Худший из миров. Книга 7 (СИ)

— Мое почтение, — шмыгнув носом и отпив парящего напитка из чашки поприветствовал делового партнера Юм.
— Привет, дружище Юм, — довольно отозвался Олег, — и тебе, Витек, доброе утро.
Виктор оторвался от своего блокнота и внимательно глянул на Олег, после чего провел указательным пальцем под носом и поинтересовался:
— Я надеюсь это не моя сестренка вас так приложила?
Олег провел ладошкой у лица стирая, а вернее сдирая подсохшую кровь.
— Это я сегодня с утра интересные эксперименты над собой ставил, — без лишней скромности похвастался Олег.
После наш герой усеялся за стол и с непринужденным видом нагло отхлебнул из кружки Виктора.
— Какого рода эксперименты? — сделав глоток горячего напитка и поёжившись поинтересовался лепрекон.
«Великий и ужасный» без утайки поделился результатами своих утренних и изысканий:
— Так что, мало того, что я разбил себе нос, так еще и шишку на затылке заработал, — подвел итог своей истории Олег.
— Будь я на вашем месте эта деревяшка давно бы сгорела в каком-нибудь о костре, — признался Виктор.
— Мне охота взглянуть на эту деревяшку, — отставив кружку в сторону произнес Юм, — если не мог бы мне ее показать?
— Она у меня в комнатке, — признался Олег, — с ней не удается к монеткам прыгать.
— А из какого дерева эта шпажка, — погрузившись в какие-то свои размышления мимоходом поинтересовался дядюшка Юм.
— Не помню, — поразмыслив ответил Олег, — мастер Жега рассказывал что это за шпажка, правда тогда мне было самую малость не до разговоров. Ладно, боги с ней со шпажкой, вы вчера собирались со мной нечто важное обсудить, — напомнил Олег итог вчерашнего общения.
— Ах да, — отвлекся от своих тяжелых дум деловой партнёр, — тут такое дело, твой знакомый Троери требует чтоб мы перевели все его счета в «Надежный гномий банк». Он даже угрожал мне вчера утром. Твой приятель Митрич, через Виктора организовал нам встречу.
— Так мы же с тобой вроде все решили, — почесал наголо бритую голову Командор, — всех страждущих пинком под зад и в черный список.
— Да я, собственно говоря, так и собирался сделать, — признался Юм, — только вот, ваш приятель принялся мня оскорблять и мне угрожать. А я этого сильно не люблю. Я ему так тонко намекнул, мол, его счета весьма сомнительны и возможно мы вообще заморозим из и подадим заявление в имперскую казначейскую канцелярию. А еще я ему изящно намекнул, что все его средства могут зависнуть с разбирательством на весьма долгий срок.
— А что, мы и правда так можем сделать? — живо поинтересовался Олег.
— Можем, — скупо ответил Юм, — мы еще не такое можем, правда, подобные действия сильно уронят наш банк в ежегодном банковском рейтинге. Но не суть, — отмахнулся Юм, — после делец Троери понял, что угрожать мне бессмысленно и перешел к уговорам. Он попытался меня подкупить.
— Да уж, — с иронией произнес, — Олег кругом одна коррупция!
— Я не стал с ним торговаться, — продолжил рассказывать Юм, — этот кобольд мне стал неприятен и я предложил ему обсудить вопрос с тобой, потому как, ты мой партнёр, а вопрос крупных транзакция я не в праве решать один. Тогда, он попросил меня напомнить тебе, что вы с ним общие дела делали, он всегда к тебе относился с почтением и если ты дашь свое согласие на транзакцию с минимальными потерями средств, то он передаст тебе ножны от какого-то ножа, которыйсейчас находится у тебя. Причем безвозмездно.
— То есть даром, — размышляя над новой информацией в слух закончил рассказ Юма Олег, — что ж весьма достойное завершение всех дел с моим приятелем Троери, — как делец он мне был весьма полезен. Вот блин, теперь нам нужно искать какого-нибудь проверенного дельца, — Олег Евгеньевич раздумывая побарабанил пальцами по доскам стола, — Витек у тебя есть какие-нибудь идеи на данный счет?
— Нескольких торгашей я знаю, — отхлебнув из кружки и совершенно не отрываясь от записей в своем блокноте прокомментировал Виктор, — Вот только терзают меня смутные сомнения, что они не продадут нас с потрохами, как только этого потребуют их собственные интересы. Можно попробовать привлечь к закупкам Митрича, правда, я сомневаюсь, что он на это подпишется.
 
— На Митрича где сядешь, там и слезешь. Он и теперешними нашими делами занимается скрипя зубами, — Олег зябко поежился и с какой-то легкой завистью глянул на теплый напиток в руке Виктора, — у Митрича началась вторая молодость, ему не дол моих жалких потуг по захвату этого мира.
Виктор на мгновение оторвался от своего блокнота и нотками легкого интереса посмотрел на сидящего рядом человека:
— Амбициозные цели вы ставите перед собой, дорогой патрон.
— Да, мы такие, — то ли в шутку, то ли в серьез ответил «ужасный».
— Ладно, мы вас дождались, — Виктор закрыл свой блокнот и поставил кружку с остывшим чаем ближе к Олегу, — встречу с Юмом я вам устроил, а теперь я отправлюсь досыпать.
Умник сладко зевнул и положил круглый кругляш с четырехлистным клевером рядом с кружкой.
— А как же работа? — деловито спросил Олег, — как же те планы, что я вам нарезал?
— Так дождь же, — невозмутимо возразил Виктор, — в такую погоду плохой хозяин собаку на улицу не выгонит. Селяне сегодня отдыхают.
— А война с озерскими, их склады, обозы и суда? — напомнил Олег, — я думаю на других частях континента вовсю светит солнышко и мои враги с нетерпением ожидают кровавой мести.
— Дождь повсеместно, — пояснил Виктор, — боги объявили три дня скорбного плача небес в связи с решением «Жемчужных» продолжить свою экспансию.
— Так это замечательно, — «великий и ужасный» обрадованно хлопнул в ладоши а после резко потер ими стараясь согреться, — я про экспансию, а не про ливень стеной.
— Для нас да, — согласился Виктор, — но чтоб «жемчужным» жизнь медом не казалась. Боги и вызвали этот трехдневный шквальный ливень по всему материку. Сейчас размоет дороги и войска встанут на одном месте. Пока пройдет трёхдневный ливень, пока подсохнут дороги считайте, что неделю времени топы выиграют. Ладно, чего об этом говорить, я и так всю ночь бодрячком держался, нужно отсыпаться пока нам подарили выходные.
  
Глава вторая. Про несколько дождливых дней
 
Кукла Виктора, надежно закутанная в плащ, потускневшим взглядом взирала на столешницу обеденного стола. Олег Евгеньевич молча допивал остывший цветочный чай размышляя над новой полученной информацией. Юм же шмыгал носом укутавшись в теплое шерстяное одеяло словно Аленушка в пуховый платок.
— Раз уж наш общий друг покинул нашу компанию, то, пожалуй, я позволю себе дать один совет частного порядка, — нарушил мерный шум дождя дядюшка Юм, — не вздумай избавляться от шпажки. Скорее всего она создана из ветви дерева шень. Я много о таком слышал, его древесину обменивают по весу на золото.
— Тут дело не в стоимости, — нахмурил брови Олег, — этой деревяшкой меня из строя вывели, причем на долго. Вот где настоящая опасность и возможности для моих недоброжелателей.
— С одной стороны все верно, — вежливо согласился с выводами Олега Юм, — но есть и другая сторона. Эта штука может стать своего рода святыней для моего народа. По крайней мере в будущем.
— Дорогой дружище Юм, теперь я вообще ровным счетом ничего не понимаю.
Лепрекон вытащил голову из-под одеяла покрутил ей в поисках посторонних лиц, а после понизив голос пояснил:
— Олежка, помнишь вы как-то рассуждали с мастером Виктором о природе тех возможностей что перешли к вам от лепреконов?
— Было такое, — настороженно согласился Олег.
— Тогда вы по большому счету все правильно рассудили и про то, что у тебя тело большое и про то, что силы тебе досталось не много. Вот только подобные казусы с силой я встречал и раньше, причем у своих же соплеменников. Они, как и вы не способны были долго или на полную использовать открытые заклинания.
 
— Так, а чего ты раньше молчал? — еще больше нахмурил недовольную физиономию Олег.