Солнечный зайчик. Шанс для второй половинки (СИ)

— Не понимаю.
— Всё-то ты уже понял, Юрочка. Я беременна. Вчера я ходила в амбулаторию, врачиха меня осмотрела, сказала, что да, десять недель.
Бобровская, мужская, часть во мне мгновенно впало в панику, а женская моментально всё посчитала:
— Здорово! Мы с тобой вместе одиннадцать недель, а срок десять. Выходит, что всё получилось буквально сразу?
— Ну да. Почему та так спокоен, Юра?
— А зачем волноваться? Разве этот ребёнок нежеланный? Разве он никому не нужен? Наоборот! Ребеночка все ждут, мама должна быть счастлива, а что родной папа не сможет признаться в отцовстве… Печально конечно, но это жизнь. Ты должна знать, что от ребёнка, в случае чего, я не откажусь.
— А от меня?
— А с тобой у нас был договор, что ты не будешь заводить таких разговоров.
— Ну, разок-то можно?
— Разок можно. Вот этот разок и случился.
Катя недовольно замерла.
— Не обижайся, Катюша! Кто я есть? Десятиклассник без образования, без профессии, без денег и связей.
О почти трёх миллионах баксов и полутора миллионах швейцарских франков я тактично умолчал: излишняя информация. Кстати сказать, я навёл справка, и узнал, что пятифранковые банкноты вполне в ходу. Правда, для конспирации пришлось написать реферат «Денежная система ведущих стран Запада», для будущего курса «Экономическая география» десятого класса. Ничего! Никто не удивился, наоборот, все порадовались моему рвению в учёбе.
— А твоя «Ария»?
— Она не моя, а школьная. К тому же я собираюсь учиться, а это пять лет жизни на стипендию, в общежитии. Ты готова к такой жизни? Можно, конечно, подрабатывать, но тогда не будет полноценной учёбы, в этом случае я не стану ценным специалистом, а значит, в дальнейшем меня ждёт мелкая должность на заштатном заводике.
— Вон как ты всё расписал на годы вперёд…
— Это я расписал очевидное и благоприятное течение жизни. А ну как что-то со мной случится? Куда ты подашься с ребёнком на руках, без профессии и без поддержки? Родня-то от тебя отвернётся, разве что мои родители будут помогать вдове сына, но и они будут коситься, сама понимаешь.
Катя тихо заплакала.
— Юрочка, всё-всё я понимаю, но ведь баба я! Знаешь, как хочется любви и ласки?
Знаю. Ох, как знаю! Я сама была такой, пока меня не нашел Бобрик. Или я его нашла. Или мы друг друга нашли… Но мы мучались, старались, что-то делали, а ты хочешь получить всё сразу, легко и без труда. Не получится, дорогуша. Но не объяснять же такие простые вещи взрослой женщине со сложившимся характером? Бессмысленно. Поэтому я просто приласкал Катю, да и отправился домой.
* * *
Вечером ко мне поднялся отчим.
— Добрый вечер, папа.
— Здравствуй Юрий. Мы тут с мужиками собрались, и порешили сделать вездеход, чтобы на охоту кататься. — сказал он мне присаживаясь у стола — Вскладчину. Мне Давид Иосифович, наш главный инженер, ну, ты его знаешь…
— Конечно, как я мог его забыть? Мы же совсем недавно вместе работали. Батя, что ты мнёшься? Говори прямо чего надо!
— Ну, советует он сначала с тобой посоветоваться, дескать, у тебя свежие идеи имеются.
— Вездеход… Погоди, у Давида Иосифовича высшее образование, ему всё должно быть лучше известно?
— Да видишь, какое дело, он закончил Бауманку по специальности станкостроение, а на автомобили его судьба кинула. Такие дела.
Я задумался. Меня порадовало уже то, что взрослые, солидные мужики обратились ко мне за советом. Неслабый я заработал авторитет! Что я знаю о вездеходах? Только то, что мне рассказывал Бобрик, а он рассказывал о многом и очень интересно, правда, без технических деталей, вернее, я их пропускала мимо ушей.
— Ну, раз вездеход, то давай решим, что, собственно, нужно. Начнём с того, что вездеходы бывают гусеничные, колёсные и шнековые.
— Шнековые это как?
— Это вездеход, в качестве движителя у него два или более больших шнека, вроде тех, что стоят на подборщике у комбайна. Разве что их делают в виде двух ёмкостей, обеспечивающих плавучесть вездехода.
— Ага! Понял: две бочки с винтовым упором, вращающиеся и движущие машину?
 
— Да. Как болотоход такая машина неплоха, но очень уж энергозатратна.
— Угу. Мощного движка нам взять неоткуда.
— Кроме того, такая машина скорее уж для болот, а у нас с болотами как-то скудновато. Остаются колёсные и гусеничные вездеходы. С колёсными довольно просто: на мотоцикл спереди устанавливается очень широкая вилка, а сзади удинённая ось, чтобы поставить два колеса. Вместо стандартных колёс ставим камеры от большегрузного грузовика, и вперёд, на полуспущенных камерах можно штурмовать и глубокие сугробы, и болота. Вездеход получается трёхколёсный, правда, максимум двухместный.
— Ага, понятно. Только камеры надо будет защитить от проколов. Дельно. А что там насчёт гусеничного?
— Тут всё гораздо интереснее: лучше всего делать не чистый вездеход, а вездеходную платформу.
— Поясни.
— Делаем раму с подвеской, лучше торсионной. На торсионы ставим колёса, на колёса гусеницы, и дело практически в шляпе.
— Погоди, я не поспеваю за мыслью. А привод от чего, а сидеть где?
— Вот здесь самое чудесное: на платформу сверху ставим любой легковой автомобиль, опускаем кардан к ведущим колёсам, и поехали.
— Опять ничего не понял. Вот тебе, Юра карандаш и бумагу, и рисуй, что ты там придумал.
Делать нечего, беру карандаш, рисую схему вездехода, виденного когда-то невообразимо давно, когда к нам с Бобриком приехал его товарищ, построивший эту самоделку. Кстати, перевозил он её в прицепе, а перед выездом на охоту въезжал на платформу крепился там, опускал карданный вал через специально устроенное окно, и в путь. Бобрику, помнится, очень понравилась задумка, правда, себе он такую машину не хотел, да и вообще мы с ним машины так и не купили.
Владимир Алексеевич аккуратно сложил бумагу и сунул в карман.
— Интересное решение ты предложил, Юрий. Думаю, мужики за него ухватятся. Да, ещё: из чего ты предлагаешь делать гусеницы?
— Думаю, что вам не составит труда договориться с элеватором, взять у них списанные транспортёрные ленты.
— Верно! Наклепаем упоров снаружи и внутри… Ты умница, Юра. А есть ещё какие виды вездеходов?
— Есть, но в наших условиях их трудно построить.
— Ну-ка, ну-ка!
— Машины на воздушной подушке и экранопланы.
— Слышал о таких аппаратах, но видеть не доводилось.
— Там суть простая: устанавливается вертикальный канал с винтом, чтобы гнать воздух вниз. На машину одевается резиновая юбка, чтобы удержать этот воздух под машиной. При включении винта давление под машиной увеличивается, и она слегка приподнимается над поверхностью. Другой двигатель с винтом толкают машину в нужную сторону.
— Да, для нас и это не подойдёт. Два авиамотора слишком жирно для развлечения. А этот экра-чего-то там?
— Экраноплан. По сути, это что-то среднее между самолётом и кораблём. Представь себе лодку, к которой приделали короткие и широкие крылья. Винт гонит воздух так, чтобы как можно больше попало под крыло. Лодка летит на высоте от десятка сантиметров до нескольких метров. Разумеется, лодка должна быть формой как гидросамолёт.
— Интересно. Я бы, пожалуй, взялся бы за такую штуку. А что, никто у нас не строит экранопланов?
— Не знаю. Кажется, в Горьком или Сормово этим занимается Ростислав Алексеев, но, по-моему, его работы идут под грифом «Совершенно секретно».
— А если это секретно, то откуда ты знаешь?
— Бать, слышал анекдот про шпиона?
— Рассказывай.
— Американского шпиона забросили в СССР, с заданием проникнуть на секретный завод. Он должен приехать в город, сесть на автобус номер двенадцать, вылезти на остановке возле церкви шестнадцатого века, а там и завод рядом. Шпион так и сделал. Приехал в город, сел на автобус и спрашивает бабульку: «Как мне доехать до церкви шестнадцатого века»? Бабка и отвечает: «Ты, уважаемый шпион, как проедешь пять остановок, вылезешь у секретного завода, а церковь будет как раз напротив».