Чёрный пёс (СИ)
- Подождите минутку, я загляну в библиотеку, - попросил я напарников и быстрым шагом направился на второй этаж.
Домовик прекрасно потрудился, так что никакая многоногая пакость не спешила прыгать на меня с потолка. Однако я все равно держался настороже, поскольку хрен его знает, что может водиться в старом особняке помимо гигантских пауков.
- Доброе утро, мама! – поздоровался я с Вальбургой, дойдя до ее портрета.
Даже в такую рань Леди Блэк бодрствовала. Для волшебных картин это было крайне нехарактерно, ведь подобные артефакты изначально программировались с функцией экономии магической энергии в ночное время. Видимо, созданный крестраж каким-то образом препятствовал работе наложенных на портрет чар, оттого мама не имела возможности заснуть и была вынуждена долгие годы пялиться на пустую стенку напротив. Если так, понимаю ее желание уйти – подобного существования врагу не пожелаешь.
- Доброе, сынок! – тепло улыбнулась мне женщина. - Снова пришел за знаниями?
Помня о Долохове внизу, я прежде взмахнул палочкой, накладывая чары приватности и ответил:
- Нет. На этот раз я вернулся с трофеями, которыми хочу пополнить сокровищницу нашего рода. Тысяча книг из Секретной Комнаты Ровены Райвенклоо и шкура василиска – фамильяра самого Салазара Слизерина. Правда, достижение прадедушки Грэма мне повторить не удалось, и после нашей встречи змей остался жив. Но оно и к лучшему – через годик-другой можно будет снова наведаться к древней химере и нацедить полезного яда.
Сунув руку в сумку, я извлек один из рулонов, которым небрежно помахал перед портретом, показывая, что мои слова – не пустое бахвальство. Наградой мне было выражение сильного удивления на лице моей матушки. Вальбурга даже ротик приоткрыла, уставившись на отрезок зеленой шкуры с характерным узором, и ее реакция была для меня, словно бальзам на душу. Ведь одно дело – являться формальным наследником угасающего рода, но совсем иное – продемонстрировать доказательство силы, которая позволит этот самый род возродить и укрепить.
- Как?! – выдохнула пораженная Леди.
- Обязательно расскажу, но позже. А сейчас прости, мне нужно спешить.
Я дотопал до библиотеки, аккуратно выгрузил из сумки на стол диадему, склянки с ядом и прочими зельями, после чего прошел в угол и просто-напросто вывернул артефакт, одним махом вывалив его содержимое. Книги, отрезы драгоценной шкуры, метлы, мантия-невидимка и моя старая сумка из-под свинок – все это высыпалось на пыльный пол, сформировав большую неопрятную груду. Будь здесь Грейнджер, она бы точно высказала мне за настолько небрежное отношение к древним фолиантам, но мне не хотелось терять время, извлекая книги по одной. Как и не хотелось делиться своими трофеями с Пожирателями.
Нет уж, все это принадлежит роду Блэк! Именно поэтому я ни словечком не обмолвился о находках перед Антонином и не хотел тащить их на нашу временную базу. Пусть я понимал, что, несмотря на «фиделиус», Дамблдор вполне способен обнаружить этот дом и организовать полноценную осаду со штурмом, вот только шанс засечь наше логово в маггловском мире был ничуть не меньшим. Но если здесь мы еще могли организовать нормальную оборону и хорошенько обломать зубки нападающим, то при атаке базы в Бирмингеме нам останется только отступить. А в этом случае думать о спасении ценностей будет некогда. Так что пусть лучше книги со шкурой полежат здесь.
Вернув обратно в артефакт свою сумку, добытый крестраж, мантию, метлы и склянки, я прихватил книгу-ужастик с гримом на обложке – сойдет в качестве убедительной причины внепланового визита. Потом Трикси отдам, пусть повеселится! Прикинув, не забыл ли чего, я неожиданно широко зевнул и, глубокомысленно плюнув на все, потопал обратно. Сейчас мне больше всего хотелось поскорее добраться до кровати и отдохнуть от очередного суетного дня, часиков «надцать» не расставаясь с мягкой подушкой.
Молча улыбнувшись матери, проводившей меня внимательным взглядом, я подошел к бронзовому магическому светильнику, висевшему на стенке в начале коридора. Старый артефакт, даривший свой свет не одному поколению Блэков, был давно разряжен в ноль. Залив накопитель в примитивной рунной цепочке своей силой, я зажег эту древнюю лампочку, заставив наполнявшие коридор мрачные тени пугливо забиться в углы. Не знаю, когда я снова появлюсь здесь, но так томительное ожидание для Леди Блэк станет чуточку комфортнее. И даже если свет магического фонарика привлечет внимание ночных бабочек, роль которых с успехом исполняли пикси, - не беда. Будет маме хоть какое-то развлечение!
Спустившись на первый этаж, я кивнул Кричеру. Тот ухватился за меня с Долоховым и мгновенно перенес нас в наполненную ярким светом гостиную съемного дома. Послав ушастику волну благодарности и одобрения прекрасно выполненной работой и почувствовав ответное довольство, я огляделся и с немалым удивлением обнаружил все ту же компанию Пожирателей, расположившихся на мягкой мебели.
- Вы что, даже не расходились? – похлопав глазами, глупо спросил я.
А в следующий миг меня едва не снесла Беллатрикс, вскочившая с кресла и с разбегу кинувшаяся мне на шею. Следом за кузиной прилетела волна радостных криков и возгласов, издаваемых всеми присутствующими в комнате волшебниками. Прижав к себе любимую, я с трудом различал в этом шуме отдельные реплики.
- Вернулись! Вернулись! – орал счастливый Трэверс.
- А мы уже хотели вас искать! – с улыбкой до ушей сообщила Нимфадора.
- Да! – вторил девушке радостный Тоддервик.
- Я же говорил, командиру даже василиск нипочем! – потрясая кулаком, вопил Джагсон.
- Так мы и не спорили! – усмехнувшись, парировал Друммонд.
- Слава командиру! – поддержал его Мальсибер.
Успокаивающе поглаживая по спине как-то слишком сильно вцепившуюся в меня Трикси, я взмолился:
- Друзья, прошу, тише! Не хватало, чтобы соседи полицию вызвали.
- Не вызовут! – уверенно заявил Руквуд. – Я снабдил окна рунами поглощения звуков.
- Тогда другое дело, – довольно улыбнулся я, ощущая, как меня поневоле захватывает всеобщее настроение радости и облегчения.
- Как все прошло? – поинтересовалась сияющая племяшка. - Вам удалось добыть яд?
Вместо ответа я сунул руку в сумку и одну за другой извлек хрустальные склянки, которые торжественно водрузил на стол, присовокупив к ним бутыль с остатками зелья кровавой марионетки и не пригодившуюся «гранату». Надеюсь, Август без моей подсказки сообразит, что ее нужно разминировать, пока в уменьшающих чарах не кончился запас магии. Интересно, куда можно пристроить десяток литров свежайшего Напитка Живой Смерти?
- Как много! – потрясенно выдохнул Джакомо, прикипев взглядом к склянкам. – Можно, я использую пару капель для своих экспериментов? Не сейчас, а потом, когда вернем Лорда.
- Можно, - великодушно разрешил я, осчастливив зельевара, после чего извлек из сумки свою главную находку и продемонстрировал диадему Руквуду.
Бывший невыразимец понятливо кивнул и бережно, словно хрупкую вазу, принял у меня очередной крестраж Лорда. И тут я услышал всхлип – не собиравшаяся меня отпускать Беллатрикс решила дать волю своим чувствам… и слезам. Мое сердце неприятно защемило, а сознание захлестнула волна стыда. Ну почему, почему я не заметил, в каком состоянии находится перенервничавшая девушка? Хотя, чего долго гадать – все ясно, как божий день! Нарвавшись на неожиданно торжественный прием, я не устоял перед искушением и решил похвастаться своей победой, насладиться всеобщим триумфом, вниманием восторженной толпы, восхищением подчиненных, самым безобразным образом проигнорировав чувства любимой.
Ощутив себя натуральным свинтусом, я решительно объявил:
- Все прошло благополучно. Спасибо всем вам, за то, что верили в нас! Сейчас делиться подробностями операции у меня попросту нет сил, поэтому предлагаю разойтись и хорошенько отдохнуть. Согласны?
Я видел, что взбудораженным Пожирателям не хотелось меня отпускать, получив вместо увлекательной истории о встрече с фамильяром самого Слизерина две банки с янтарной жидкостью, которая способна привести в восторг исключительно Мальсибера. Но все присутствующие волшебники оказались людьми воспитанными и тактичными, поэтому хором заверили меня, что никаких возражений не имеют. Подхватив на руки плачущую кузину, я пожелал всем спокойных снов и поднялся в нашу спальню. Где внезапно обнаружил, что в гостиной Трикси еще сдерживалась. Оказавшись со мной наедине, она вцепилась в мой пиджак так, что затрещали швы, и натурально разрыдалась.