Худший из миров. Книга 7 (СИ)

Малая всерьез призадумалась и немного поразмыслив согласилась:
— Ну, наверное, еще на одно восстановление внутренних резервов у меня сил хватит, — принялась в слух размышлять Фэйфэй, — но на сегодня это последний раз. Мне еще моего человека нужно защищать.
Заклинание в виде небольшой частички света сорвалось с пальцев феи угодив в Татарина. Джина выгнуло, ровно так же, как и в прошлый раз. Он снова приобрел здоровый синюшный оттенок. Татарин уставился на свою руку, еще недавно висевшую плетью, и принялся медленно разминать затекшие пальцы.
— А теперь, Бендер, я оторву тебе башку как обещал, если ты не объяснишь нах ты так поступил?
Генка размял шею и для большей убедительности захрустел костяшками, массируя кулак правой руки в ладони левой.
— Глянь на Леркин посох, — не проявляя и малейшего страха, посоветовал Олег, — на набалдашник с камнем.
Генка на мгновение отвлекся и внимательно оглядел рекомендуемый объект.
— И чего это за хрень? — вернул фокус внимания Генка на Олега, — чего он так светиться начал?
— Эта хреновина, насколько я понял, отнимает у магов манну резко опустошая их резерв, — пояснил Олег, — а еще при заполнении резерва камня на сто процентов, Лерка может усилить свои атаки. А из всех нас манна только у тебя имеется в наличии.
— А ты не мог мне это рассказать по-нормальному? Я бы заставил поделиться силами Первого или твоего любимчика Августа, — попенял приятелю джин, — у них резерв маны на много больше моего.
— А месть? А воспитательный момент? А мое чувство удовлетворенности?
— Воспитатель херов, — Татарин разжал кулаки, явно простив приятеля за жестокую шутку, — я надеюсь ты удовлетворен своей пакостью и больше зла на меня не держишь?
— Да я на тебя особо и не злился, — Олег растянулся в довольной бесящей улыбке, — просто хотел посмотреть, что выйдет.
Кулаки джина вновь сжались и возможно даже Татарин пустил бы их в ход, если бы через портал не вернулся Август.
— Вот! — гордо объявил Август продемонстрировав плотный сверток, — тут выдающиеся вещи на силу, меткость и скорость.
Татарин еще какое-то время буравил суровым взглядом довольную физиономию Олега, но после сдался и махнул рукой.
— Стареешь ты, Генка, — ехидно прокомментировал в спину джину Олег.
Ответом послужило недовольное, толи рычание, толи ворчание, но физических действий насильственного характера не последовало.
Разобрав принесённый Августом пакет, Лерку обрядили в бижутерию и элементы брони и спустя какие-то жалкие десять минут в не самом широком коридоре данжа стояла с шестом в руке начинающий игрок с монструозным объемом силы, скорости и меткости. А рядом с этим начинающим игроком хлопотал Виктор, разъясняя алгоритм дальнейших действий. Когда ЦУ подошли к своему логическому завершению авантюристы переместились за спину девушки, А Лерка приблизилась ближе к барьеру, на расстояние удобное для работы с шестом.
— Командор! — донесся приглушенный крик Гольфа с обратной стороны барьера, — походу твоя девочка решила всё-таки присоединиться к нам!
— Подожди немножко, расскажешь мне это самолично! — Олег выразительно поглядел в глаза Виктору и максимально пафосно распорядился, — начинайте мочить уродов!
Виктор глянул на сосредоточенную Лерку, кивнул ей, и тамида приступила к действию. Лерка поудобнее перехватила шест, набалдашник моргнул вспышкой и тамида буквально исчезла с того места, на котором стояла, чтоб спустя сотые доли секунды материализоваться недалеко от щита и нанести серию сокрушительных ударов практически в одну точку. Бижутерия не оказалась панацеей от промахов и разброс в ударах все равно присутствовал, но усиление тымиды оказалось столь мощным, что весь щит сначала пошел рябью, а после и вовсе покрылся трещинами. Да и само число ударов возросло с десяти до пятнадцати. Как только комбо закончилось Лерка откинула шест в сторону, рухнула на пол и прикрыла голову руками. А в следующей момент над ее головой прочертила белую полосу «линия скорби». Белый луч точно угодил в небольшую прореху щита, а спустя мгновение весь коридор потонул в треске мощных электрических разрядов. Август в очередной раз за сегодняшний день продемонстрировал высокий класс. Погибли все: Гольф, его бойцы, что недавно воскресли по ту сторону барьера, шаман, что до последнего момента сидел по-турецки в состоянии максимальной сосредоточенности и самое главное и неприятное погибла Лерка. Ее, как и прочих неприятелей убило разрядами молний. Но это было ожидаемо и входило в стратегию Виктора.
 
Как только погиб шаман пропал и барьер перекрывающий коридор, а за ним вперемешку с каменными осколками стен на полу валялись части экипировки, оружие и самое главное кольца возрождения бойцов Гольфа. Педантичность хозяина Озерска в этот неспокойный день сыграла с ним весьма злую шутку. Как правило, бойцы Гольфа в последнее время с собой кольца возрождения не брали. Нет, раньше это было в обязательном порядке, идешь в данж возьми кольцо возрождения и выпей склянку для ускоренного возрождения. Но в последнее время заступившие на смену добытчики гибли крайне редко. И бойцы брали с собой кольца только тогда, когда начальствующие лица спускались с командой. Общий коридор в данже считался самым безопасным местом, а могучий орк-шаман, дежуривший у посоха, придавал этой иллюзии больший вес. Но, как показала практика, даже он не стал той панацеей, что гарантировала полную защиту бойцам Гольфа. И следующие пятнадцать минут авантюристы развлекались тем, что попросту уничтожали возрождающихся бойцов. Минут, эдак через двадцать, Гольф запросил таймаут для переговоров.
— Стойте! Дайте сказать! — громко проорал Гольф, прежде чем Август в очередной раз запустил свою «линию скорби».
Татарин придержал раба за плечо:
— Подожди, — после джин глянул на безмятежно размышляю Командора, — чего делать будем, аннигилируем их до талого или ты поговоришь с этим фраером?
Разговаривать с Гольфом у Олега особого желания не имелось, ему хватало и того, что на его глазах гиб раз за разом этот заносчивый Орк.
— Вы знаете, Олег Евгеньевич, у меня закралось подозрение, что ваш знакомый Гольф привязанный, — негромко поделился своим мнением подошедший ближе Виктор, — большинство его подчиненных уже покинуло «Другой мир». Их тушки появляются без малейших признаков сознания, а вот с Гольфом все не так. Он или мазохист, или ему попросту некуда выходить.
Олег отклонил голову и с довольной физиономией заглянул за спину умника. Гольф смиренно стоял в ожидании решения с поднятыми руками. Сделав над собой усилие и отыскав в своей черствой душе капельку сочувствия «великий и ужасный» уверенной походкой направился к пойманному в ловушку орку.
— Ну, и чего тебе нужно? — широко зевнув, с ленцой поинтересовался Олег.
— Хочу договориться, — не опуская ладони, ответил Гольф, — мои боссы готовы заплатить тебе десять миллионов, если ты перестанешь нулить моих бойцов и покинешь Озерск.
— Какое щедрое предложение, — «ужасный» с задумчивым видом обошел Орка в неглиже рассматривая того словно статую, — значит, ты мои страдания в той пыточной оценил в какие-то жалкие десять миллионов?
— Если ты меня отпустишь, я могу попробовать уговорить хозяев поднять цену, скажем до пятнадцати миллионов, — тут же откликнулся новым предложением Гольф.
На что Олег только тяжко вздохнул:
— Нет у тебя начальства, Гольф. А те два клоуна — это нанятые тобой актеры. Так сказать марионетки. Твои марионетки.
— Ты заблуждаешься, — не выказав каких-либо эмоций ответил Орк, — нет, хозяева посвящают меня во многие вопросы, но я не распоряжаюсь их деньгами. И решения за них принимать не имею право.
 
— Знаешь, Гольф, у меня недавно погиб приятель, — вернувшись на прежнее место продолжил мерно рассуждать Олег, — его звали Егором Таранкиным. И он был привязанным к этому долбанному мирку.
— И к чему ты мне это рассказываешь? — не смог сдержаться орк.
— К тому, что его ровно так же, как и тебя сейчас обнулили не самые хорошие личности. К концу своей жизни он превратился в овощ. Привязанным вообще тяжко дается гибель в этом мире, — выдержав небольшую паузу Олег продолжил, — если что — это был намек на твое незавидное положение.