меня поморщиться. И где только нахваталась? Ах, да… Долохов, гребаный ты матерщинник! Хорошо еще, при племяшке старается не выражаться.
- Значит, пока мы все заживо гнили в Азкабане, эта крыса тихонько сидела себе в норке, наслаждаясь комфортом и уютом, хотя могла давным-давно вернуть Лорда! – со злостью воскликнула Трикси. – Да я его заживо освежую!
- Тише, родная! – обнял я свою разъяренную тигрицу. – Не стоит понапрасну тратить нервные клетки! Пойми, Малфой – просто изворотливый хорек, который почувствовал вкус власти и не устоял перед искушением. После исчезновения Лорда он воспользовался ситуацией и занял опустевшее место, собрав под своей рукой достаточно мощную оппозицию из выжившей магической аристократии. И пусть фракция консерваторов в Визенгамоте невелика, но лишь ее стараниями волшебники Британии еще окончательно не омагглились. Заслуги Люциуса неоспоримы, и они вполне могут послужить оправданием его нежелания возвращать законную власть истинному лидеру. Он не предатель, а обычный приспособленец, от которого глупо требовать геройских поступков… В любом случае, судьбу Малфоя будет решать Том, а он - талантливый руководитель и ценными кадрами разбрасываться не привык. У русских есть поговорка: каждый человек способен приносить пользу, будучи употребленным в правильном месте. И я уверен, Лорд сможет использовать белобрысого хорька с максимальной эффективностью. Не волнуйся, Люциус еще пожалеет о своем бездействии, но до того момента не следует публично обвинять его в предательстве. Малфой нам еще пригодится!
- Как именно? – полюбопытствовала успевшая успокоиться Беллатрикс.
- Хотя бы в качестве источника информации о расследовании нашего побега. Мы же не станем довольствоваться данными из газетных заметок? А Люциус, понимая степень своего «залета», теперь будет из штанов выпрыгивать, чтобы подтвердить собственную полезность и незаменимость, снабжая нас актуальными данными и стремясь избежать праведного гнева возрожденного Лорда. К слову, ты можешь аккуратно на это намекнуть, когда станешь писать письмо сестре. Для нас будет нелишним вникнуть в текущие политические расклады в стране и заранее прощупать почву. Мы же не собираемся вечно просидеть в подполье?
Беллатрикс окинула меня полным восхищения взглядом и протянула:
- Ох, Сири, какой же ты у меня умный… Хорошо, я ничего не скажу остальным. Пусть Лорд сам разбирается с Малфоем! Главное, чтобы эти разборки не затронули Нарси. И да, любимый, ты же не будешь против моего общения с сестрой?
- Разумеется, нет. Но если надумаешь устроить личную встречу, проводи ее на нейтральной территории и обязательно бери с собой Кричера. И письма передавай исключительно с его помощью, чтобы минимизировать риск.
- Ладно, - согласно кивнула кузина и потянулась за поцелуем.
А где один поцелуй, там и два. Увлекшись, мы проморгали появление в комнате нашей сладкой парочки метаморфов и лишь после деликатного покашливания соизволили оторваться друг от друга.
- Дядя Сири, мы справились! – радостно заявила племяшка, демонстрируя на ладони прозрачный шарик размером с яблочное семечко.
Как выяснилось, молодняк подошел к решению поставленной перед ними задачи со всей фантазией. Перепробовав массу вариантов, они остановились на самом простом и надежном – трансфигурации Напитка Живой Смерти в лед и последующем уменьшении его с помощью «редуцио». Таким способом одно небольшое яблоко можно начинить хоть целым литром зелья – было бы желание возиться.
Причем время срабатывания снотворного напрямую зависит от его изначального объема и количества магии, вложенной в уменьшающее заклинание, а опасность случайного разгрызания «ледяной пилюли» отсутствует. Поскольку «редуцио» - очень хитрые чары. Они фактически не сокращают расстояние между молекулами предмета, и не меняют размер этих самых молекул, а смещает выбранный объект куда-то за грань реальности, оставляя на его месте уменьшенный образ, который является своеобразным якорем. Не зря же это заклинание относят к разделу пространственных.
За время рассказа Нимфадоры шарик скачком увеличился в диаметре до размера вишенки, после чего начал стремительно таять, так что девушке пришлось спешно ретироваться обратно в пространственный карман. После такой наглядной демонстрации мне осталось только одобрить придуманную методику, несмотря на ее явный недостаток – весьма приблизительные сроки срабатывания и их прямую зависимость от мастерства волшебника. Вычислить точное время развеивания чар уменьшения будет нереально. К тому же, для достижения должной степени синхронности накладывать их придется одновременно, что окажется не по силам обычному магу – попросту резерва не хватит. Короче, как обычно, пахать придется мне!
Похвалив гордых своими успехами метаморфов, я отпустил их отдыхать, после чего вручил Руквуду дневник, ненадолго оторвав того от вырезания рун на створке платяного шкафа, судя по всему, притащенного в схрон из ближайшей спальни.
- Этот – последний, - сообщил я бывшему невыразимцу.
Не знаю, что там находится в голове у крестника – крестраж или не крестраж, но извлекать эту дрянь я не планировал. Шести частей Лорда, считая с основной душой, будет вполне достаточно для ритуала. К тому же, если канон не врал, нам не помешает дополнительная страховка на случай, если что-то традиционно пойдет не по плану.
  
- Ты же говорил, есть еще шестой «якорь» в фамильяре Лорда, - уточнил Август, забирая драгоценный трофей. – Имея под рукой столько крестражей, мы можем воспользоваться несложными чарами и отыскать Нагайну по энергетике ее хозяина.